Чтение онлайн

Подкрепившись холодным кофе и черствой булочкой, Дэвид продолжил патрулирование вместе с четырьмя другими «патриотами».

Этой ночью у них уже произошел короткий, но кровавый бой с боевиками ФОСА. Один «патриот» был ранен, четыре бандита – убиты. Машину, на которой нагрянули террористы, захватили в качестве трофея, оружие – конфисковали, а тела оставили полиции.

К четырем часам Холден засыпал за рулем и едва видел дорогу перед машиной, на которой они объезжали улицы города. Он поменялся местами с одним из своих товарищей,

упал на заднее сиденье и сразу заснул.

Если Гарри Гэнби придет голосовать в шесть, ему, Рози и другим «патриотам» надо быть у избирательного участка в пять…

Пять тридцать.

Дэвид стоял на улице перед начальной школой святого Теодора. Настроенные враждебно к ФОСА монашки вывесили над главным входом в здание школы, превращенной в избирательный участок, красные, белые и синие ленты. Урны привезли в четверть шестого. В это же время прибыла полиция.

Тревожное перемирие продолжалось. Монашки из расположенной по соседству католической церкви угощали кофе полицейских и «патриотов».

Рози поговорила с одним из сержантов и подошла к Дэвиду.

– Он сказал, что Камински прибудет сюда лично и арестует тебя. Хоть сами полицейские и не настроены против «патриотов», может, тебе лучше укрыться пока где-нибудь?

– А ты бы укрылась на моем месте? – спросил ее Холден, обнимая.

Шеперд лишь положила голову ему на грудь…

Через пять минут прибыли журналисты. В пять сорок пять появился Лютер Стил, небритый, в помятом костюме. Его сопровождал такой же взъерошенный Билл Раннингдир.

Свидетель, которого они доставили, остался под охраной Тома Лефлера и Рэнди Блюменталя, которые пока никого к нему не допускали.

Еще через пять минут прибыл Кларк Петровски. Синди Браун со своей видеокассетой была в надежном месте. Оба блокнота расшифровали. В них оказались списки иностранных террористов, прибывших в США, их адреса в разных городах и фамилии, под которыми они скрывались. Эта информация была сразу передана ФБР, которое тут же приступило к арестам бандитов. Дело, наконец, сдвинулось с мертвой точки!

– Я заезжал в госпиталь к Анне Комачо. Поправляется понемногу, бедняжка, – сказал Петровски. – Лечат ее усиленно, так что, думаю, все будет в порядке. Я ее заверил, что мы сегодня победим…

Лютер Стил ничего не сказал.

Рози закурила.

Ожидание продолжалось…

Без пяти шесть к школе подкатил лимузин в сопровождении эскорта мотоциклистов-спецназовцев.

Из машины вышел Ральф Камински. Увидев Дэвида Холдена, он подхватил с сиденья мегафон и крикнул полицейским, тыча пальцем:

– Эй! Срочно арестуйте этого человека!

Никто из его подчиненных не пошевелился.

– Я вам приказываю!

– Как-нибудь в другой раз! – бросил ему в ответ Стил, не нуждаясь в помощи мегафона. – Если вы

арестуете его, я арестую вас за нарушение закона о выборах. Все «патриоты», которых вы видите здесь, – жители этого района и они пришли сюда, чтобы осуществить свое законное право на голосование. И вы не можете лишить их этого права.

Рози рассмеялась.

Камински хотел что-то ответить, но в это время из-за поворота вынырнул длинный серый «Линкольн». Это был автомобиль Хэрриса Гэнби.

«Линкольн» подъехал к тротуару, мягко остановился, и несколько секунд из него никто не выходил. Затем открылась передняя дверь, из машины вышел телохранитель и направился к Дэвиду.

– Извините, сэр, вы мистер Холден?

– Да.

– Мистер Гэнби просит вас подойти к нему на пару секунд.

Дэвид перебросил автомат через плечо и проследовал за телохранителем к «Линкольну».

Распахнулась задняя дверь, и Холден наклонился внутрь, морщась от боли в раненом плече.

– Мистер Холден? – спросил, не выходя из машины, Гэнби.

– Да, сэр.

– Непросто сейчас быть американцем, не правда ли? Я не могу принять вашу точку зрения, так же, наверное, как и вы – мою. Но вот мы встретились здесь и оба хотим, чтобы эти выборы прошли и люди отдали свои голоса за того, кого посчитают достойным. И я ценю вас за это. Если я одержу победу, мне надо будет благодарить за нее вас. Вот такой парадокс.

И они оба рассмеялись.

Гэнби протянул Дэвиду руку, и тот пожал ее.

Холден развернулся и шагнул в сторону от автомобиля, направляясь к своим друзьям. Гэнби вышел из машины, и его тотчас окружили охранники, полицейские и «патриоты», которым дала знак Рози.

Засверкали вспышки фотоаппаратов, послышалось жужжание видеокамер. Сквозь плотный заслон к кандидату попытались пробиться репортеры, выкрикивая вопросы, но Гэнби лишь бросал на ходу:

– Без комментариев! Без комментариев!

У входа в школу его встретила директриса, она же – председатель избирательной комиссии. Гэнби обменялся с ней рукопожатием и скрылся за дверью.

– Слава Богу, – прошептал Стил. – Пока без происшествий.

Дэвид взглянул на часы – восемь минут седьмого, и в этот момент до него донесся рев двигателей. К этому времени ко входу в избирательный участок уже стали подтягиваться люди, собирающиеся голосовать.

Вот из-за поворота выскочили один за другим с десяток мотоциклов, вслед за ними появился грузовичок-фургон, за ним – второй, за вторым – третий.

– Черт побери! – закричал Петровски, выхватывая револьвер. – Эти ребята едут сюда явно не для того, чтобы опустить бюллетени.

Дэвид молча кивнул и сдернул автомат с плеча.

Лютер кинулся ко входу в школу, крича на бегу полицейским:

– Бегите внутрь, не отходите от Гэнби и других избирателей! Быстро!

Билл Раннингдир расстегнул плащ, и в его руках оказался «Узи».