Чтение онлайн

Я растянула губы в улыбке — значит, ремиссия все же стойкая. Справлюсь и с Багратовым, и с его контрактом. По крайней мере, там никто трогать не будет. Просто раздеться…

Невозможно хотелось курить. Уйти покурить и не вернуться.

Зря я затеял этот ужин. Да, сомнений не было — Куваев следил за мной коршуном, допрашивал с пристрастием и бросал тревожные взгляды на дочь. Кристина тряслась рядом — я чувствовал, как дрожат ее пальцы в моих. Куваев заметно оттаял, когда

увидел ее ладонь в моей руке, и я не спешил выпускать ее. От нечего делать рассматривал ее пальцы, слегка сжимая. Чувствовал, что она уже незаметно тянет руку к себе, но игнорировал это ее пожелание. Плохо играла. Весь вечер грозил обернуться катастрофой, и, честно сказать, я уже думал прекратить этот фарс и обозначить ему, кто я такой на самом деле и чего хочу. Может, меня бы удовлетворили его душевные метания, когда бы он понял, что пришло время расплаты?

Но осознание, что вся моя железная дисциплина и четкое планирование, которые были залогом успеха всегда, летят теперь к чертовой матери, заставило сцепить зубы:

— Не возражаете, если я покурю? — выпустил ее руку из своей и, дождавшись одобрения, поднялся со стула. Но, подумав, перевел взгляд на Кристину: — Составишь компанию?

Она загнанно зыркнула на меня, вновь приближая мою затею к полному фиаско, и поднялась следом. Пока мы шли, я вновь присвоил ее руку себе и поднес к губам, делая вид, что целую. Девчонка опешила и даже не дернулась, и только на улице отскочила.

— Даже не знаю, что и думать, — усмехнулся злорадно, когда двери за нами захлопнулись. Кристина закуталась в пуховик и нахохлилась в двух шагах. — За что там тебе дали роль мечты… Не можешь сыграть влюбленную дуру? Может, тогда прекратим это бездарное шоу?

Она побледнела так, что глаза показались мне черными. Сцепила зубы, вероятно, сдерживая порыв послать меня подальше и тяжело задышала.

— Ты не справишься, — мягче заметил я и затянулся сигаретой, прикрывая глаза.

— Больше некому, — вдруг глухо заметила она. — Ты ничего обо мне не знаешь, но можешь поверить на слово, все идет очень естественно. Он верит.

— Естественно? — усмехнулся зло. — Ты разве что не крестишься, когда смотришь на меня.

— Я всегда так смотрю, — буравила она меня жутким взглядом. Настолько злым и обреченным, что я сдался и отвел взгляд в сторону.

— Всегда?

Что-то было не так определенно, но интерес к этому подозрению я в себе быстро подавил. Не мое дело. Мое дело довести задуманное до конца — увидеть муки страдания на лице врага. И я их увижу любыми средствами.

Она не ответила.

— Иди сюда, — позвал я. — Он может смотреть через окно.

— Я…

— Сюда иди, — повторил с нажимом.

— Не переношу запаха сигарет, — не двинулась с места она. — Поэтому и тут мы снова очень естественны.

Я выбросил сигарету — хотелось додавить ее. Не знаю, почему. Злился и хотел отыграться, наверное.

— Так лучше?

— Закуривай вторую.

Тут уж я наплевал на все. Схватил ее за руку и впечатал в стену, прижимая собой. Дурочка задергалась, пытаясь выдраться:

— Тш, — обхватил ее за шею, чувствуя,

как под пальцами бешено бьется пульс. Всмотрелся в ее лицо — куда же ты прешь? Прижался своим лбом к ее: — Вот так надо играть. А теперь целуй меня. Только так, чтобы поверил…

— Пошел ты, — мотнула она головой.

— Через два месяца, когда закончишь контракт со мной и моей студией, — наслаждался ее сопротивлением.

Сопротивление… мой личный спусковой крючок. Натянутые между пальцами ее нервы, шумное дыхание, мечущаяся туда-сюда грудь… Я знал, что больной, для меня это не сюрприз, только возбуждаться на пигалицу в пуховике почти под горло? Злая, загнанная в угол, в моей власти…

Рывком дернул ее к себе и прижал свои губы к ее. Прикусил нижнюю, дождался возмущенного выдоха и ворвался в ее рот языком. Знал — не собирается мне отвечать, но внезапно добиться от нее ответа стало едва ли не важнее, чем вся эта идиотская затея. Кристина вцепилась в мой пиджак на груди, округлив возмущенно глаза, а я жестко стиснул ее затылок и занялся с ней сексом… языком. Трахал ее рот все жарче, пока глаза девушки не закрылись и она не подалась вперед, неожиданно жадно отвечая. В ход уже шло все — зубы, ногти, языки… Она вцепилась пальцами в мои волосы, зло хмурясь, но отдаваясь полностью… Когда мы оба с досадой разорвали объятья, я пожалел, что приехал в костюме. Плотные джинсы бы подошли сейчас как нельзя кстати, потому что член в брюках стоял колом.

Ругнулся, застегивая пиджак.

— Что? — усмехнулась она, вытирая губы ладонью. — Доигрался?

— Похоже, — и невозмутимо вытащил еще одну сигарету.

Хорошо, что она сразу же ушла в дом, потому что мыслеобразы стали совсем уж порочными, вбиваясь в мозги четкими хорошо знакомыми, но давно заброшенными штампами — я хотел продолжения. И не просто продолжения, а как любил — сделать ее беспомощной и жестко отыметь, чтобы отметины еще неделю с ее задницы не сходили. Но только при условии, что ей будет хотеться этого также. А здесь вставала проблема.

Губы дрогнули в усмешке. Хороший вызов, Багратов. На бумаге-то ты ее поимеешь — она согласилась на съемку. А вот в реальности, без бумаг и подписей? Слабо?

Воздух вырывался сквозь стиснутые зубы. Зацепила. Давно так не цепляло. Нет, она не была такой уж уникальной, просто я не подпускал таких к себе, которые могут войти в тебя глубже, чем ты в нее. Расслабился, подошел ближе, и защита тут же с готовностью треснула. Но отступать я не собирался — слишком скучно жить стал последнее время, предсказуемо. Здесь же все грозит обернуться реальной забавой. Нельзя упускать этот шанс.

Когда докурил вторую сигарету, почти пришел в норму. Открыв двери в дом, готов был натолкнуться даже на дуло пистолета, направленного в грудь, но ничего подобного не было — Кристина с Куваевым сидели за столом. Она — уткнувшись носом в чашку, он — заглядывая ей в глаза. И так смотрел на нее понимающе, куда ты, мол, дура, лезешь.

А она у тебя и не дура… совсем.

Меня он удостоил одного из тех взглядов, которые убивают надежду на одобрение. Я сделал вид, что идиот и ничего не понял. Знаю, что хреновые из нас актеры, но мне было все равно.