Враг моего врага

Над изумрудными полями Арлингтонского кладбища, геометрически строго разграфленными длинными рядами крестов, обелисков-маркеров и надгробий, называемых здесь «роундами», величаво плыли, поднимаясь к горним небесам, звуки знакомой с детства мелодии – «America The Beautiful».

Последний месяц лета выдался жарким, душным, как обычно и бывает в этих краях. 20 августа, середина рабочей недели, два часа пополудни.

Для большинства жителей столицы и пригородов по обе стороны реки Потомак, равно как и для многочисленных туристов, обычный, ничем не примечательный день. Для полусотни же граждан, собравшихся в одном из кварталов западной части самого известного в мире мемориального кладбища, – день траура

Хоронили прах подполковника армии США в отставке Генри Д. Шепарда, в недавнем еще прошлом высокопоставленного сотрудника USSOCOM. [2] Если бы не некоторые привходящие обстоятельства, связанные как с недавними переменами в служебной карьере Шепарда, так и c местом и временем гибели этого блестящего, подававшего столь большие надежды человека, его похороны были бы не в пример более пышными.

И, что особенно важно подчеркнуть, более публичными, с обязательным присутствием самых высоких государственных лиц и с широким освещением в СМИ.

Америка любит и умеет чествовать павших героев. Но, хотя подполковника Шепарда можно с полным основанием назвать настоящим патриотом США, героически отдавшим жизнь за идеалы свободы и демократии, истинные причины и обстоятельства его гибели пока не могли быть обнародованы.

Лишь трое присутствовавших на похоронах мужчин знали доподлинно, где и когда погиб (точнее, был убит при исполнении служебного долга) подполковник американской армии Генри Шепард.

Один из этих посвященных, руководитель компании MPR, мистер Алистер Фокс, в минувшее воскресенье встречал на авиабазе Эндрюс транспортный самолет «С-130» «Геркулес», доставивший на родину печальный груз: останки четверых павших за правое дело американских парней.

Другой, вице-адмирал Маккормик, первый заместитель командующего SOCOM, в тот же воскресный день, в компании все того же мистера Фокса, отправился в Балтимор, где проживали Шепарды-старшие. И лично сообщил трагическую новость своему давнему другу, однокашнику по Аннаполису, [3] бригадному генералу в отставке Джеку Шепарду, отцу павшего героя. Рассказав о деталях случившегося ровно то, что мог позволить себе находящийся на его должности человек.

Где-то на самом «верху» приняли решение похоронить подполковника Генри Шепарда с воинскими почестями. Но в то же время было предложено ограничиться довольно скромной процедурой, дабы не привлекать к этому драматическому событию слишком много внимания. Джек Шепард, которому вице-адмирал сообщил эту новость, не стал задавать лишних вопросов. Во-первых, для них еще не пришло время. А во-вторых, никакие пышные похороны и торжественные речи высокопоставленных военных и политиков не вернут семье Шепардов сына, мужа, отца.

Гроб с останками Генри на несколько часов для прощания был перевезен из морга военного госпиталя в Морскую часовню Аннаполиса. Крышку гроба открывать не стали. Останки Шепарада, по правде говоря, являют собой ужасное зрелище: обгоревшее тело, начиненное свинцом и посеченное осколками… Из близких на опознании присутствовали отец и мать Генри. Женщина потеряла сознание, и ей пришлось на месте оказывать медицинскую помощь. Вдову и детей решили поберечь. Пусть в их памяти останется тот образ, к которому они привыкли: мужественный, сероглазый, великолепно сложенный, с волевым лицом и ямочкой, раздваивающей мощный подбородок. Не тот Генри Шепард, чье обгорелое изуродованное тело лежит в закрытом гробу, но муж и отец, каким они его помнят и каким можно его увидеть и сейчас на сохранившихся фотоснимках

В полдень длинный черный пикап в сопровождении небольшой кавалькады лимузинов отправился в столицу. Точнее, в столичный пригород, где вот уже около полутора веков функционирует знаменитое мемориальное кладбище.

Примерно за час до прибытия на место последнего упокоения траурного катафалка из этой части кладбища очень вежливо и аккуратно удалили всех лишних граждан. На прилегающих дорожках появились переносные щитовые заграждения. И были выставлены посты из переодетых в штатское сотрудников.

На мемориальном Арлингтонском кладбище существуют свои строгие правила. И, надо сказать, право быть захороненным здесь еще нужно заслужить.

У тридцативосьмилетнего Генри Шепарда военного стажа набирается на полтора года меньше требуемых по закону двадцати лет. Если исходить только из этого строгого критерия, то ни он, ни его супруга в будущем – а здесь хоронят и членов семей павших воинов и ветеранов – не имели бы права быть погребенными в священной земле Арлингтона. Формально его случай не подходил и под другое важное требование. В день гибели Шепард официально не состоял на активной службе в вооруженных силах США. Но законы для того и существуют, чтобы делать из них исключения. Тем более что в свое время Генри Шепард был награжден рядом правительственных наград, среди которых и высшие военные ордена: «Медаль почета» и «Пурпурное сердце». Одно только это обстоятельство, не говоря уже о тайне, окутавшей последние дни и часы его жизни плотной завесой, было достаточным основанием, чтобы похоронить Генри Шепарда на Арлингтонском кладбище, среди таких же героев, как он.

Алистер Фокс, рослый, с проседью на висках мужчина лет шестидесяти, в чьем облике и сейчас, спустя годы после выхода в отставку, ощущалась «военная косточка», стоял чуть поодаль от группы людей, близких и сослуживцев, пришедших проводить Генри Шепарда в последний путь.

Как и большинство из присутствующих здесь, он был одет в темный костюм. Его многое повидавшие в этой жизни глаза скрывали темные линзы солнцезащитных очков. Фокс, номинально являвшийся работодателем «отставного военного» Генри Шепарда, уже выразил свои соболезнования родителям и вдове. Как и его добрый приятель Маккормик, он тоже не имел права выложить им все, что было известно на тот момент об истинных обстоятельствах гибели подполковника Шепарда. Увы, такую линию поведения в данном случае диктовали высшие интересы. И никто, даже такие влиятельные люди, как он сам или вице-адмирал, не могли что-либо изменить в легенде, которая отныне будет считаться официальной.

Итак, согласно документам, Генри Шепард, экс-подполковник американской армии, работавший после увольнения из вооруженных сил в неправительственной компании MPR (Military Professional Resources) в должности старшего советника по вопросам безопасности, погиб в ходе нападения отряда талибов на колонну гуманитарного груза. Прикрытие колонны как раз и осуществляли сотрудники подразделения частной охраны из штата MPR. Одна из машин сопровождения конвоя, а именно «Хаммер», в котором находились Шепард и трое сотрудников, подорвалась на мощном фугасе. Причем взрыв был настолько мощным, что никого из пассажиров не спасла защитная оболочка мощного армейского «Хамви». Все четверо (бывшие военнослужащие ВС США) погибли на месте. А их тела, учитывая силу взрыва, воздействие поражающих факторов и огня, пострадали в такой степени, что в отношении этих людей пришлось проводить дополнительную медэкспертизу. Чем, кстати говоря, и была вызвана задержка с передачей останков погибших их родным и близким.

И последнее, что касалось официальной версии.

ЧП произошло 15 августа в Афганистане, в провинции Пактия, в нескольких десятках километров от афгано-пакистанской границы.

Именно эта дата с добавлением года будет выбита на скромном надгробье-роунде, установленном на могиле настоящего американского героя Генри Шепарда.

Под звуки оркестра национальной гвардии почетный караул – шестеро морских пехотинцев в парадной форме – извлекли из длинного пикапа простой деревянный гроб, накрытый сверху звездно-полосатым флагом.