Время будущее
Шрифт:
Так вот как «Калипсо» добралась сюда. Ничего сложного, ничего таинственного.
– Это то, что мы ищем? – В голосе Рэйчел слышался благоговейный трепет.
– Похоже, что да. Грузовое судно нукени вряд ли было бы оборудовано чем-либо подобным.
Я почти не слышала собственного голоса, так слаб он был.
Узор повторялся, но на этот раз я сумела уловить еле заметные различия в нем. Так, во всяком случае, мне показалось.
Не информация о диске перехода, а сам диск, вот чем на самом деле было нлитри. Брин неправильно перевел это Понятие.
Наконец-то у меня в руках то, что хотел заполучить Эн Барик, –
Я вскинула руки вверх, подпрыгнула и громко засмеялась. В эту минуту я, должно быть, выглядела как полная идиотка.
– Что могло вас так рассмешить? – удивилась Рэйчел. – Что забавного в этой ситуации?
– Забавно то, что теперь мы владеем доказательством вмешательства инвиди в дела землян. Теперь у меня есть козырная карта, которую я могу использовать против Нового Совета! Теперь мы можем не зависеть от кораблей «Четырех Миров» и не обращаться к ним по всякому ничтожному поводу…
Внезапно мне расхотелось смеяться. В том, что я говорила, в действительности не было ничего забавного. Просто я получила потенциальную возможность изменить все в нашей жизни. Я помнила, что говорил Геноит.
Это было то, о чем мечтали его соратники. В настоящее время «Четыре Мира» контролировали распределение всех ресурсов и распространение технологий, но если бы кто-нибудь из «Девятки» владел технологией перехода в гиперпространство, Новый Совет мог бы без особого труда достичь своей цели – более справедливого представительства в органах управления Конфедерации и большей автономии для членов «Девятки».
– Ну и прекрасно, – сказала Рэйчел довольно безразличным тоном.
– Прекрасно? И только? Да это настоящий прорыв в технологии Земли, величайшее достижение с тех пор, как мы начали использовать научные знания внеземных цивилизаций!
– Величайшее достижение… Забавно. В мое время величайшими достижениями называли то, что изобрело само человечество.
Я промолчала. Она была права, но я не могла согласиться с ней. Во всяком случае, сейчас.
– Не знаю, помните ли вы, но транспортное средство, которое Эн Серат самым бессовестным образом использовал для того, чтобы доставить сюда этот замечательный диск перехода, имело на своем борту пассажиров. Мы и не предполагали, что выступаем в роли пассажиров, мы считали, что мы – члены экипажа, исследователи, но это не имеет отношения к делу, не так ли?
Она замолчала, чтобы перевести дыхание.
Я воспользовалась паузой, чтобы вставить слово.
– В чем дело, Рэйчел? Вы чувствуете, что вас предали, но я не понимаю вас. Эн Серат, очевидно, пытается помочь «Девяти Мирам», хотя мы не знаем, по каким причинам. Или, может быть, помогая нам, он преследует какие-то свои цели, о которых мы ничего не знаем. В любом случае нам это выгодно.
– А тем, кто погиб на борту «Калипсо», это тоже выгодно? – парировала она. – Моим друзьям и коллегам, которые не дожили до сегодняшнего дня? Неужели вы думаете, что Эн Серат не знал о мине в точке перехода? Можете ли вы, положа руку на сердце, утверждать, что он действительно заботится о жизни и безопасности людей?
Я
– Нет? И я так считаю, – сказала Рэйчел, заметив мою реакцию. – Поэтому не надо ожидать от меня восторгов по поводу какого-то внеземного устройства, ради которого мы рисковали жизнью, а многие мои товарищи даже поплатились ею.
– Мне надо осмотреть находку, – сказала я после неловкой паузы.
У нас оставалось всего лишь несколько минут, уровень радиации вот-вот должен был достичь критической точки. Для дальнейшего исследования мне достаточно было сосканировать несколько последовательных изменений, происходящих в системе. Затем я извлекла «яйцо», которое покинуло «окно» без всякого сопротивления, и оно – «окно» – немедленно потемнело. Когда я оглянулась назад, то увидела лишь участок обожженной панели, такой же, как и все другие.
По дороге на станцию мы молчали.
Мы со вздохом облегчения сняли наши скафандры, и я, морщась от отвращения, опять надела свою грязную униформу поверх влажного от пота нижнего белья.
Рэйчел казалась подавленной, она с непроницаемым выражением лица молча возилась с застежками скафандра. Я старалась сосредоточиться на мыслях о нашей находке. Мы не были готовы увидеть того, кто появился перед нами, когда дверь шлюзовой камеры открылась.
Это был Эн Барик собственной персоной, одетый в скафандр, в складках которого мерцали отблески света. Его огромная фигура, казалось, заполнила собой весь небольшой тамбур перед шлюзовой камерой.
– Командир Хэлли!
Транслятор Барика был настроен на более громкое звучание, чем обычно, и мы с Рэйчел невольно вздрогнули, услышав его слова.
– Что-то случилось?
Мой голос звучал неуверенно и слабо, но я опустила вежливое обращение «Мастер».
– Да.
Его скафандр ходил ходуном, и я представила, как под ним шевелятся его щупальца.
– Хэлли? Вы здесь?.. – послышался голос Мердока, и через мгновение он появился на пороге тамбура. – Мне сказали, что вы… – Он был здоров и невредим и, по-видимому, находился в хорошем расположении духа. – Полковник Геноит сообщил, что вы отправились на поврежденный корабль. Нашли что-нибудь интересное?
Рэйчел фыркнула. Мердок в сопровождении Геноита вошел в тамбур. Хотя начальник службы безопасности говорил о моем бывшем муже спокойным тоном, чувствовалось, что между ними существует напряженность. В тамбуре было теперь так тесно, что мы едва могли двигаться.
– У вас есть то, что принадлежит ему, – громко заявил Барик.
Скорее всего имелось в виду небольшое устройство, которое он передал Квотермейну, – «яйцо», оттягивавшее мне сейчас карман брюк.
– Как вы узнали об этом?
– Оно само сообщает ему о своем присутствии. Где оно?
Возможно, Барик хочет сказать, что «яйцо» послало ему сигнал, когда я использовала его на «Калипсо». Я не подумала о такой возможности.
– Я оставила его на корабле.
– Вы лжете.
Мердок в замешательстве поглядывал то на меня, то на инвиди.
– Хэлли, какого… – начал было он, но я не дослушала его.
– Да, я солгала, – сказала я инвиди.
Я и не надеялась, что он поверит мне.
Барик приблизился ко мне вплотную, стоявшая рядом со мной Рэйчел отшатнулась.