Вспоминай меня ночью...
Шрифт:
– Я не могу быть вместе с человеком, от которого мне недостаточно слова, для того, чтобы полностью верить ему. Какой тогда смысл, если есть что-то важнее и честнее его слова?
Я ничего не понимаю из того, что она говорит, и просто сгораю в неопределенности наполненной отчаянием.
– Не понимаю… – выдыхаю я, всматриваясь в ее решительные и теплые глаза.
– Я смотрю в твои глаза и делаю свой выбор. Если я ухожу, тогда мне не важно, что ты можешь сказать или показать мне – это значит, что я просто больше
Теперь я понимаю…
Обхватываю ее руки сверху своими и целую каждую ладонь.
– Тогда, поехали домой, Белла, – с облегчением выдыхаю я. – В моих глаза ты все равно не увидишь ничего кроме себя…
Глава 40
Близость
Мы спим…
Иногда я просыпаюсь… Целую, целую, целую и засыпаю снова.
Никаких снов. Только облегчение и безмятежность.
Белла тоже просыпается иногда, и я чувствую, как она ерзает в моих руках, устраиваясь поудобнее, целует, целует, целует и снова засыпает.
Нам нужно отдохнуть…
Просыпаясь в очередной раз, сжимаю в руках пустое одеяло. Но в этот раз я не паникую. Она не уйдет… Просто, с закрытыми глазами, прислушиваюсь к шуму в квартире. Душ… Я вырубаюсь опять. Хочу, чтобы она разбудила меня.
И через некоторое время она и правда тихонько заползает на постель, устраиваясь на мне сверху.
Дежавю…
Нежные руки ласково мнут мою спину, и я тихо постанываю под ними.
– Ты выспался?
– Мхм…
Я уже так выспался, что мышцы сводит от желания размяться. Ну, может и не от этого…
– Массаж…?
– Да… Только на груди… – постанывая, плавно переворачиваюсь между ее разведенных бедер и она опускается на меня. Даже сквозь свои боксеры и ее трусики я чувствую, какая она горячая.
– Ты похудел… – хмурится она, поглаживая мою грудь. – Скоро вообще растаешь… Что я буду тогда делать? М? – сердито смотрит на меня. – Придется откармливать тебя обратно. Что ты любишь?
– Тебя… – улыбаюсь я, разглядывая ее еще мокрую кожу на груди, к которой прилипла маечка. – И – все, что ты захочешь дать мне… Особенно, если из твоих рук. Я бы не отказался и с других частей тела…
– Что случилось с твоей квартирой? – ее пальчики трут мою грудь в опасной близости от сосков, а взгляд плывет от пробитых кулаками гипсокартонных стен к арке, ведущей на кухню. Она тверже, и на бежевой краске лишь несколько кровавых ляпов.
Да… Это пиздец! Как-то этот момент я не продумал …
Не хочу, чтобы она знала, поэтому сразу перевожу тему:
– Как твои ноги?
– Пытаешься съехать?
– Есть немножко… – улыбаюсь я, бродя взглядом по каемке ее трусиков. – Но мне всё равно нужно посмотреть на них. Ты что-то делаешь с этим?
Сгибаю колени и немного давлю на грудь,
– Я буду сегодня тебя лечить …
– А я буду сегодня тебя кормить …
Она перехватывает мои руки, возвращаясь в первоначальную позу, и рассматривает сбитые костяшки.
Ощущения безнадеги и тоски мельком проносятся в моей душе, как воспоминания о том, почему мои руки приняли такой вид и, поморщившись, я прячу их от взгляда Беллы, захватывая ее ладони в плен.
Она больше не улыбается…
Мы просто смотрим в глаза друг другу, рассказывая сейчас без слов о нашей боли, которую переживали в разлуке.
– Прости меня… – шепчу я. – Я один виноват во всем!
Наклоняется надо мной нос к носу и смотрит в мои глаза.
– Ты виноват…И теперь я точно это знаю. Больше никогда не смей ничего решать за моей спиной.
– Не буду. Обещаю.
Обхватываю ее руками, зарываясь пальцами в волосы на затылке и не позволяя отстраниться. Она и не пытается. Растворяюсь в ее глазах и ее близости.
Брови Беллы немного сходятся на переносице, а глаза становятся лукавыми, развеивая мой транс.
– Что? – всматриваюсь я в нее внимательнее.
– Твой моддинг… – закусывает она на секунду губу. – Настойчиво упирается прямо в … Я боюсь шевелиться… потому, что…
Прижимая ее к себе еще ближе, я трусь об нее уже давно стоящим членом так, чтобы проехаться всеми шариками по всем ее чувствительным точкам. Задыхается и мягко вскрикивает, заставляя меня застонать от желания.
– Я помню… – шепчу я ей прямо в губы. – Твой любимый дракон…
– Ты – мой любимый дракон…
И теперь уже я задыхаюсь, закрывая глаза. Сердце хаотично прыгает по всему телу, каждый раз ударяясь в снова ожившую оргазмическую точку. От остроты и невыносимости ощущений, прячу свое лицо на ее груди, перехватив ее за талию и прижав к себе. Мы переворачиваемся на бок, и я замираю в попытке осмыслить услышанное.
Но ничего не получается. Только теплый вихрь счастья и ни одной мысли. И еще ее губы исследующие мой висок.
– Я люблю тебя… – шепчет она.
– Тише… – умоляю я, боясь напрочь потерять способность дышать… Но немного отдышавшись прошу: – Еще…
– Я люблю тебя… – снова шепчет она.
И я, по-моему, уже умер от счастья…
– Ты не представляешь…– шепчу я, со стоном вжимаясь в нее и пытаясь раствориться.
Она хихикает и тискает мою спину:
– Представляю…
Мы замираем, думая каждый о своем, и тихонечко поглаживаем друг друга.
– Надеюсь, ты успела уже чего-нибудь перекусить… потому что я не планирую тебя выпускать из постели сегодня... – сдаюсь я своему телу, и тяну вниз резинку ее трусиков.