Всё ещё Та
Шрифт:
– Сходи ради меня! – даже удивляюсь такому её напору, обычно Саломе держит нейтралитет. – Не отстану, пока не пообещаешь к ней записаться!
Я смотрю в её карие глаза, наполненные таким беспокойством за меня, что у меня наворачиваются слёзы.
– Ладно, – говорю я мягко, – один сеанс.
– Этого будет достаточно, уверена, чтобы она произвела на тебя впечатление.
– Так и знал, что застану вас на кухне. – Давид, муж Солы, заходит и обнимает нас с Мариной по очереди. – Пойдёмте, там три машины уже на подъезде, встретим всех и организуем
– А клоуны будут?
– Ну тебя же пригласили. – хмыкает Давид, обнимая Чёрную за плечи и уводя в прихожую.
– Он мне всегда нравился. – Маринка указывает пальцем на него, одобрительно кивая Саломе.
На праздник пригласили соседей по участку и ещё каких-то друзей Георгия, с которыми он ходит на обучающие курсы, нас с девчонками и ещё несколько коллег Давида, с которыми мы все были давно знакомы. В общей сложности нас оказалось человек пятнадцать взрослых и десять детей, что создавало в доме непередаваемый галдеж, даже не смотря на то, что детская находилась на втором этаже. Ощущение, что там прыгало стадо бегемотов, а не детей.
Через несколько часов я почувствовала привычное желание сбежать, это состояние сродни нарастающей панике, когда ты даже не слышишь, что тебе говорит собеседник, а просто мечтаешь поскорее оказаться в своей квартире, наедине с собой. Подобные состояния возникали во мне постоянно после того, как Игоря не стало, поэтому последний год я провела в Москве, никуда не выезжая, боясь, что паническая атака может случиться со мной за границей, вдали от дома. Саломе и мои близкие знали об этой проблеме, поэтому никто не обижался, если я внезапно прощалась, чтобы покинуть компанию, мероприятие или вечеринку. Я тепло поцеловала маленького изменника и его родителей, пообещав вскоре вновь к ним заехать.
Уже выходя на улицу, я столкнулась с Черной, которая курила на веранде.
– Уходишь?
– Угу, поеду домой, устала.
– Или опять этот твой приступ?
– Марин, я когда-нибудь смогу это преодолеть, надеюсь, но пока есть как есть. – опускаю я глаза.
– Тебе есть хоть чем прикрыться. – усмехается Марина, выдыхая дым и туша сигарету.
– Считаешь, что я симулирую?
– Считаю, что у твоего состояния есть некоторые привилегии, которым я завидую. Например, возможность сбегать с детских праздников, не обижая при этом подругу. Всё, береги себя. – она целует меня в щеку, обдавая легким запахом табака, от которого у меня начинается слюноотделение, как и у любого бывшего курильщика.
Уже когда мы с Петей едем по направлению к Москве, я понимаю, что ещё даже нет шести, а я так и пила всё время только безалкогольные напитки. Внезапно, словно чувствуя импульс, я достаю телефон из сумочки и прикладываю его к уху, нажав кнопку вызова.
– Да? – глубокий женский голос словно не удивляется моему звонку.
– Наталья Вадимовна?
– Да, это я.
– Меня зовут Вероника, Саломе Аданая дала мне Ваш контакт.
– Я слышала о Вас Вероника, хотите записаться на приём?
– Ну..
– Хорошо, мой кабинет на Цветном бульваре, и есть свободное окно через полтора часа, если успеете.
– Полтора часа, Цветной бульвар, – повторяю я, смотря на Петю через водительское зеркало. Получив его одобрительный кивок, я отвечаю уже Наталье, – должна успеть.
– Тогда до встречи, я пришлю Вам по смс точный адрес.
– До встречи.
Глава 5. Прямиком в никуда
Я сижу на своей кухне за барной стойкой, в руке у меня ручка, а перед глазами чистый лист бумаги, и я абсолютно не понимаю какого черта собираюсь делать.
Наталья Вадимовна очень быстро развеяла мои опасения, по поводу того, что она будет стараться залезть мне в душу и вытащить наружу всю боль. К моему удивлению, больше говорила она, рассказывая про какие-то отделы мозга, отвечающие за различные эмоции. По правде говоря, я не поняла ни слова из её речи и немного переживала, словно находилась на экзамене и в конце меня попросят написать эссе по этому экскурсу в психологию.
– Пишите ему письма каждый день. – произнесла она внезапно.
– Кому? – не поняла я.
– Игорю, Вашему мужу.
– И.. И о чем я должна там писать? – смутилась я.
– Да о чём пожелаете. – развела руками Наталья. – Хотите, напишите про вкус десерта, который Вам понравился, хотите, новости про своих или общих друзей. Единственное правило – писать каждый день и хотя бы по паре предложений от руки. С обращением и прощанием.
– И я должна отправлять эти письма Вам?
– Ни в коем случае. – качает головой Наталья. – Мне будете просто ежедневно отписываться смской с одним словом: «сделала». Так я буду знать, что мы с Вами работаем. Встречаться будем раз в две недели.
Полностью сбитая с толку, я согласилась на этот странный метод, показавшийся мне обманчиво простым.
Сейчас, сидя перед пустым листом бумаги, я уже пожалела, что ввязалась в это. Все, что я пыталась написать, выглядело невероятно глупо.
«
Господи, что за чушь? Что бы ему понравилось? Я роняю голову на руки, сминая листок и бросая его в мусорное ведро.
Телефон звонит как раз вовремя, чтобы не дать мне спуститься за сигаретами, о которых я мечтаю последние несколько дней, но слава богу, пока держусь.
– Ника, привет! Это Макс.
– Привет.
– Что с голосом? Ты словно из под земли говоришь.
– Примерно там я и нахожусь.
– Что, я не расслышал?
Я наконец отрываю голову от рук и произношу уже внятнее, но всё так же убито:
– Говорю, что настроение чертовски плохое.
– Хочешь приеду и подниму его тебе?