Шрифт:
Аннотация:
Молодой историк из России приглашен в старинный французский замок Курсийон. Требовалось всего-то изучить историческое прошлое новой дядиной собственности. Но работа с документами не заладилась с самого начала - и виной всему таинственное древнее зеркало в комнате под сводом башни...
Как известно, многие любители и знатоки старины печальным образом сочетают в себе интерес к древним домам и предметам с поразительным нежеланием выяснять что-либо
Говард Ф. Лавкрафт
Пролог
Летним вечером, когда солнце уже опускалось к массивным воротам перед аллеей, ведущей к замку Курсийон, и пронизывало пыльными лучами комнаты старого крыла, пожилой агент по торговле недвижимостью Анри Крушаль открыл дубовую дверь и любезно придержал ее для своего клиента. Хотя закат и расчертил каменный пол и стену на теплые желтые ромбы, прохладный полумрак не спешил покидать холл и лишь затаился до поры под высоким, разделенным коричневыми балками потолком.
Гигантский ли камин во всю стену с затейливой чугунной плитой поразил воображение покупателя, или разноцветные зайчики от витражей, играющие на обшитых бордовым шелком стенах, украшенных оружием допороховой эры, а может быть, мебель, черная и массивная, в червоточинах времени, но гость остановился на пороге и долго разглядывал обстановку с видом человека, наконец нашедшего то, что искал.
Агент же смотрел не на обстановку, которую видел уже много раз, а на уверенное лицо клиента, пытаясь прочесть на нем что-то свое, и это что-то он, видимо, прочитал. Тонкие губы Крушаля растянулись в улыбке, и он вкрадчиво произнес:
– Вам повезло, что замок продается со всем содержимым. Многие вещи здесь такие же древние, как и само строение.
Чуть помедлив, он осторожно добавил:
– Позвольте спросить, а как бы вы распорядились замком в случае покупки?
– Национальная дорога между Туром и Ле Маном - место оживленное, - неохотно ответил покупатель, проходя в зал.
– К тому же рядом весьма посещаемые королевские замки Луары. Отличное место для небольшой, но дорогой гостиницы с хорошим рестораном. Главное, не испортить атмосферу. Именно она стоит дороже всего, - тут гость нахмурился и подошел к серому от времени зеркалу с почерневшей рамой, отражающая поверхность которого была мутная и слегка вогнутая.
– Но таких раритетов в каминном зале не будет. Надо слегка оживить обстановку.
– А между тем, это зеркало занимает не последнее место в семейных преданиях владельцев Курсийона, - заметил Крушаль.
– Оно очень старое и появилось здесь еще в незапамятные времена. До сих пор среди здешних обитателей существует поверье, что ночью смотреть в это зеркало нельзя ни в коем случае.
– В нем и сейчас ничего не разглядишь, - снисходительно усмехнулся гость.
– Но вы интересно рассказываете, месье Крушаль. И, судя по вашим рассказам, хорошо разбираетесь в истории своей страны. А то один мой знакомый француз, причем весьма образованный, даже затруднился показать на карте, где находится Гасконь.
– Я охотно вам покажу, -
– Просто ваш знакомый не зарабатывает на жизнь торговлей историей. В отличие от России у нас в цене узкая специализация.
– Вы даже знаете, что ценится у нас в России?
– Конечно. Я же торгую именно исторической недвижимостью, - улыбнулся Крушаль.
– Хотя не часто мои покупатели так хорошо говорят по-французски, как вы. Так что же, по-вашему, надо сделать с зеркалом, которое так долго занимало столь почетное место?
– Здесь оно лишнее. От одного взгляда на него становится не по себе. А вот в одной из спален башни зеркалу будет самое место.
– Вы собираетесь держать в башне своих врагов?
– спросил Крушаль без улыбки.
– Мои мысли гораздо прозаичнее. Судите сами: мы только что были в башне и видели три комнаты, одна над другой. Маленькие окна-бойницы, толстые ледяные стены, лестница со сточенными ступенями, по которой надо подниматься пригнувшись... Мрачнейшая атмосфера. Но в каждой комнате старинная кровать, и кровати эти застелены. А теперь вы мне объясните: неужели там кто-то ночевал?
– Этого я не знаю. Может быть, там жила прислуга. Или оставались какие-нибудь гости хозяина. В конце концов, есть люди, которые любят прочувствовать средневековый колорит.
– И не удивительно. Шотландия вовсю делает на таких людях деньги, а во Франции это почему-то не принято.
– Во Франции есть на чем заработать, не тревожа призраков, - пожал плечами Крушаль.
– Согласен. Но когда вы упомянули о связанных с этим тусклым зерцалом преданиях, мне пришла мысль сделать верхнюю комнату в башне самой страшной. Этаким аттракционом для желающих пощекотать нервы. Особой приманкой в ассортименте услуг. Ночью в комнате с призраком, - гость довольно рассмеялся.
– И вот там-то я и повешу эту... реликвию.
– Да... Думаю, такой постоялец получит то, о чем мечтает, - подтвердил Крушаль, но радость от близости сделки куда-то ушла из его глаз под сдвинутыми седыми бровями.
– Однако я бы не хотел провести ночь в такой комнате, даже если бы заплатили мне. Такие забавы не проходят даром.
– И тем не менее я уверен, что постояльцы найдутся, - бесстрастно сказал гость, по-хозяйски вышагивая по залу и поглядывая в окна, за которыми солнце уже покраснело, словно от стыда за предсказание плохой погоды.
– Что ж, готовьте документы, месье Крушаль. Мне по душе этот замок.
– Вы знаете, у меня было предчувствие, что именно вы...
– Пока будет идти оформление в собственность, - нетерпеливо перебил гость, - я бы хотел направить сюда одного молодого человека. Историк, интересуется Средневековьем. Думаю, он с удовольствием бы приехал из Москвы и пожил здесь с недельку, покопался в архивах, сделал подборку материалов. Вы поможете ему, месье Крушаль?
– Конечно.
– И знаете что, договоритесь с владельцем, чтобы моего специалиста поселили именно в башне. Пусть прочувствует атмосферу замка. Он человек увлеченный, ему это будет по душе. Кстати, мой племянник.