Чтение онлайн

на главную - закладки

Жанры

Время любить

Бенцони Жюльетта

Шрифт:

— В Зобейде текла кровь Пророка! — обрушился на нее Мухаммад. — И тот, кто проливает кровь Пророка, должен умереть! Преступление считается еще более серьезным, если убийца — неверный. Перестань просить меня о невозможном, Свет Зари. Женщины ничего не понимают а мужских делах!

Презрение, которое звучало в его голосе, оскорбило Катрин.

— Если бы ты захотел… ведь говорят, что ты такой сильный!

— Но я не хочу!

Он резко повернулся к ней, схватил за руки и сжал их в гневе, приблизив к Катрин лицо, залитое краской яростного возбуждения.

— Разве тебе непонятно, что твои просьбы еще больше растравляют мой гнев? Почему же ты не говоришь всего до конца? Почему ты не говоришь мне: освободи

его, потому что я люблю его и никогда не откажусь от него? Освободи его, потому что мне необходимо знать, что он жив, любой ценой… даже ценой моих поцелуев! Безумица! Именно твоя любовь к нему более, чем желание отомстить за сестру, вызывает во мне ненависть. Ибо теперь я его ненавижу, слышишь… я его ненавижу всеми силами, всей моей властью. Ему удалось получить то, чего я желал более всего на свете: быть любимым тобою.

— Ты думаешь, что добьешься большего, если убьешь его? — холодно спросила Катрин. — У мертвых есть власть, о которой ты, кажется, не догадываешься. Ты мог бы держать в плену супругу Арно де Монсальви, но ты никогда не будешь владеть его вдовой! Прежде всего потому, что я его не переживу. Кроме того, его кровь на тебе будет мне омерзительна, если мне придется еще жить…

Она отступила на несколько шагов и непримиримо посмотрела ему в глаза. Было странно видеть, насколько гнев делает людей похожими друг на друга. На лице этого человека она находила отсвет других гневных страстей, злости всех мужчин, которые ее любили или с которыми ей пришлось сражаться. И всегда в конце концов она выходила победительницей. Пока он не трогал ее сердца или ее чувств, она оставалась сильна перед лицом мужчины в гневе. Но, думая, что слабость, которую всегда обнаруживает гнев, отдаст ей в руки и Мухаммада, она ошибалась. Те, другие, были люди ее племени. Этот же был иным. Между ними был целый мир, над которым их души не могли соединиться.

Ценой невероятного усилия калиф овладел собой. Повернувшись спиной к Катрин, он вновь уселся на троне, взял свой скипетр, словно в этих регалиях искал защиты. Катрин оцепенела под этим взглядом, который он бросил на нее, в то время как тонкая улыбочка приоткрыла белые зубы. Леденящий ужас охватил Катрин. Ярость Мухаммада была менее ужасна, чем эта улыбка!

— Ты не умрешь, Свет Зари! — начал он мягко.

— Перестань так меня называть! — взбеленилась молодая женщина. — Это имя мне противно. Мое имя — Катрин!

— Я не привык к этим варварским именам, но последую твоему желанию. Так ты не умрешь… Катрин… ибо я позабочусь об этом. И я буду тобой владеть, когда захочу. Нет… не протестуй! У меня на руках не будет крови твоего супруга… ибо ты сама же его и убьешь!

Сердце Катрин остановилось. Она подумала, что плохо расслышала, и спросила с тревогой:

— Что ты говоришь? Я плохо поняла…

— Ты убьешь его собственной красивой и изящной рукой. Вот слушай: твой супруг в этот момент сидит на дне тюремной башни. Он останется там до дня торжественных похорон его жертвы. Они произойдут на заходе солнца ровно через неделю. В тот день он умрет — раб должен сопровождать свою госпожу в иной мир, пусть Зобейда в могиле созерцает окровавленные останки ее убийцы. До этого времени он не будет ни пить, ни есть, ни спать, для того чтобы народ видел, что такое мой гнев. Но это пустяки по сравнению с морем пыток, которые ему придется перенести перед смертью. Перед ликом небесным и перед народом палачи заставят его сто раз пожалеть, что он был рожден на свет… если только…

— Если только что? — прошептала Катрин пересохшим горлом.

— Если только ты сама не укоротишь его страдания. Ты будешь присутствовать там, моя роза, наряженная, как положено султанше. И у тебя будет право укоротить пытки, нанести ему удар своей рукой и тем же оружием, которым он воспользовался, чтобы совершить свое убийство.

Значит,

вот какова его месть! Ей придется сделать чудовищный выбор: убить собственной рукой человека, которого она обожала, или слушать, как он часами будет выть под пытками! Господи! Как она сможет пресечь жизнь, от которой зависела и ее собственная? Еле слышно она прошептала, словно себе самой:

— Он возблагодарит смерть, которую ему даст моя рука.

— Не думаю. Ибо он будет знать, что отныне ты принадлежишь мне. От него не скроют того, что в тот же вечер я женюсь на тебе.

Такая жестокость видна была на лице калифа, что Катрин с отвращением отвела от него глаза.

— А про тебя говорят, что благороден, щедр!.. Тебя мало знают! Однако радость твоя преждевременна. Ты меня не знаешь. Есть предел страданию.

— Я знаю. Ты сказала, что покончишь с собой. Но не раньше дня казни, ибо ничто не спасет твоего супруга от пытки, если тебя больше не будет. Тебе нужно остаться в живых для него, нежная мадам!

Она подняла на него взгляд утопленницы. Какого же рода любовь питал к ней этот человек? Он кричал ей о своей страсти, а чуть позже мучил ее с холодной жестокостью… Но она более не рассуждала, не боролась. Она теряла надежду. Между тем надо было найти в самой сокровенной глубине сердца этого человека, поэта, совсем миленький росточек жалости… Она медленно опустилась на колени, склонила голову.

— Господин! — прошептала она. — Умоляю тебя! Посмотри… я у твоих ног, у меня нет больше гордости, самолюбия. Если в тебе есть ко мне хоть немного любви, пусть даже совсем немного, не заставляй меня так страдать! Ты не можешь осудить меня на пытку, которой будут для меня грядущие дни, ты не можешь желать, чтобы я медленно умирала под одной крышей с тобой. Если ты не можешь или не хочешь дать мне согласие на жизнь моего супруга, тогда позволь мне соединиться с ним. Дай разделить с ним страдания и смерть, и перед Богом, что меня слышит, клянусь, что, умирая, я тебя благословлю…

Она в мольбе протягивала к нему руки, устремляя теперь к нему свое прекрасное, залитое слезами лицо, трогательное и такое прекрасное. Мухаммад только утвердился в своем намерении.

— Встань, — сухо сказал он. — Бесполезно унижаться. Я сказал то, что должен был сказать.

— Нет, ты не можешь быть таким жестоким! Что тебе делать с телом, душа которого не может тебе принадлежать?.. Не заставляй меня страдать… Пожалей меня!

Она закрыла лицо ладонями, а сквозь тонкие пальцы капали слезы. Солнце уже садилось в кровавом зареве. С высоты соседнего минарета взлетел к небу пронзительный голос муэдзина, сзывая верующих к вечерней молитве. Этот голос заглушил отчаянные рыдания Катрин, и Мухаммад, который, может быть, уже склонялся к тому, чтобы смягчиться, полностью овладел собой. Резким жестом он указал на дверь, сурово бросив ей:

— Уходи! Ты теряешь здесь время и силы! Ты ничего от меня не добьешься. Иди к себе. Для меня наступил час молитвы!

В ту же секунду слезы Катрин высохли.

— Ты идешь молиться? — произнесла она с презрением. — Значит, ты умеешь молиться? Тогда не забудь, господин, рассказать Богу, как ты решил разбить союз двух существ и заставить супругу убивать супруга. Если он согласится, значит, он явно не настоящий и единственный Бог! Или же люди заслужили таких вот Богов!

Подобрав белое покрывало, она завернулась в него и вышла, не оборачиваясь. У дверей она нашла Морайму и свою охрану. Длинный зеленый двор быстро пустел. Люди шли в мечеть. Только четыре садовника еще медлили, подрезая миртовые ветви. Один из них, гигантского роста мавр, кашлянул, когда Катрин проходила мимо него. Машинально она повернула голову, посмотрела на него и едва сдержалась от того, чтобы не всплеснуть руками. Под белым тюрбаном, по узенькой черной бородке, она узнала Готье.

Поделиться:
Популярные книги

Первый среди равных. Книга XIV

Бор Жорж
14. Первый среди Равных
Фантастика:
аниме
фэнтези
попаданцы
5.00
рейтинг книги
Первый среди равных. Книга XIV

Кола

Поляков Борис
Проза:
историческая проза
5.00
рейтинг книги
Кола

Дважды одарённый. Том X

Тарс Элиан
10. Дважды одаренный
Фантастика:
аниме
фэнтези
попаданцы
5.40
рейтинг книги
Дважды одарённый. Том X

Богоизбранность. В двух томах. Том 1

Лайтман Михаэль Семенович
Научно-образовательная:
прочая научная литература
религиоведение
5.00
рейтинг книги
Богоизбранность. В двух томах. Том 1

Великий Столыпин. «Не великие потрясения, а Великая Россия»

Степанов Сергей Александрович
Гении власти
Документальная литература:
биографии и мемуары
6.83
рейтинг книги
Великий Столыпин. «Не великие потрясения, а Великая Россия»

Столетняя война

Корнуэлл Бернард
Проза:
историческая проза
5.00
рейтинг книги
Столетняя война

Как сделать карьеру, или Психология общения на работе

Лемайте Кристина
Деловая литература:
корпоративная культура
5.00
рейтинг книги
Как сделать карьеру, или Психология общения на работе

Воронцов. Перезагрузка. Книга 3

Тарасов Ник
3. Воронцов. Перезагрузка
Фантастика:
попаданцы
альтернативная история
фэнтези
фантастика: прочее
6.00
рейтинг книги
Воронцов. Перезагрузка. Книга 3

Павлов И.П. Полное собрание сочинений. Том 5

Павлов Иван Петрович
Научно-образовательная:
биология
биофизика
биохимия
5.00
рейтинг книги
Павлов И.П. Полное собрание сочинений. Том 5

Первый среди равных

Бор Жорж
1. Первый среди Равных
Фантастика:
попаданцы
аниме
фэнтези
5.00
рейтинг книги
Первый среди равных

Приваловские миллионы. Хлеб

Мамин-Сибиряк Дмитрий Наркисович
Проза:
историческая проза
6.25
рейтинг книги
Приваловские миллионы. Хлеб

Мы друг друга не выбирали

Кистяева Марина
1. Мы выбираем...
Любовные романы:
остросюжетные любовные романы
прочие любовные романы
современные любовные романы
5.00
рейтинг книги
Мы друг друга не выбирали

Дитя прибоя

Трофимов Ерофей
Дитя прибоя
Фантастика:
боевая фантастика
попаданцы
фэнтези
5.25
рейтинг книги
Дитя прибоя

Кодекс Охотника. Книга XXIX

Винокуров Юрий
29. Кодекс Охотника
Фантастика:
попаданцы
аниме
фэнтези
5.00
рейтинг книги
Кодекс Охотника. Книга XXIX