Время любить
Шрифт:
— Ну вот, теперь ты видишь, как я изменилась! — заметила Катрин с некоторой горечью. — И незачем тебе называть меня на «вы». Мы с тобой теперь равны!
— Изменилась? — серьезно спросила Мари. — Конечно, вы изменились, но тогда одежда мешала оценить вашу красоту. Теперь она больше видна! Вы просто другая, вот и все!
— Умоляю, — мило попросила Катрин, — не относись ко мне как к высокопоставленной даме! Просто будем друзьями, я в этом так нуждаюсь.
Мари весело согласилась оставить это официальное «вы», и, так как лед окончательно был растоплен, женщины стали своего рода заговорщицами, сообщницами, связавшись так же крепко, как бывают связанными
— Обещай мне, что если надумаешь бежать, возьмешь и меня с собой — я все сделаю для того, чтобы тебе помочь. Ты же так, наверное, страдаешь из-за этой Зобейды!
— Если я выйду из этого дворца и этого города, ты последуешь за мной, клянусь.
Тогда Мари сообщила своей новой подруге несколько интересных подробностей.
— Ты — в опасности, — сказала она ей. — Если калиф не вернется, тебе и часа не продержаться.
— Почему он может не вернуться?
— Потому что Абен-Ахмед Бану Сарадж, великий визирь, ненавидит его и желает Зобейду, любовником которой он был до приезда франкского рыцаря. Он также хочет захватить трон и возвести на него принцессу вместе с собой, и эта так называемая вылазка Юсуфа, бывшего калифа, отца Мухаммада, против своего сына — мне кажется чистой воды выдумкой. Сын и отец не любят друг друга, но Юсуф устал от власти. Нужно быть очень наивным, как Мухаммад, чтобы поверить, что Юсуф собирается опять отобрать у сына трон, который оставил ему по собственной воле. Наивность со стороны Мухаммада и лживость Бану Сараджа! Я очень опасаюсь, что наш хозяин угодит в хорошо подготовленную ловушку.
— И тогда? — бледнея, спросила Катрин. — Я погибла?
— Еще нет! Мухаммад — наивный, но мужественный человек. Это воин, и он может выйти из положения. Поэтому-то Зобейда и приказала тебя охранять. Если брат вернется, получится, что она только сторожила, может быть, немного переусердствовав, фаворитку своего любимого братца. А если прибудет сообщение о смерти калифа, тебе и часа не прожить!
— Почему? Что я ей сделала?
— Ты — ничего. Но египтянка Зора тобой уже занялась. Принцесса к ней хорошо относится, а Зора ползает у ее ног. И, так как Зора любой ценой жаждет твоей смерти, она проявила дьявольскую прозорливость, я бы сказала, почти финальную, потому что, не ведая ни о чем, она раскрыла правду.
— Что ты хочешь сказать?
— Я хочу сказать, что Зобейда — единственная, кто может возражать калифу. Зоре нужно было сделать ее твоим врагом. А для этого есть единственный способ: использовать ревность Зобейды ко всему, что касается франкского капитана. Зора, сыграв на том, что ты из той же страны, наговорила принцессе, что ты влюблена в ее пленника и норовишь быть к нему поближе.
У Катрин вырвался крик ужаса, который она не сдержала.
— Она сказала, что… Господи! Но я же пропала! Как же получилось что меня еще до сих пор не отдали палачам?
— Монгольским палачам ! Об этом и мечтала Зора, зная темперамент Зобейды. Но принцесса не сумасшедшая: убить тебя, в которую калиф так страстно влюбился с первого же взгляда? Нет, этого она не сделает, пока он в отъезде. Это значило бы признать свое участие в заговоре Бану Сараджа, показать всем, что она не надеется увидеть калифа живым. Если он вернется, то найдет тебя здоровой и невредимой. Но будь уверена, ты недолго будешь наслаждаться его ласками. Ты не попадешь в руки палачей, но с тобой случится какой —
И Мари показала рукой на свиток в бархатном чехле, усеянном сапфирами, на котором Махаммад написал поэму, посвященную своей возлюбленной. В предыдущие дни Катрин получила белый султан с брошью из больших розовых жемчужин, золотую клетку, полную голубых попугайчиков, и чудо ювелирного искусства — массивного павлина из золота, распустившего хвост, усеянный драгоценными камнями.
— Впрочем, это вполне убедительно, — заключила Мари. — Это доказывает, по крайней мере, что властелин верующих все еще жив… и да пожелает Аллах сохранить ему жизнь!
Принеся женщинам еду, рабы прервали их откровенную беседу. Пока Мари весело воздавала честь многочисленным блюдам, подаваемым ей, Катрин углубилась в свои невеселые думы. Ее положение оказалось еще хуже, чем она предполагала. В любой момент могло прийти сообщение о смерти Мухаммада… И тогда!.. Только Бог знал, что тогда. Она не сможет послать последнюю весточку Арно и умрет рядом с ним, а он никогда даже не узнает об этом. А ее друзья? Как позвать их на помощь? Жосс, обрядившись в воина из войска калифа, был в Альказабе. Но как найти способ отправить ему письмо? Могла ли она позвать Фатиму к себе и доверить ей письмо для Абу-аль-Хайра? Дойдет ли письмо? И все время преследовала ее мучительная мысль: хватит ли у нее на это времени?
Мари, покончив со шербетом, лениво принялась за большие и блестящие от сахара финики, решив не отвлекать Катрин от размышлений, но внезапно Катрин устремила взгляд прямо на молодую блондинку.
— Раз так, — заявила она, успокоившись, — я не могу терять ни минуты. Действовать нужно сегодня же.
— Что ты собираешься делать?
Катрин ответила не сразу.
В этот момент она ставила на карту свою жизнь. Поэтому она еще раз все обдумала и изучающе посмотрела на Мари, которую, в сущности, не знала. Но маленькая Мари смотрела на нее такими светлыми, такими искренними глазами, что последние сомнения Катрин развеялись.
Придется довериться этой девице, да и выбора у нее не было, к тому же время торопило. Она решилась:
— Мне нужно выйти отсюда и повидаться с мужем…
— Это ясно. Но как? Если только…
— Если что?
— Если только нам поменяться одеждой, и ты тогда выйдешь вместо меня. Здешняя одежда хороша тем, что никогда не узнаешь, кто проходит мимо, тем более что у нас с тобой один и тот же оттенок кожи, и если опустить ресницы, цвет глаз не будет виден.
Сердце у Катрин забилось сильнее. Значит, Мари догадалась о том, что ей было нужно, и совершенно естественно предложила то, чего сама Катрин не решалась у нее попросить. Она взяла руку Мари в свою.
— Ты понимаешь. Мари, что рискуешь жизнью. А что, если сюда придут, пока я буду отсутствовать?. — Я скажу, что ты на меня набросилась, связала. Меня связать нетрудно. Хватит тонкой и крепкой материи. Если придут, я буду связана, ты меня прикроешь… если не придут, ты сама меня освободишь, когда вернешься.
— Как ты объяснишь мое отсутствие, если появится Морайма?
— Я скажу, что ты задыхалась и пожелала выйти подышать свежим воздухом.
— И поэтому связала тебя и взяла твою одежду?
Первый среди равных. Книга XIV
14. Первый среди Равных
Фантастика:
аниме
фэнтези
попаданцы
рейтинг книги
Кола
Проза:
историческая проза
рейтинг книги
Дважды одарённый. Том X
10. Дважды одаренный
Фантастика:
аниме
фэнтези
попаданцы
рейтинг книги
Богоизбранность. В двух томах. Том 1
Научно-образовательная:
прочая научная литература
религиоведение
рейтинг книги
Великий Столыпин. «Не великие потрясения, а Великая Россия»
Гении власти
Документальная литература:
биографии и мемуары
рейтинг книги
Столетняя война
Проза:
историческая проза
рейтинг книги
Как сделать карьеру, или Психология общения на работе
Деловая литература:
корпоративная культура
рейтинг книги