Чтение онлайн

Было, конечно, кому продолжать дело радиолокации в нашей стране. Насколько успешно это происходило, посудите сами.

В сентябре 1939 г. на вооружение Красной армии поступила первая радиолокационная система для ПВО «Ревень» (РУС-1). Делали эту систему в бывшем КБ Ощепкова и ЛФТИ. Место П. К. Ощепкова занял талантливый военный инженер Д. С. Стогов, а от ЛФТИ работы завершал Ю. Б. Кобзарев. Оба в 1943 г. вошли в Совет по радиолокации. Оборудование одной из первых

систем было установлено на Карельском перешейке, возле Ленинграда, и использовалось во время советско-финской войны зимой 1939/40 г. Однако большой пользы службе воздушного наблюдения, оповещения и связи (ВНОС) ПВО Ленинграда она не принесла, так как обнаруживала самолеты на значительном удалении, а расстояние до финских аэродромов было невелико. В апреле 1940 г. оборудование «Ревеня» сняли с дежурства под Ленинградом и отправили в Закавказье. До начала Великой Отечественной войны успели выпустить 45 комплектов системы «Ревень». «Ревень» сработал отлично: самолеты, нарушавшие воздушные границы СССР, он обнаруживал все. Только до войны их не сбивали, а уж после четырех утра 22 июня 1941-го просто не успевали передавать информацию и сбивать. Связь была в основном телефонная, радиостанции на самолетах были большой редкостью…

Именно под Ленинградом произошло знакомство многих авиационных специалистов с локаторами и вообще с радиолокацией как таковой. Присутствовал, например, на одном таком показе начальник группы спецслужб НИИ ВВС С. А. Данилин, знаменитый летчик-штурман, Герой Советского Союза, летавший в Америку вместе с Громовым и Юмашевым. Был там и его заместитель авиационный радиоинженер Г. А. Угер. И Данилин, и Угер стали ярыми поклонниками радиолокации и ее внедрения в авиации. Однако дело двигалось очень медленно. Вместо того чтобы помочь ученым в их работе, их арестовывали. Хорошо, хоть не всех расстреляли. Но на лесоповале или в шахте ничего нового они придумать не могли. Даже выжить было не всем суждено.

Летом 1940 г. на вооружение Красной армии были приняты первые передвижные РЛС, смонтированные на шасси грузовых машин – «Редут» (РУС-2). Авторами системы были Ю. Б. Кобзарев, П. А. Погорелко, Н. Я. Чернецов. В 1941-м за разработку «Редута» они получили Сталинскую премию. В состав комплекса РЛС «Редут» входили три машины: передающая и принимающая машины, а также агрегат питания. «Редут» по сравнению с «Ревенем» был значительным шагом вперед. Эта РЛС не только обнаруживала самолеты на значительном расстоянии и направление их движения, но и позволяла следить за их перемещениями в пространстве, то есть самолеты можно было засечь на любой высоте, определить

их азимут и скорость, причем определению поддавались как групповые цели, так и единичные. Впервые были применены вращающиеся антенны, впервые была видна и понятна динамика перемещения воздушных объектов. Правда, наблюдать все это можно было только в радиусе 100 км. Но ПВО теперь не была слепой! «Редут» позволял использовать наши воздушные силы более рационально. Однако таких станций было до крайности мало…

К 1941 г. радиолокацией в СССР занимались в Ленинградском физико-техническом институте, НИИ-9, НИИ ВВС, НИИСКА и НИИ радиопромышленности. Успели сделать немного, но это все-таки лучше, чем ничего.

А тем временем на Западе в ходе начавшейся Второй мировой войны не просто применяли локаторы, а уже придумывали средства борьбы с ними, проводили первые электронные «бои». Один из первых таких случаев зафиксирован в феврале 1942 г., когда под прикрытием средств радиоэлектронной борьбы немцы выводили из французского порта Брест в пролив Ла-Манш крейсеры «Шарнхорст», «Гнейзенау» и «Принц Ойген». Они смогли ввести в заблуждение английские РЛС. Англичане спохватились не сразу, хоть и обладали лучшими по тем временам радарами.

Летом 1943 г. произошло событие, в Советском Союзе известное мало, зато имевшее последствия, затронувшие множество отраслей науки, техники, а также политику. Перед самым началом Курской битвы 4 июля вышло постановление о Совете по радиолокации. Организовали его, конечно, по военному времени при Государственном комитете обороны. Совет народных комиссаров теперь подчинялся не только ЦК, но прежде всего ГКО.

Подготовка постановления заняла месяца три. Без ЦК ВКП(б), его отдела электропромышленности обойтись не смогли: протолкнуть нужное решение возможно было именно так, через ЦК партии. Напрасно у нас многие считают, что все делалось по инициативе и по приказу Сталина! Инициатором постановления о радиолокации был Наркомат электропромышленности. Недооценка радиолокации и вообще неразвитая радиопромышленность стоили нам дорого. Только когда по ленд-лизу англичане начали поставлять нам радиолокационные станции орудийной наводки GL-MkII для зенитных орудий метрового диапазона (сами англичане уже пользовались станциями дециметровыми), которые мы тут же решили скопировать и начать выпускать на своих заводах, «партия и правительство» обратили внимание на радиолокацию и вообще на радиотехнику. Во всяком случае, фактически так совпало!

Конец ознакомительного фрагмента.