Чтение онлайн

Дверь открылась.

– Вверх? – спросил Мердок, войдя в кабину вслед за Вичем, и набрал нужный код.

– Да, – неуверенным тоном сказал Вич, не зная, нужно ли отвечать на риторические вопросы.

Хотя сам он, на мой взгляд, был не чужд риторики и часто отделывался напыщенными малосодержательными фразами там, где следовало быть конкретным и говорить по существу.

Двери со скрипом закрылись, и пол как будто прилип к нашим ступням – кольцевой лифт поднимался на уровень «Альфа».

– Так кто же на ней подорвался? – спросил Мердок.

Я

покачала головой.

– Никогда не слышала, что взрыв может произойти сам собой. Несомненно, был какой-то корабль.

Джамп-мины, оружие, оставшееся после войны между Конфедерацией и торами, были беспорядочно разбросаны по всему сектору и активизировались, когда корабль выходил из гиперпространства в обычный космос. Большинство мин уже убрали или уничтожили, но количество мест, где осуществлялся переход из гиперпространства и обратно, было ограничено, и иногда в эти точки космоса забредали забытые мины. Большие торговые суда и корабли Конфлота снабжались защитными сетками, поэтому в большинстве своем жертвами мин становились небольшие или устаревшие транспортные средства.

– Что случилось, командир? – спросил Вич, строго глядя на меня.

– Мы обнаружили джамп-мину, которая активизировалась в пределах системы Абеляра, – объяснила я. Мне казалось, что лифт движется очень медленно, и это выводило меня из себя. – На краю астероидного пояса.

– Понимаю.

– И вы ничуть не взволнованы подобным событием? Возможно, это был корабль, посланный к нам Конфедерацией. Первый за последние шесть месяцев блокады!

– Большинство кораблей Конфлота оборудованы устройствами обнаружения мин. Но если судно все-таки взорвалось, то я не вижу, какая нам польза от груды радиоактивных обломков.

– Да вы весельчак! – фыркнул Мердок. – А понятие «мораль» для вас что-нибудь означает?

Я активизировала на стене кабины лифта изображение наиболее близкого к нам корабля сэрасов. Хотелось знать его точное местонахождение, хотя наши датчики были малоэффективны. Судно располагалось в прежней точке, в течение последних недель оно не изменило своего положения и было обращено носовой частью в сторону внутренних секторов галактики, где находилась Конфедерация.

– Речь не идет о немедленной пользе, которую мы можем извлечь прямо сегодня, – сказала я, поворачиваясь лицом к Вичу. – Но если проанализируем ситуацию, узнаем, как произошла катастрофа, то, возможно, выясним, почему судно вышло из гиперпространства именно в этой точке. Было оно посланцем Конфедерации или нет.

Подобный скачок из одного пространства в другое сам по себе необычен. Как правило, внутри обитаемой звездной системы переход не осуществляется, даже если точка перехода вполне доступна, – по причинам безопасности и вежливости. Никто не хочет, чтобы на пороге неожиданно возникли незваные гости. Впрочем, мы немного знали о том, как происходит переход.

Инвиди часто указывали на то, что даже самые блестящие математические умы человечества оказались неспособными понять это, но я думаю, нам стоило бы привлечь

инженеров для решения этой задачи.

– Я полагал, что вы обрадуетесь возможности получить весточку из дома, – заметил Мердок, обращаясь к Вичу. – Должно быть, нелегко жить здесь, среди существ низшего порядка.

Я пристально взглянула на Мердока. Вообще-то сарказм был не в стиле начальника службы безопасности. Его смуглое грубоватое лицо выглядело утомленным.

– Я отнюдь не всех на станции расцениваю как существ низшего порядка, – заявил Вич.

– Возможно, но вы должны признать, что разработанный инвиди порядок осуществления деятельности административных органов оскорбляет тех, кто пытается его соблюдать.

У меня упало сердце. Если Мердок перейдет на сторону оппозиционного «Четырем Мирам» лобби, мне станет еще труднее справляться, поскольку я окажусь меж двух огней. До сих пор руководитель службы безопасности был нейтрален.

– Зато этот порядок эффективен, – резко бросил Вич, его не раздражали нападки Мердока.

– На днях, когда я пробовал зарегистрировать жалобу относительно рециркуляции, он не показался мне таковым, – возразил Мердок.

– Возможно, вы неправильно пользовались им.

– Отчего же, я сделал все, что положено по инструкции…

– Хорошо, я разберусь, в чем дело, – пообещал Вич.

Я пробовала не обращать на спорящих внимания и сосредоточиться на мыслях о таинственном корабле, подорвавшемся на мине, но их голоса походили на зловещее шипение и отвлекали меня.

Это была странная пара: Вич, должно быть, родился со знанием всех законов и норм, регулировавших жизнь Конфедерации; Мердок же был способен поступать по собственному усмотрению, игнорируя правила.

Мердока перевели на станцию, потому что на своем прежнем месте службы он отказался брать взятки, вошедшие уже в обычай, и пытался арестовать тех, кто их давал.

Вич, должно быть, наступал в Центральном секторе кому-то на пятки и дышал в затылок, иначе не объяснишь того факта, что этот бюрократ и карьерист оказался на Иокасте. Я уверена, что меня саму послал осуществлять проект реконструкции станции тот, кто надеялся, что я взорвусь, попав в одну из расставленных торами ловушек.

Дверь в главный комплекс со скрипом открылась.

– До свидания, – бросил Мердок и быстро вышел из кабины, опередив Вича, который, наклонив свои антенны, последовал за ним.

Лифт поднялся на следующий подуровень, и я оказалась в так называемом Пузыре.

Гул голосов замер лишь на несколько секунд – в то мгновение, когда я ступила на платформу. Впервые за последние месяцы на верхнем уровне царило такое сильное волнение. Вместо обычных трех или четырех сотрудников, следящих за работой главных систем, здесь сейчас столпилось по крайней мере двадцать человек. В небольшом круглом помещении было тесно и жарко. Баудин склонился над дежурным, располагавшимся у монитора, регистрирующего показания главного датчика, а лейтенант Конфлота Ли сидела за пультом управления.