Чтение онлайн

Человек в маске не отвечает.

— Передайте ему всё, что я сказал, — продолжаю. — Слово в слово. И добавьте: граф Скорпионов ждёт ответа в течение трёх дней. После этого срока первый вариант перестанет быть актуальным.

Разворачиваюсь и иду к выходу.

— Граф, — раздаётся за спиной.

Останавливаюсь, но не оборачиваюсь.

— Вы понимаете, с кем разговариваете?

— С трусливой девочкой, которая боится графа, который приехал на встречу один, — отвечаю с усмешкой, — несмотря на ваших наблюдателей, о которых мы

не договаривались.

Выхожу на набережную. Вдыхаю прохладный морской воздух и улыбаюсь. Двое у соседнего склада смотрят мне вслед, но не двигаются.

Иду к машине.

Домой возвращаюсь около полуночи. В доме тихо — Алиса давно спит, гвардейцы на постах, Глеб, судя по свету в мастерской, всё ещё работает. Начинаю думать, что у него есть какое-то чудо-средство или артефакт, позволяющий ему не спать долгие часы.

Кабанский ждёт меня в холле. Сидит на подоконнике, жуёт яблоко. При моём появлении слезает, смотрит вопросительно.

— Как прошло?

— Интересно, — говорю, снимая куртку. — Пойдём, расскажу.

Идём в кабинет. Я наливаю себе воды, Давид занимает кресло у стены и продолжает жевать.

— Султан не приехал, — говорю. — Прислал посредника в артефактной маске. Хорошей маске, надо сказать, дорогой. Я передал условия, дал три дня на ответ.

— Думаешь, ответит?

— Думаю, да. Но не это сейчас важно. Вот что меня зацепило, — говорю, садясь на край стола. — Султан — человек, который выстроил схему на сотни гектаров земли. Который держит в кармане, наверное, чиновников половины Крыма. Никто его в глаза не видел, ну или просто не может об этом рассказать…

— И?

— И при этом он не пришёл на встречу, где решается судьба всего, что он строил годами. Прислал посредника. Даже не попытался посмотреть на меня лично, оценить, блефую я или нет.

Кабанский перестаёт жевать.

— И что? Вдруг он прикинулся охранником каким-то и просто наблюдал за тобой со стороны.

— Я тоже подумал об этом, но мне кажется, всё проще.

— Он настолько осторожен, что не рискует собой ни при каких обстоятельствах? — спрашивает Давид.

— Или он не мог прийти, — говорю я, — потому что я бы его узнал.

— Думаешь, вы знакомы? — челюсть Кабанского отвисает.

— Или он — известная личность. Настолько известная, что его появление на такой встрече само по себе стало бы уликой, — смотрю на кольцо. — Он прячется не от страха, Давид. Он прячется потому, что его лицо — это информация, которую он не может себе позволить раскрыть.

Барон откладывает огрызок.

— Значит, надо выяснить, кто он.

— Именно, — встаю. — Есть у меня одна мыслишка, как его вычислить. Номер телефона, который нашла Ольга — это ниточка. Потянем аккуратно, посмотрим, куда выведет. Плюс посредник — он знает Султана лично, он был уверен в себе и держался молодцом. Найдём посредника — найдём выход на хозяина.

— Посредника ты видел в маске.

— Видел. Но рано или поздно он

снимет маску, главное, оказаться рядом в этот момент. И двое наблюдателей у склада — живые люди, без масок. Даниил их запомнил.

Кабанский кивает медленно. Думает.

— Это займёт время.

— Займёт, — соглашаюсь. — Три дня у нас есть. За это время надо понять, с кем именно мы имеем дело. Потому что если я прав, и Султан — это кто-то, кого я уже встречал или чьё имя слышал, то это меняет всю расстановку.

— Какие будут приказы? — ухмыляется Давид, ему явно нравится игра, которую я затеял.

— Начни с наблюдателей, пусть Даниил даст описания, пробьём по нашим каналам. Параллельно я займусь номером телефона, что нашла Оля.

— Сделаю, — говорит он и встаёт. — А если Султан откажется от твоих условий?

— Считай, он в любом случае вырыл себе могилу ровно в тот момент, когда перезвонил мне и согласился на встечу.

Кабанский уходит. Я остаюсь в кабинете один.

Сажусь в кресло. Достаю из ящика стола листок с номером телефона, который продиктовала Ольга. Смотрю на цифры.

Кто ты, Султан. Какое лицо ты так старательно прячешь? И неужели ты думаешь, что я не докопаюсь до истины?

Солнце бьёт в окна кабинета, на столе стоят две чашки с кофе. Рядом лежит блокнот Ольги и мой мобилет.

Оленька сидит напротив, листает исписанные страницы. Выглядит уставшей — тени под глазами, волосы собраны кое-как — но глаза горят.

— Вот, — она разворачивает бумаги ко мне. — Магический реестр, раздел «Аномальные переносы сознания». Случай зафиксирован в восемьдесят девятом году. Субъект утверждал, что его сознание перенесли в чужое тело принудительно. Через ритуал.

Читаю её записи. Почерк мелкий и не слишком разборчивый. Оленька явно торопилась, когда переписывала важные сведения.

— Проверка подтвердила две магические сигнатуры в одном теле, — продолжает она. — Дело закрыли, материалы изъяли. Но осталась ссылка на исследования профессора Карпова из Института прикладной магии. Тема — направленный перенос сознания между носителями.

— Направленный, — повторяю. — Не спонтанный.

— Именно. Кто-то это изучал. Целенаправленно, с восемьдесят пятого по девяносто первый. Шесть лет исследований, Сева.

Откидываюсь в кресле. Кольцо на пальце пульсирует — или мне кажется? Такое чувство, что все силы так и кричат, что мы на верном пути. Это первая реальная зацепка за всё время, что я здесь.

Я стал сильнее, строю храм для Скорпиона — бог тоже будет обладать нужной мощью. А если мы найдём исследования, сможем и перенести душу Севы-младшего, куда нам будет нужно.

Правда, всё ещё остро стоит вопрос с телом. Но я что-нибудь придумаю.

— Если Карпов жив, он может знать, как это работает. Почему это произошло со мной. Может, даже — как это обратить.