Возвышение 2
Шрифт:
— Так ты желала мне смерти, даже договорилась об этом с вампиршей… — задумчиво проговорил он, при этом подпирая рукой подбородок, как будто размышляя о том, что с ней стоит сделать за такую наглость.
— Это не так, то есть, сначала было так, но всё изменилось! — её рот вновь стал свободным, позволяя начать оправдываться.
— Да, видел, поэтому убивать тебя не стану. А так, твой рассказ был правдив, — тело освободилось от сдерживания камнем, от чего она припала на одно колено, тяжело дыша при этом: последствия от просмотра воспоминаний. —
— Чего ты хочешь?
— Ты, конечно, молодец, что умертвила вампиршу, да вот, знаешь ли какое дело, её душа должна была отправиться в Хладную Гавань. Как удачно совпало, что скоро планируется штурм этого Плана Обливиона.
— Я не до конца понимаю, — нахмурилась Ингрид от такой формулировки.
— Всё просто, отправишься вместе с нами. Вот, — он достал из поясной сумки Камень душ, который превратил в чёрный за считанные секунды. — Твоя задача предельно проста: найти душу Серана и захватить её в Чёрный Камень душ.
— А если мне не удастся её отыскать?
— Тогда я запихну твою душу в камень и подвешу у себя на шее, как знак того, что не стоит полагаться на бывших врагов.
Она задумчиво опустила взгляд на заснеженную землю, прикрыла глаза, протяжно вздохнула прохладный воздух.
— Хорошо, я справлюсь.
— Твоя удача — единственный исход, который устроит нас обоих, — он притянул двуручный меч, который Ингрид обронила после своего сковывания в камне. — Зачарую твою новую железяку перед отбытием, чтобы повысить твои шансы на успех. У тебя остались вещи в лагере?
— Нет, у меня ничего не осталось кроме одежды.
— Значит сразу отправляемся на Стирк, можешь заранее настраиваться на поиск. Сделаю тебе специальный артефакт-передатчик, оповестишь меня, как только поймаешь душу Серана, до этого момента не смей тревожить, — его рука вновь схватила Ингрид, на этот раз чтобы переместить их на остров Стирк.
Вринна хотела провести с ним этот день, но ему нужно заняться зачарованием и созданием артефакта. Зачарование меча не составит для него проблем, дольше придётся провозиться с артефактом, точнее с двумя, один передатчик и один приёмник.
«Ничего страшного, к вечеру успею», — хоть что-то вызвало радость на его лице за последние дни.
Ожидая приятного времяпровождения с Вринной, он, сам того не осознавая, даже не вспомнил свою супругу Элисиф. Множество поглощённых душ, особенно те, которые сильно сопротивлялись поглощению, сказывались на разуме Перегрина, всё сильнее убивая в нём такие человеческие чувства, как привязанность к близким и любовь.
Глава 31
Импровизированная дверь палатки, которой выступала шкура медведя, сдвинулась в сторону, впуская внутрь лучи солнца. Один из лучей попал на лицо Ингрид, заставив ту поморщиться, а затем вовсе приоткрыть один глаз из-за шума снаружи.
—
В ответ она что-то промычала, протирая при этом глаза. Недовольство так и читалось в атмосфере палатки.
— Было так любезно с твоей стороны выпросить мне палатку, которую поставили рядом с вашей, — начала жаловаться нордка, привстав на локтях. — Я не успела толком отдохнуть от всего произошедшего, так ещё вы мешали мне спать.
— Могла присоединиться, вместо высказывания своих жалоб, — шкура вновь начала опускаться на прежнее место, закрывая внутренности палатки от лучей солнца. — А теперь вставай, если не будешь готова, я закину тебя в Хладную Гавань в таком виде, Довакин, — последнее слово он сказал с насмешкой.
Собралась она быстро, особо ничего делать не требовалось, а из экипировки у неё имелись только привычная броня и новый зачарованный меч, который мог конкурировать с её прошлым (не Сиянием Рассвета) только из-за чар Перегрина.
На чарах скупиться не стал, также, как зачаровывал щит Вринне, накинул укрепление и один активный вид чар. Второй позволял проводить разряды по всему клинку, а в случае усиления чар маной самого пользователя, разряды можно было трансформировать в тонкую электрическую волну, способную поразить цель на расстоянии десяти метров.
Вкупе с врождёнными способностями самой Вринны, её магическими навыками и приличным опытом битв, в Хладной Гавани она будет уступать разве что самому Перегрину и Ванусу Галериону.
Но ей не нужно было сражаться с Молаг Балом, цель стояла другая, а именно душа Сераны. Позиция Перегрина в этом случае являлась понятной, не терпящей пререканий. Ингрид успела заменить один нюанс после перемещения: Перегрин стал куда жёстче. Пропали игривые нотки в его фразах. Встречающаяся порой лёгкая улыбка на лице вовсе испарилась. Когда она смотрела на него, в глаза бросались только яркие золотистые глаза, слегка краснеющие в момент злости или раздражения, что она успела заметить в их первую встречу после перемещения.
«Вот надо ему было сжирать душу Алдуина», — его действия стали понятнее Довакину, она сама по наитию поглощает души драконов, но всё равно ей становилось не по себе от осознания того, что он способен проводить поглощение не только с драконами. Прошлым вечером ей недвусмысленно успели намекнуть об важности молчания, касательно способностей Перегрина, хотя она не ведала всех возможностей мага. — «Раньше хоть приятным человеком казался, несмотря на войну, а сейчас? Слово поперёк не вставишь, наверно», — пока все собирались у центральных руин в ожидании отбытия, Ингрид кидала взгляд на Перегрина, рядом с которым стояла неизвестная ей нордка, точнее ей было известно имя, но не более. — «Видимо я не совсем права, не его новая пассия».