Шрифт:
Порвать нить.
Вальтеру. Спасибо за вдохновение, за то, что ты есть.
Темнота и сырость никогда не покидали этой избы… Кресло — качалка тихо поскрипывало, когда старуха двигала ногами. Вокруг все было уплетено не то паутиной, не то какими-то нитями… они устилали пол, переплетались, светясь в местах соприкосновения, порою не видно было из-за этих ниток прогнивших досок пола… Нити были разные: черные и светлые, толстые, тонкие, лохматые и гладкие, натянутые, как струны и наоборот, будто приспущенные… А посередине странной комнаты сидела седая, сгорбленная, некрасивая старуха, она пряла… пряла…
Два сгустка энергии парили в воздухе, мерцали на плоскости безжизненного космоса…касались друг друга лучами, сливались в единые шар и вновь расходились… они были большими, пылающими, яркими… неугасимыми — две любящие души, пронесшие свою любовь…Великую Любовь через множество жизней, планет и столетий… Они сблизились… Если бы кто-то мог понять веяние душ… то он бы понял, что одна душа сказала другой:
— Помнишь, скоро мы должны переродиться на очень страшной планете — луч указал на зелено-голубую планету, окутанною облаками и паром…
— Я найду тебя и там… мы будем вместе… веришь…?
— Всегда… я буду ждать…
Шары опять слились… яркая вспышка пронзила вечную тьму… когда свет рассеялся, душ уже не было…
Старуха потерла сухие ладони и засмеялась… две нити выпрядала она, старательно не давая им соединиться…
— Эти никогда не встретятся…— старуха беззлобно, с безразличием следила за нитями, которые с неимоверной силой стремились друг к другу…
Ему часто снилось лицо… одно и то же женское лицо… он запомнил каждую черточку… правильный овал лица, черные кудри, ярко-зеленые, пронзительные глаза, бледноватые губы… он мог нарисовать его… описать его… но никогда не видел хоть чуть похожее наяву… он страдал, понимая, что без обладательницы этого лица его жизнь не имеет смысла…
Ей часто снился мужской портрет… чуть рыжеватые волосы, собранные в хвост, внимательные карие глаза… белая кожа, нежная улыбка на губах… ну почему она никогда не встречала такого в жизни…?
Он знал все о женщине из сна…её характер, мечты, желания… все…
Она чувствовала этого мужчину… чувствовала, как себя саму…
Старуха насильно отодвигала нити, которые светились ярче, чем многие… которые осмелились сопротивляться и тянуться друг к другу… Кресло-качалка все так же мерно поскрипывало, старуха все так же безразлично смотрела на бесплодные попытки нитей соединиться…
Он не понимал, зачем ему жизнь без нее… мир казался мрачным, порой в ушах слышался тихий голос: — Я буду ждать…Тогда он принимался судорожно оглядываться… но никогда не видел никого, кто мог бы это сказать… Жизнь стала кошмаром… он задыхался… Он ездил по странам в надежде где-нибудь встретить её… но нет… нет… всюду так же тяжело заставлять себя дышать… все такая же глупость жизни везде… И ничего нельзя сделать…
Старуха посмеиваясь взяла ножницы…
Он
Он взял в руку нож… трудно не попасть в сердце, которое так сильно болит… Приставил лезвие к груди, подумал и подвинул ему чуть выше… улыбнулся, прошептал: — Я найду тебя… и с силой нажал на ручку ножа, который с хрустом распорол плотную ткань мышц…ровно в сердце… Он чувствовал, как кровь наполняет сердце, как легкие судорожно сжимаются… Холод медленно охватывал его тело…
Лезвия ножниц мусолили нить…
Пол неожиданно оказался так близко, сердце продолжало биться, выплескивая алую кровь на ковер неровными толчками… трудный вздох…
И наконец перерезали её… она как искра, брошенная ветром вдаль от костра тихо легла на пол… погасла…
В душе её что-то оборвалось… она вскрикнула…зрачки её расширились , дыханье сперло, руки задрожали… в глазах потемнело, исчезли все звуки… она шагнула на дорогу… Свет фар ослепил её…
— Я иду к тебе…
Безжизненное тело отбросило к обочине…
Вторая нить неожиданно оборвалась… сама по себе… точно так же упала на пол… погасла… миг — и обе вспыхнули вновь… ярко, как никогда не светились нити в этой избе… полыхнули огнем и сгорели… Старуха качнула головой, оглянулась, подняла щепоть оставшегося пепла и поднесла к глазам… вышла и пустила его по ветру… в глазах плескался затаенный страх…страх перед…Чувством…
Две души устремились друг к другу сквозь пустоту космического пространства…
— Дождалась…
— Нашел…
Два сгустка слились в один и стали ждать нового рождения, впрочем, им это было не важно… они нашли бы друг друга везде… или просто не жили бы… они надеялись… на что?… он гордились… чем?… они понимали… что?… Чувство…
Ушедший поезд
Холодно. Сердитый ветер рвал капюшон с головы, трепал волосы, заставляя ловить замерзшими пальцами меховую опушку. Она сама не знала, зачем приехала на вокзал. Грязные, заплеванные платформы, дымный воздух, люди, нетерпеливо подталкивающие в спину девушку, что шла по перрону, рассеянно оглядывая поезда на платформах. Скрипучий голос, объявляющий об отбытии какой-то электрички в неизвестный дальний город. Шум, ругань и огромные сумки торговок. Слезы провожающих, нетерпеливо-возбужденная радость встречающих. Безразличие курьеров и проводников. Расчеты таксистов и носильщиков. А Она все шла вдоль длинного поезда. Поезда длинною в жизнь. Мелькали лица в окнах, от раскаленных колес поднимался пар.
Ветер чуть утих, пальцы немедленно разжались, и Она спрятала руки в карманы куртки. Странно это брести по вокзалу без цели, это не слишком удачное место для прогулки, но какое-то смутное предчувствие буквально тянуло Её за собой. Она чувствовала, как плывет сознание, так бывает, когда без цели смотришь на что-то, ты видишь это, но никакой информации, никаких мыслей не рождается в твоей голове. Она просто шла и смотрела…
Вдруг, скользнув безразличным взглядом очередное окно, почувствовала, как перехватывает дыхание, как из позвонка в позвонок переходит неведомый ток смутного чувства. Нет… этого не может быть. Просто не может быть. На нее смотрели глаза… знакомые до боли глаза. Незнакомый человек со знакомыми глазами… бред. Это невозможно… Она прикрыла веки…