Чтение онлайн

Мужику мои слова не понравились, снова положив мне руку на плечо, он резким движением развернул меня, отчего я выплеснул чай из стакана, и зло спросил:

— Ты считаешь меня бабой?

— Да, — коротко ответил я и снова сбросил руку, с сомнением посмотрел на остатки чая в гранёном стакане, подумав, не заказать ли ещё.

Этот мужик, лет сорока на вид, видимо имеющий бронь по работе, меня раздражал. Терпеть не могу, когда мне лезут в душу и ещё указывают, как жить. Таких задир я всегда примечал, без драки не обойтись, вот и пошёл ему на встречу.

— Ах ты, — кинулся тот на меня, выставив кулаки по-боксёрски.

Наш

спич уже привлёк всеобщее внимание, так что бросок работяги я встретил двумя ударами, в челюсть, и в солнечное сплетение. Поэтому когда тот упал и ко мне двинули дружки задиры, я достал «ТТ» и дважды выстрелил. Обе пули прошли впритирку к голове задиры. Одна у левого уха врезалась в деревянный настил пола, вторая у правого.

— Послушайте граждане, — мой голос удивлял своим спокойствием и благодушием. — Если ещё одна падла будет мне указывать что и как делать, стрелять буду на поражение. Убивать не буду, но на всю жизнь калеками на пенсии останетесь. Ферштейн?

Не интересуясь, восприняли мои слова или нет, я убрал пистолет, взял стакан с чаем столика и вылил остатки на голову задиры.

— Охладись, ты пьян, — сказал я ему и направился к выходу.

Такие задиры есть всегда, да и будут. Любитель подраться и задрать других. Обычно они развлекаются в одиночку под присмотром дружков, а если ему достаётся, то уже вмешиваются они. В любом случае к тому несчастному, к которому пристаёт задира, достаётся по полной. В этот раз всё пошло по другому сценарию. Правда, не закончилось.

Когда я уже был в дверях, ко мне с криком: Ах ты сволочь! бросился один из посетителей, сжимая в руке тяжёлую пивную кружку. От встречного удара моего ноги он улетел на пол и стал корчиться, когда две пули вошли ему в обе ноги, чуть выше колен. После этого уже никто не мешал мне покинуть пельменную. Демонстрация того что я всегда выполняю свои обещания была продемонстрирована качественно, поэтому ушёл я спокойно. Успел до того как посетители пришли в себя и бросились за мной.

Особо этих двоих мне не было жаль, человеческий мусор, как их ещё назовёшь. Была бы у них совесть были бы на фронте. А эти тут, в тылу отсиживаются. После Победы они да их сынки и стали снова возводить страну так, как по их мнению нужно, что и привело к развалу. Достойные сейчас погибали на фронтах, остались только эти, шелуха, так что не удивительно, что был такой результат в девяностых. Всё к этому и идёт.

Пройдя к припаркованной машине, я сел в салон запустил мотор и уехал до того как появилась милиция, видел двоих в форме что бежали в сторону пельменной у входа в которую собиралась толпа. Не думаю, что их вызвали, скорее всего, приглушённые стенами помещения выстрелы слышали. Ну и пусть их, это их работа. Выехав на площадь, я припарковал машину в ряду таких же легковушек у того самого здания на Лубянке. Народу у здания хватало, похоже, боевая группа то ли прибыла откуда-то, то ли отбывала, три грузовика стояло, а рядом толпились бойцы, кто курил, кто просто ноги разминал. Видимо старшего ждали. Я как раз подходил к дверям, когда из здания вышли три командира и прозвучала команда грузиться в машины. Пришлось поля фетровой шляпы на голове опустить ниже, один из командиров был моим знакомцем по спецшколе. Койки стояли в казарме в одном ряду.

К счастью тот меня не опознал, да и занят был другим, поэтому потянув тяжёлую створку двери на

себя, я прошёл в холл здания. Слева была стойка с дежурным, так что я двинул к нему.

— Здравствуйте, — вежливо поздоровался я, снимая шляпу и держа её перед собой обоими руками.

— Доброе утро, — кивнул старлей-дежурный. — Вы по какому вопросу?

— Я хочу сообщить, что готовиться покушение на самого товарища Сталина.

— Откуда вы получили эти сведенья? — напрягся дежурный. Один из командиров, что стоял за его спиной и читал журнал посещений, удивлённо посмотрел на меня.

— Голоса из космоса разговаривают со мной, они мне всё и рассказали.

— По-моему по нему психушка плачет, — сказал тот неизвестный командир с погонами капитана.

— Я там уже был, меня прогнали, — заныл я. — Сказали неизлечим.

— Сейчас оформим его и отправим в психиатрическую больницу, — сказал дежурный капитану. — Однако по инструкции опросить всё же надо. Вызову дежурного следователя, пусть отпишется на всякий случай.

— Работай, — кивнул капитан.

Со мной они уже не разговаривали, видимо не посчитав нужным это делать. Дежурный спросил у меня документы и, узнав об их отсутствии, позвонил и вызвал свободного дежурного следователя. Однако простой план проникнуть в здание и найти Андрея провалился, я снова встретил знакомого по спецшколе, именно им был дежурный следователь. И что совсем паршивое, тот меня почти сразу опознал. Ещё когда бегом спускался по лестнице.

— Ромка, ты что ли?! — вытаращился тот на меня. — Ты же вроде погиб под Харьковом?!

— Вот чёрт, такой план загубил, — улыбнулся я ему открытой улыбкой, и мгновенно достав «ТТ» направил его на дежурного и капитана, приказав им жёстким тоном. — Замерли оба.

— Ты чего Ром? — удивился Степан, и тут же в его глазах мелькнуло понимание. — Немцам продался?

— Стёп, не возводи на меня напраслину. Всё куда проще. У вас находится нужный мне человек, я лишь пришёл его забрать. Если для этого придётся брать штурмом здание, поверь, я это сделаю, причём без особого напряга разнесу всё тут и уйду. За эти полтора года многое изменилось и я уже не тот зелёный салага что выпустился из нашей спецшколы. Мне и посерьёзнее дела приходилось совершать. Веришь?

— Ты несколько не изменился, — криво усмехнулся тот, оглядывая холл. — Ты их убил?

Естественно мы были тут не одни, кто входил, кто выходил и на тот момент, когда меня опознали, и я достал оружие, в холле находилось кроме нас ещё пятеро. Так что пришлось достать второй рукой станер и облучить их. Потом чуть позже ещё двоих, что прошли в холл. Эта семёрка и лежала на полу в разных позах, один рассыпал листы бумаги из папки что нёс.

— Нет, живы. Это оружие выбивает из сознания, но не является летальным. Очнуться через пару часов сами. Как видишь, я вполне могу проявлять благоразумие и никого не убивать.

Тут дежурный, что нас внимательно слушал, подал голос:

— Кого ты ищешь?

— Ах да, ещё вы тут.

Выстрелив в Степана и в капитана, так же выбил их станером из сознания, я навёл пистолет на дежурного и сказал:

— Идём, прогуляемся. Проводишь меня. Идём-идём, не задерживай.

Тот покинул конторку и пошёл впереди. Пистолет я убрал, как и станер, так что он изредка поглядывал на меня, бросая задумчивые взгляды, явно строя планы повязать меня.

— Не пытайся, у тебя нет никаких шансов.