Возьми меня с собой
Шрифт:
– Не надо было приезжать! Мог просто взять телефон и написать: «Извини, клуб отменяется. Я занят!» И все! Я бы прекрасно поняла! Вместо этого ты заставил меня, как дурочку, сидеть весь вечер как на иголках…
– Даже так?.. – растерянно посмотрел он.
– Нет! Я вру тебе специально, чтобы показать, какой ты засранец!
– Ну, прости! – развел он руками, но не извиняясь, а с издевательской интонацией.
– Да на фига мне твои извинения?! – выпалила она.
– А знаешь что! Да и правда! Чего ради я тут распинаюсь перед какой-то
– Вот и иди, придурок! – буркнула вслед девушка по-португальски. Специально приостановилась, чтобы расстояние между ними увеличилось, а потом побрела медленно вперед. Настроение стремительно падало в пропасть. Не хотелось видеть этого лгуна. Она глубоко вдохнула и выдохнула несколько раз, восстанавливая дыхание. Через некоторое время нагнала маму и Тэ Хёна. Они уже стояли на месте, у бетонной прямоугольной плиты, отгораживающей берег реки от дорожки и явно ждали ее, потому что высокая фигура Сон У маячила тут же невдалеке.
– Доченька, ты чего так задержалась? – спросила Ана.
– Просто… тут так красиво, мама, что захотелось пройтись не торопясь и как следует подышать свежим воздухом, – на ходу придумала Жована.
– Да, воздух здесь прекрасный! – согласился Тэ Хён. – Вот только уже похолодало к ночи! Да еще и близость воды сказывается! Ты не замерзла, милая? – заботливо обратился он к Ане.
– Нет, все хорошо, – покачала головой женщина. – Мне очень нравится здесь! У реки всегда такой покой нисходит в душу…
– Это правда, – сказал он. – Нам Джун очень любит приезжать к Хан Гану. На него здесь частенько находит вдохновение. Во всяком случае, раньше так было!
К ним подошел Сон У, который все это время стоял в стороне, глядя на воду реки, отражающую огни противоположного берега. Поежился зябко:
– Холодно стало! Может, поедем уже домой?
– Да, Тэ Хён! Дети замерзли. Будем возвращаться?
– Я не замерзла, – возразила из чистого упрямства Жована, хотя на самом деле тоже уже начала чувствовать холод, идущий от реки. Услышала, как тихо фыркнул парень, и довольно захихикала про себя.
– Нет, правда, пап! Поехали домой?
– Ну, коли вы хотите, – поедем! – покладисто произнес Тэ.
И они отправились обратно тем же самым путем, только теперь Сон У размашисто шагал самым первым, явно торопясь поскорее оказаться с приятном тепле салона автомобиля.
Девушка села на свое место, сохраняя свободное пространство между собой и юношей. А он отвернулся к окну со своей стороны и, казалось, забыл о ее существовании.
Через какое-то время он сказал:
– Пап, я переночую сегодня в своей комнате – неохота ехать домой!
– Конечно, сын! Можешь не спрашивать – это и твой дом тоже, – откликнулся Тэ Хён.
И Жоване почудилось, что парень заметно расслабился, даже позу сменил, откинувшись затылком на подголовник сиденья. Но она сделала вид, что ничего не заметила.
Приехав
– Кто-нибудь хочет горячего чая? – спросила Ана, и Сон У тут же подхватил:
– Спасибо, госпожа Ана! Я бы не отказался!
– Вот и отлично! – обрадовалась женщина, снимая шубку. – А ты, девочка?
– Да, я, пожалуй, тоже выпью, мама!
– Ну, значит, все выпьем чаю! Тэ Хён, думаю, тоже присоединится к нам.
– Присоединюсь? К чему? – спросил вошедший в дом в эту самую минуту музыкант.
– Мы решили выпить горячего чаю, – объяснила с улыбкой она.
– О, замечательная идея! Полностью согласен с вами! Кстати, там у нас в холодильнике вроде еще пирожные оставались? – вспомнил мужчина.
– Супер! – воскликнул парень. – Чур, мне тоже пирожное!
Ана засмеялась по-доброму:
– Тэ Хён, твой мальчик – сладкоежка?
– Ага! – ухмыльнулся во весь рот Сон У. – А ваша дочь? – хитро посмотрел он на женщину.
– А Жована – вечно на диетах со своей работой! – посокрушалась Ана.
Девушка только фыркнула, как кошка, но промолчала. Ана прошла на кухню и включила чайник. Все разошлись по комнатам, чтобы переодеться в домашнюю одежду, и вскоре снова собрались за столом, на котором уже все было накрыто к вечернему чаю.
И как это часто бывает, «к чаю» было выставлено еще и несколько закусок, и курица, которую заказал в доставке Тэ, так что чаепитие плавно переросло в еще один полноценный ужин. Правда, Жована все-таки поклевала, как птичка, боясь, что после поездки в Сеул госпожа Мария Рамирес вообще посадит ее на одну воду, стоит только девушке оказаться один раз на контрольных весах. Зато мужчины ни в чем не отказывали себе, да и Ана наслаждалась вкусной едой.
После трапезы девушка вызвалась убрать со стола, Тэ Хён и Ана расположились на диване в гостиной, негромко включив телевизор, который скорее служил фоном к их тихой проникновенной беседе, а Сон У остался сидеть на своем месте, пристально наблюдая, как Жована передвигается от стола к раковине и обратно, собирая грязную посуду, вытирая столешницу сухой мягкой салфеткой, а потом моет каждую тарелку и каждый прибор, расставляя их в сушильном шкафу.
Ее несколько напрягали взгляды парня, поэтому она обернулась к нему от раковины и негромко произнесла:
– А тебе не нужно идти к себе в комнату?
– Нет. Ты меня гонишь?
– Вовсе нет. Сиди, сколько угодно. В конце концов, это твой дом.
– Действительно…
Они замолчали. Девушка занималась своей работой, а он все так же следил за ней нечитаемым взглядом, вызывая странное ощущение бегающих по спине мурашек, как будто взгляд этот прикасался к ее коже – настолько он был осязаем.
Но вот Жована, наконец, закончила с уборкой и пошла в гостиную. Села рядом с матерью – та сидела близко к Тэ Хёну, переплетя пальцы с длинными пальцами мужчины.