Время Рыцаря
Шрифт:
Альберт позвал оруженосца, затребовал теплую воду и чистое нижнее белье, разделся и с удивлением обнаружил на груди, на веревке, кольцо с крупным бриллиантом в довольно грубой золотой оправе. При других обстоятельствах это было бы занятно, но сейчас историк лишь недолго повертел кольцо в руке, разглядывая в свете факела, а вернувшийся через четверть часа Уильям застал Альберта уже за изучением нового тела. Тело нареканий не вызывало, было оно, безусловно, мускулистее оставленного в будущем, покрыто шрамами… и совсем чужим. Альберт чувствовал себя словно во взятой на прокат машине, когда над управлением не задумываешься, но чертовски непривычно.
Ополоснувшись
Выйдя на воздух, Альберт задумчиво уставился на воскресшие башни Курсийона и не сразу заметил застывшего, словно изваяние, сержанта. Этот рослый, уже немолодой латник с нечесаной ржавой бородой, которая, казалось, переплелась со звеньями кольчуги подобно плющу, стоял, положив ладони на длинную рукоять боевого молота, известного как 'соколиный клюв'. Такой молот легко проламывал шлем вместе с головой. Во дворе же тренировались лучники, стреляя по раскрашенным деревянным кругам, а сержант наблюдал за ними, презрительно скривившись, и крупные губы его, изрезанные белыми шрамами, неслышно шевелились.
– Мы уходим в Бретань, – после некоторого молчания сказал Альберт, встав рядом. – И надобно сделать это быстрее.
– Нужны еще телеги, – подумав, сказал сержант, не спеша отводить взгляд от лучников.
– Не нужны даже те, что есть. Нечего отягощать себя барахлом. Надо взять самое ценное и навьючить на лошадей, – Альберт говорил, тоже глядя в сторону, следя за тем, как впиваются в дерево стрелы, потому что говорить с незнакомым человеком, как со старым знакомцем, без актерских задатков было очень тяжело.
– Солдаты будут роптать, – сержант повернулся и странно посмотрел на рыцаря.
– Да уж, они готовы нести свое добро и на спинах.
– А хоть бы и на спинах… Золото к земле не тянет.
– Тогда французские стрелы притянут их к земле! – разозлился Альберт и непроизвольно положил ладонь на рукоять меча. – Да и много ли в телегах золота? Перины да медные лампы в этих телегах.
– Луки у французов слабоваты, к земле меня прижать, – буркнул в ответ сержант. – Ну, а как распорядимся провизией? У нас ее довольно много, не считая той, что можно забрать из замка, – он принял деловой вид и стал перечислять: – Соленая треска, круглые сыры, бочонок ячменного пива, три бочонка вина, шесть бочек солонины, десять бутылей масла, бочонок горчицы…
– Свою провизию мы возьмем, – перебил Альберт. – А из замка ничего брать не надо. Увезти бы то, что есть…
– Как будто вы не были в Бретани, сэр… Там даже мыши не найдешь. Эх… – покачал головой сержант, но спорить больше не стал и злой тяжелой походкой направился к лучникам.
Альберт уже заходил внутрь замка, когда ему в спину ударил гул недовольных голосов. А ведь телеги, накрытые просмоленными дерюгами, действительно
Камин погас, и в полумраке холла раздавался богатырский храп Гроуса. Он разлегся на столе, подложив под голову полено, и казалось, что козлы, на которые была положена столешница, сейчас не выдержат и разъедутся. Историк невольно улыбнулся при виде этой картины и нарочно задел деревянными ножнами железную решетку камина, чтобы разбудить рыцаря.
– Итак, я принял решение отправиться с сэром Робертом в Бретань, – объявил он. – Полагаю, надо выступать немедленно?
– Особая спешка ни к чему, – зевнул Гроус, потягиваясь. – Корпус Ноллиса уже покинул эти места, а верные ему люди пробудут в аббатстве Ва еще несколько дней. Главное для меня – ваше слово, – он неохотно присел на хрустнувшей столешнице, свесив ноги, и взгляд его остановился на кувшине с вином. Гроус тут же протянул руку и жадно припал к кувшину, а судя по тому, как высоко он его поднял, вина там оставалось немного.
Ответ неприятно озадачил. Ведь Альберт уже рассчитал, что спокойно дойдет с Гроусом до расположения Ноллиса. Ну а там и до замка Дерваль на бретонской границе, куда, согласно хроникам, командующий добрался благополучно и где провел всю зиму. Там будет возможность все обдумать и найти способ встретится с французом – хозяином Курсийона. А теперь выходило, что Альберт присоединится к оставшемуся в аббатстве гарнизону только для того, чтобы там погибнуть, ведь Дю Геклен уже в пути, и битва при Понвалене состоится со дня на день… После этого англичан будут искать с собаками по всей округе, и лишь не многим из них повезет проделать унизительный путь в телегах до Ле Мана, чтобы гнить в тюрьме в ожидании выкупа или смерти. Английская тактика выжженной земли лишь богатым давала возможность уцелеть в случае поражения.
– Хотелось бы отправиться вслед за Ноллисом немедля. Можно убедить гарнизон аббатства выступить уже завтра? – осторожно спросил Альберт, понимая, как бессмысленно пытаться переиначить историю. – Французы могут отрезать нас от моря.
– Таков приказ. Ждать несколько дней тех, кто образумится.
'Уж лучше спрятаться в Курсийоне, чем идти в аббатство, – встревожился историк. – Надо что-то придумать'.
– Видите ли, сэр Ричард, ночью мне было видение, – он начал импровизировать, напустив загадочный вид. – Пресвятая Дева сказала, что надо быстрее уходить из этих мест, ибо французы большими силами объявятся здесь буквально на днях.
Гроус слушал внимательно, без усмешки, но потом лишь пожал плечами:
– На все воля божья. Если суждено сражаться – значит, будем сражаться.
– Пресвятая Дева сказала, что нам суждено потерпеть поражение… – скорбно проговорил Альберт. – Сэр Роберт мудр и уводит войска на зиму в Бретань. Он не хочет, чтобы его армия погибла напрасно. И нам надо поспешить с ним соединиться.
Настала очередь Гроуса призадуматься. Но Альберт не хотел давать ему время на размышления с неизвестным исходом, ибо этот человек был нужен, чтобы дойти до Ноллиса. В местности Альберт, естественно, не ориентировался. Не мог же он полагаться только на оруженосца или неграмотного сержанта. Добравшись же до Ноллиса, он уже будет примерно знать, как поступить. После того, как отшумит эхо битвы и отловят последних англичан на всей местности от Тура до Ле Мана, под видом странствующего французского рыцаря можно будет вернуться в Курсийон. План был зыбок, но он был.