Шрифт:
Время, деньги
Так… Сперва — самый короткий участок пути. По тропинке под каштанами. До ближайшей пятиэтажки. Здесь меньше шансов на кого-нибудь нарваться. Затем перебежка до трансформаторной будки. От будки до беседки. От беседки до соседней пятиэтажки. Чуть отдышаться. И снова короткими перебежками: старый вяз в центре двора. Помойка. Девятиэтажный блок. Там опаснее всего. Много растительности. Есть, где затаиться противнику. Впрочем, имеется другой путь. Но он длиннее. Вся хитрость в том, чтобы появиться у дверей подъезда в самый неожиданный момент. И желательно, с дальней, плохо просматриваемой стороны.
Проклиная самыми скверными словами родную школу, старшеклассник Валентин Исаев тщательно просчитывал кружной маршрут до собственного дома. Нет, сами по себе школьные занятия вполне устраивали Валю. Подумаешь, математика! В то время, как свора балбесов-одноклассников собирает бананы за простейшие производные, он уже свободно решает нелинейные дифференциальные уравнения. А электролиз на физике? Ну, это же полная ерунда! То ли дело Общая Теория Относительности. Кривизна пространства-времени. Возможность дальних, космических путешествий… Валек обожал фантастику. Но не абы какую, про чертей с упырями. А в самом ее классическом виде. И мог часами воображать себя капитаном межзвездного корабля, прорывающегося сквозь штормящее гиперпространство к переживающим очередную катастрофу братьям по разуму. И не имеет абсолютно никакого значения, что из-за этих мечтаний у него совершенно не остается времени даже на пробежку вокруг дома. А «отлично» по физкультуре, только чтобы не портить аттестат предполагаемого золотого медалиста.
Ну да. Чего уж тут скрывать. Вся школа знает! Случались с ним на «физ-ре» печальные истории. И что с того? Подумаешь, планку погнул. При прыжках в высоту. Один раз. И рухнул с каната. С той, полутораметровой высоты, на которую сумел-таки забраться. Два раза… Но разве заслуживает будущий спаситель цивилизации погонялова «Чахлый Ботан», коим наградили его глумливые 'коллеги' за подвиги на ниве познания? Именно эти тупые сверстники, которые вечно издеваются над ним на переменках, норовят подловить по дороге домой и стали той единственной причиной, по которой Валя ненавидит школу. Зато когда он вырастет, все им припомнит. И плевки в спину. И пендали. И подзатыльники. Лишь только придется спасать Землю от… Ладно, вариантов много, там разберемся. А Ирочка Коновалова еще пожалеет, что вовремя не обратила на него внимания!
Ира… Ирочка… Иришка… Дух захватывает, когда она прыгает через спортивного козла. Просто преломляется в пространстве. Подобно солнечному лучу в стеклянной призме! Единственное приятное воспоминание с урока физкультуры. Впрочем, есть еще одно. Когда физрук заставляет всех нарезать круги под окнами школы. Какие легкие у нее шаги! Бегущая По Волнам. Электромагнитным… И что ей приглянулся Тоха Газаров? Подумаешь, подтягивается сорок три раза. Эка невидаль! Тайским боксом занимается. Танцует лучше всех в школе… Гнида. Но ведь туп, как пробка! Из школы его не выперли только «за особые спортивные достижения, проявленные на областных соревнованиях».
А вот, кстати, и он. Легок на помине! Маячит в сером бадлоне у старого вяза. Не заметил. И то хорошо! Пойдем в обход. Эх, Иришка, Иришка… А у него, у Валентина Исаева, такие большие перспективы.
Эта мысль почти примирила Валька с суровой реальностью. Он скрючился за низко стрижеными кустами. Проклятый дворник! Вечно обкорнает чуть не под корень. Едва скрытый ими, почти по-пластунски
— Ча-а-ахлый Бо-о-отан…
Будут бить, сразу догадался школьник. И покорно втянул в плечи голову.
— Так меня звали в школе… — столь же вкрадчиво и спокойно продолжил Голос.
— Это меня так называют! — с неожиданной обидой, словно его лишают последнего, воскликнул Валя.
— Дух захватывает, когда она прыгает через спортивного козла. Будто преломляется в пространстве. Подобно солнечному лучу в стеклянной призме! — продолжил Голос все так же мягко и тихо.
— Ты… Читаешь мои мысли! — оторопел Валек.
— Нет… Я их помню. — донеслось из мрака.
— Так значит, вы… Мы… Я… Будущее… — до преданного поклонника научной фантастики и Теории Относительности вдруг дошла предельная очевидность ситуации. — Пошли домой! Я сделаю бутерброды!!!
— Некогда! — отверг угощение Голос. На мгновение раздался тонкий писк. И поток зеленоватого сиянья от экрана небольшого прибора ярко озарил небритый подбородок человека, до этого момента скрывавшегося во мраке.
— Да! Я все-таки сделал это! — с гордостью воскликнул гость. Азартно потряс ярко сияющим прибором над головой. И серые тени от ржавых перил заметались по облупившейся краске стен подобно лапищам гигантской сороконожки. — Хотя никто мне не верил! Хотя все принимали меня за психа! И выперли таки из института. Впрочем, фиг с ними! На эту жалкую зарплату могут работать только идиоты. Пришло время кое-что исправить.
— Но если сейчас… Кто-нибудь… — попытался напомнить Валек, оглядываясь на дверь.
— В течение ближайших десяти минут сюда никто не проникнет. Уже посмотрел! А потом останешься только ты. — уверенно ответил небритый субъект, в котором старшеклассник с трудом мог признать собственный образ из грядущих десятилетий. Мятая рубашка, коротковатые брюки, старые башмаки как-то не очень вязались с романтическим образом преуспевающего светила науки, который наш мечтатель давно уже очертил в своем воображении.
— А… Вы? Переместитесь в ответвившуюся параллельную реальность?
— Ха-ха-ха-ха! — заржал гость. — Есть только одна реальность. Движущаяся в едином временном потоке. Любое ответвление, как пустой шланг, брошенный в воду. Почти мгновенно наполняется. Когда я вырвался из собственного мира, то оставил за собой длинный вневременной канал. Позади с бешеной скоростью несется поток обратного времени. Я опережаю его на считанные минуты.
— И что будет, когда шланг… Когда канал наполнится?
— Окончательная временная аннигиляция моей реальности. Только и всего.
— Чудовищный взрыв?!
— Нет. Просто мой мир полностью обнулится. Без каких бы то ни было последствий для этого.
— А вы?
— Так я же это ты и есть. Хронологический двойник. Никуда не денусь. Однако в том виде хронического… Хе… Неудачника, котором ты сейчас себя наблюдаешь, разумеется, бесследно исчезну. Но сперва передам тебе несколько важных фраз. Ведь информация, в отличие от массы, не аннигилирует. Вселенной по барабану, как расположатся буквы на листе бумаги! — это сравнение почему-то особенно понравилось путешественнику. И гулкий смех его вновь загремел эхом по лестничным пролетам. — Слушай и запоминай…