Возрождённые
Шрифт:
Информация
Нора Томас
Серия: Счастливчики
Возрождённые
Книга 1
Для всех моих девчонок,
Предупреждение о содержании
Если у вас нет триггеров и вы предпочитаете погружаться в книгу вслепую, просто пропустите эту страницу и переходите к прологу.
Это роман в жанре «саспенс / маленький город / спортивная романтика». В книге поднимаются тяжелые темы, а главный герой — с морально-серой стороной.
Среди затрагиваемых тем (но не ограничиваясь ими): откровенные сексуальные сцены, насилие, сталкинг (не со стороны главного героя), обсуждение смерти партнера (у второстепенных персонажей) и похищение.
Если что-то из этого является для вас триггером, возможно, лучше отказаться от прочтения. Важно помнить: ваше психическое здоровье превыше всего.
Пролог
23 года
Подходя к открытому дверному проему в конце длинного коридора этого больничного этажа, я чувствую, как дыхание у меня в груди сбивается. Чья-то крепкая рука ложится мне на плечо, и я поворачиваю голову чуть вбок, пока не встречаюсь взглядом с собственными глазами.
Ну ладно, технически это не мои глаза, но они такие же, до последней детали. Мой брат-близнец, Флинн, молча, ободряюще кивает мне. Он сжимает мое плечо чуть сильнее, всего на секунду, потом отпускает и остается позади, спокойно ожидая.
Он будет стоять здесь столько, сколько потребуется, пока я не наберусь храбрости, чтобы взглянуть в лицо своим самым страшным страхам. Он знает мои слабости лучше большинства, потому что сам вот-вот собирается похоронить любовь всей своей жизни.
Флинн был влюблен в Аннализу Фишер на протяжении всего колледжа, а до этого тайно страдал по ней в старшей школе. Они были воплощением той самой трагической формулы — идеальные люди, встретившиеся не в то время. Они провели всего несколько месяцев вместе, и теперь именно эти месяцы должны стать его единственным воспоминанием на всю оставшуюся жизнь.
Иногда вселенная бывает чудовищно жестокой. Нам все время говорят, что человек может исчезнуть в один миг. Но в тот день, в день, когда мы видели, как один из наших самых близких друзей сделал свой последний вдох, мы оба ощутили такую боль, что перехватило дыхание. Мы держали в руках тех, ради кого дышим, и умоляли любую силу на небе, если она вообще существует, спасти их. Именно тогда мы поняли, насколько правдива эта избитая фраза. Кто бы ни решал, кто останется, а кто уйдет, он уже забрал Анни у Флинна. А мне… мне пока не дали окончательного ответа. Потому что женщина, которая с пяти лет была для меня смыслом
Специалисты уже не раз говорили мне, что она выживет. Мне бы очень хотелось поверить им на слово, но тот факт, что к ее легким подключена машина, которая закачивает в нее кислород и выводит углекислый газ, потому что она не может дышать самостоятельно, говорит мне совсем о другом. Это заставляет меня остановиться, а такое со мной почти никогда не происходит, когда дело касается ее. За восемнадцать лет была всего одна другая ситуация, когда что-то, связанное с ней, заставило меня замереть, прежде чем подойти. Мне это тогда не понравилось, и уж тем более не нравится сейчас. Я закрываю глаза и, сделав последний глубокий вдох, заставляю себя войти в палату.
Моя милая, дерзкая и прекрасная Элена теперь почти неузнаваема. С нее почти полностью смыли кровь, что вытекала из живота меньше суток назад. Трубки и шланги, покрывающие большую часть ее рук и лица, будто выжигают пустоту в моем животе.
Мне так чертовски жаль, Бу1.
Я опускаю голову, она кажется слишком тяжелой, чтобы держать ее прямо. Я чувствую, как Флинн стоит за моей спиной, молча выражая поддержку. Чуть позади него, стоят наши другие лучшие друзья: Нокс, Дом и Ксавье.
Все ждут моего шага.
Отец Эль согласился ненадолго оставить нам комнату в обмен на то, что он поедет домой, чтобы принять душ. Выглядел он не лучше, чем я себя чувствую, а пах еще хуже.
Решив, что с меня хватит тянуть время, я сажусь рядом с ее кроватью и переплетаю пальцы с ее. Я стараюсь не дернуть ничего, что могло бы натянуть трубки или причинить ей хоть малейший дискомфорт. Глупая мысль. Очевидно, ее боль куда сильнее, чем от какой-то сдвинутой трубки, но это единственное, что я сейчас могу для нее сделать.
— Эй, Бу. Я здесь, с ребятами. Нам нужно, чтобы ты проснулась, Эль. Мы без тебя как без рук. Я вообще не понимаю, где верх, где низ. Вернись к нам. Вернись ко мне. Я сделаю все, что ты захочешь. Даже если придется дать тебе покрасить мне ногти и выщипать мне брови, ты только проснись.
Как можно бережнее, я склоняюсь к ее руке и целую ее костяшки. А потом, под взглядами четырех моих лучших друзей, живых и в сознании, которые молча стоят рядом, поддерживая меня, — я ломаюсь. Я рассыпаюсь в прах у ее постели, позволяя страху и горю, накопившимся за последний день, поглотить меня целиком. Я готов на все ради нее. Даже отдать свою жизнь в обмен на ее.
Глава 1
26 лет
Сирены вырывают меня из повторяющегося кошмара. Я вскакиваю с кровати и бегу вслед за своей бригадой в гараж, где нас уже ждет спасательная машина. Занимая свое место у пассажирской двери, я запрыгиваю в ботинки прямо в носках, натягиваю брезентовые штаны и закидываю лямки на плечи. Засовывая руки в куртку и застегивая ее на ходу, я срываю шлем с блестящего металлического борта и надеваю его, прежде чем запрыгнуть в кабину. Я пристегиваюсь одновременно с остальными, пока Стил, наш водитель, выводит эту махину из гаража. На все уходит меньше полутора минут. Схватив рацию, закрепленную в машине, я подношу ее к губам и нажимаю кнопку сбоку.