Чтение онлайн

Леден, кажется, тоже торопился назад, хоть и сказать особо брату было нечего. С самого раннего утра, когда вставшее Дажьбожье око ещё едва проглядывало сквозь набрякшие веки облаков, они погрузились на лошадей и отправились наконец в Велеборск. И задумчиво-хмурым был нынче Леден, а уж десятник его Стоян — и вовсе мшистых гор мрачнее: распрощался он с Убавой, пообещал что-то, наверное. Но не знал теперь, когда свидятся и подпустит ли его ещё Остромир к своему порогу.

Говорят, дорога назад всегда кажется короче. Так и было: то ли разгулявшаяся теплом к самому Лельнику погода

благоволила, то ли нетерпение скорее добраться до Велеборска подгоняло, а вот уж большая часть пути оказалась позади. Только нехорошо стало на душе, как приехали на тот самый погост Белич, где жена старосты отравленную мазь для Ледена дала.

Елица уж как только ни пыталась заставить себя смолчать, но всё же не сумела.

— Что же теперь с Годаной будет? — спросила, поравнявшись с княжичем, который, как и всегда, ехал впереди.

Он коротко посмотрел на неё и снова вперился в даль, где проступали уже среди зелёно-бурой стены леса очертания изб вокруг крепости.

— Ты снова за старое, княжна, — вздохнул, словно уж посчитал, что она неисправима. — А ведь она меня отравить хотела. Понимаю, что тебе всё равно. Но мне-то ещё моя жизнь дорога.

— На суд её повезешь? — Елица и хотела бы чем-то оправдать Годану, но понимала, что Леден прав тоже.

— Нет, — княжич покосился на неё, явно желая видеть, как вытянется её лицо. — Виру наложу. Большую. Не пастушка ведь порешить хотела. А там как хотят пусть собирают. Не соберут в срок — тогда по-другому судить будем.

Она и говорить больше ничего не стала: всё верно Леден рассудил. И разговора того, что между ними со старостой после случился — не слышала. Зато узнала, сходив вместе с Мирой на здешний торг — чуть развеяться — что Бошеслав едва не в ноги княжичу бросился в благодарность за то, что жену его непутёвую губить не стал. И благосклонно так местные о том шептались, что даже сомнение разобрало: неужто теперь примут, смирятся совсем с мыслью, что Ледена уважать и стеречься нужно?

Как возвращались Елица с чернавкой к гостиным избам, так ещё издалека увидели, что к ним как будто другие путники приехали: стояла тут повозка, резная, красивая, запряжённая двумя крепкими гнедыми лошадьми. А вокруг хлопотали кмети тоже, да совсем немного: от татей разве что отбиться, коли встретятся. Значит, кого-то стерегут. Заметила Елица среди мужчин и Ледена: он с кем-то говорил приветливо — не видно за спинами мужей. И, только ближе подойдя, разглядела — едва корзину со свежим хлебом не выронила. Кутаясь в тонкий плащ и поглядывая на княжича с лёгким испугом, стояла перед ним Вышемила — младшая сестра Зимавы. И как только здесь очутилась?

Елица окликнула её, не понимая ещё до конца: может, ошиблась? Но девушка тут же обернулась, нахмурилась, оглядывая пристально, а в следующий миг едва не бегом кинулась навстречу, не обращая внимания на то, что сапожки из тонкой кожи пачкаются в ещё не подсохшей грязи взбуравленного десятками ног и копыт двора. Елица под недоуменным взглядом чернавки поспешила к ней тоже и через миг обняла Вышемилу, погладила по пшеничной косе, что стала за то время, что они не виделись, ещё длиннее и толще.

— Что тебя сюда привело? — поймала

её лицо в ладони, оглядела миловидное личико.

— Так спешно мне уезжать пришлось, — Вышемила опустила взгляд. — Батюшка меня с частью дружины в Велеборск отправил, как косляки на нас напали. Они быстро умчались, только скота чуть увели и зерна забрали. Но он побоялся, что станут чаще теперь у нас появляться. Как Борилы-то Молчановича не стало. И Отрада… — Она всхлипнула.

Давно уж понятно было, что Отрад ей приглянулся. Особенно тогда, как она понёву надела. Но княжич в её сторону и не смотрел вовсе: всё маленькой считал, не гляди, что по красоте и статности Вышемила норовила сестру старшую обогнать. Да ему мечи и копья да схватки с соратниками всегда милее всего были. Думал, жениться всегда успеет. А вот не успел. Но Елица всё равно уж считала боярышню почти золовкой своей. Хоть и не сбылось.

— Что же, так страшно отцу твоему стало что он тебя отослать решил? В Велеборске сейчас тоже неприятель. Думаешь, лучше там? — Елица невольно обернулась на Ледена, и едва не вздрогнула от того, как близко он оказался.

— А ты меня и брата моего уже вовсю порочишь, княжна, — он сощурился, но как будто не зло вовсе — и на боярышню посмотрел.

Та взгляд его перехватила и тут же потупилась, а щёки её — ты посмотри! — и румянцем тронуло. Захотелось встряхнуть неразумную девицу, чтобы опомнилась — нашла перед кем хвостом крутить!

— Не порочу, а предупреждаю, — буркнула Елица. — Или скажешь, что не права, когда не знаю, чего от вас ждать можно?

— Думал, узнала уже, — Леден пожал плечом.

Она и губу прикусила — верно, как ни мало знакомы, а уже успели через многое вместе пройти. Но сильное желание предупредить Вышемилу обо всём ничуть не пропало. А той как будто и вовсе всё равно было: не слушала их разговора. Всё поглядывала на Ледена исподволь и, всего-то придерживая её под локоть, Елица чувствовала, как трепыхается девичье сердчишко.

— Раз уж мы встретились, — решила она заговорить о другом, — то и дальше вместе поедем до самого Велеборска. Так спокойнее будет. А переночевать в одной избе можно.

Вышемила закивала с готовностью и Елицу за талию приобняла, уже утягивая прочь. Леден повернул голову им вослед и, коротко обернувшись, она увидела, как на боярышню смотрит. Они столкнулись взглядами — и княжич, словно опомнившись, тут же направился к своим кметям, которые уже вовсю трепались с прибывшими: делились вестями и громко бранили косляков.

— Отец решил, что рядом с Зимавой мне будет всё ж безопаснее, — продолжила объяснять Вышемила по пути к избе, возле которой, присев на скамейку у завалинки, ждала их Мира.

— Может, и будет, — не стала спорить Елица.

Всё ж погорячилась, когда сказала об опасности Светоярычей: они ведь обо всём уговорились с Чаяном. Пока в избу под присмотром чернавки Таны, что сопровождала Вышемилу, кмети переносили какие-то вещи, боярышня всё рассказывала, какого страха натерпелась, когда налетели на город косляки. Как она слышала их вопли даже за крепкими стенами, как видела огонь в одном из подожжённых острогов. Благо его быстро потушили.