Все еще будет
Шрифт:
Всё суетились, звонили, собирали людей на поиски Никитенко и Маришки. А я молилась, я просто просила Бога, чтобы за это время с моей доченькой ничего не случилось. Чтобы они не смогли причинить ей зла.
— Успокойся, — Виктор подошёл ко мне и взял меня за плечи, — всё будет хорошо. Пока им нужна Маришка, с ней ничего не случится, а мы за это время их найдём. Я тебе обещаю, мы их из-под земли достанем. — Говорил он, а я смотрела на него, а по щекам ручьями текли слёзы, и я никак не могла их остановить. — Ты мене веришь? — Виктор заглянул мне в глаза. — Лиза, ты мне
Я ему верила, он никогда ещё ни в чём меня не обманул. Чтобы он не обещал, он всё выполнял, всегда сдерживал своё слово. Вот и сейчас я ухватилась за его обещание как за спасательный круг, что просто не сойти с ума. Мне нужна была эта вера, чтобы жить дальше. Потому что больше я ничего не могла сделать, чтобы спасти свою дочь. Я чувствовала сейчас себя жалкой и беспомощной, я понимала, что ей нужна помощь, но помочь я не могу. До чего же страшное это чувство беспомощности.
— Милая, — Алексей обнял меня, — всё будет хорошо. — А затем прижал к себе.
В его объятиях я уже не могла сдержать слёз.
Дальше время стало тянуться мучительно долго. Поиски Андрея и Ларисы продолжались, но всё было тщетно. Их не было нигде, ни в аэропортах, ни на вокзалах. Даже план перехват на дорогах ничего не дал. А что если они вообще никуда не уезжали, если они наоборот где-то рядом и сейчас ждут удобного случая, чтобы уехать.
Так прошли два дня. Два мучительных дня ожиданий, которые по-прежнему ничего не дали.
— Сейчас позвонили из вашего города, Елизавета Александровна, — с этими словами в гостиную вошёл Арсений Петрович. — И сообщили, что на Морозову Тамару Васильевну только что было совершено покушение. Её пытались сбить на машине.
— Она жива? — тут же спросил Алексей.
— Да, — усмехнулся Арсений Петрович, интересно, что его так рассмешило. — Она в тот момент, когда на неё машина неслась, внезапно ногу подвернула и упала, не ступая на проезжую часть. Свидетели сообщили, что эта машина там долго стояла и поехала лишь тогда, когда Морозова к дороге подошла. Машина угнанная, была потом брошена через две остановки от места покушения. Ни отпечатков, ни каких-то других следов обнаружено не было. Но самое интересное не в этом. Тамара Васильевна тут же позвонила Анатолию Степановичу и сообщила, что готова рассказать, всё как было.
— Ну, хоть одна хорошая новость, — вздохнул Виктор.
На следующий же день Тамара Васильевна дала показания и рассказала всю историю по лишению меня дочери. Всё рассказали и следователь со свидетелем. И все трое, как один указывали на Андрея. Везде приходил он, договаривался он, и деньги им платил тоже он.
Все четверо получили тогда очень большую сумму денег. Но тут возникает другой вопрос, откуда у Андрея такие деньги? Если он был из неблагополучной семьи. Потом служил в армии. Где он нашёл такие большие деньги? Это пока для всех нас оставалось загадкой, которую нам ещё только предстояло разгадать.
Подходил к концу третий день нашего мучительного ожидания. Третий день без новостей. За все эти дни я не сомкнула глаз.
Но сегодня у меня дико разболелась голова, поэтому мне пришлось прилечь. И как только головная боль стала затихать, я провалилась в сон. Я не знаю, сколько я проспала, но разбудил меня телефонный звонок. Номер был не определён. Я тут же взяла трубку.
— Слушай и молчи! — услышала я командный голос Андрея в трубке. — Сейчас тихо выходишь из дома и едешь туда, куда я тебе скажу. Если твой муженёк или их шестёрки узнают, куда ты поехала, ты об этом пожалеешь. Усекла?!
— Да, — только и смогла ответить я.
— Я перезвоню тебе через пять минут, чтобы уже вышла из подъезда! — скомандовал он и бросил трубку.
Сон мой мгновенно исчез, я вскочила с кровати и побежала в гостиную. Хоть я прекрасно помнила наказ Никитенко никому ничего не говорить, но и скрывать я от Алексея и Виктора ничего не собиралась.
— Что случилось? — хором спросили муж и свёкр, едва я вышла из комнаты.
— Звонил Андрей, — начала я, после чего в двух словах рассказала его просьбу.
— Нет, это слишком опасно, — запротестовал Лёша. — Я тебя никуда не отпущу.
— У нас нет другого выхода! — запротестовала я. — У него моя дочь!
— Это опасно, мы не знаем что у него на уме! — стояла на своём Лёша.
В этот момент снова раздался звонок, номер снова был не определён. Я показала телефон мужчинам.
— Ответь, — попросил Арсений Петрович, после чего я ответила на звонок, нажав при этом громкую связь.
— Ты вышла? — без предисловий спросил он.
— Пока нет, — тут же среагировала я, — но уже выхожу.
В ответ Арсений Петрович показал мне одобрительный жест.
— У тебя три минуты! — крикнул Никитенко и снова отключился.
— Это опасно! — вновь запротестовал Алексей, схватив меня за руку. — Я никуда тебя не отпущу!
— Я могла уйти незаметно, и ты бы даже не узнал. Но я пришла к вам, чтобы вы мне помогли что-то предпринять! Я понимаю, что ты волнуешься за меня, но другого выхода у нас нет. Да я и не думаю, что он причинит мне и Марине какой-то вред. По крайней мере, пока. — Решительно ответила я.
Глава 42
Елизавета
Смотрю на Лёшу и понимаю, что он не хочет меня отпускать. Я, конечно же, его понимаю, он за меня волнуется, и за нашего будущего ребёнка волнуется. Но и не пойти сейчас я не могу, на кону стоит жизнь и безопасность моей дочери. Кто знает, что может предпринять Андрей, если я откажусь к нему идти, как отыграется на Марине. Поэтому рисковать я не могу. Но и не сказать ему и уйти тайно я не могла.
— Елизавета права, — вступил в разговор Арсений Петрович, — пока им что-то нужно от Лизы и девочки, они не причинят им вреда. Я, конечно, могу ошибаться, но они наверняка будут требовать деньги, а точнее наследство. Поэтому и позвали Лизу. Явно в этом завещании есть какая-то заковырка, о которой они естественно не подозревали, когда затевали всю эту авантюру.