Чтение онлайн

– Я и забыла, какая ты зануда, Рин. Ты всерьез полагаешь, что на нашем веку в небесном океане нечем заняться?Да карты Унии усеяны белыми пятнами! Не проходит недели, чтоб кто-нибудь не открыл новый ветер или целое течение! Каждый месяц возникают новые острова! А новые породы рыб! А водоросли! А атмосферные явления!

Позабыв про обиду, Кин повернулась к ней лицом. Глаза ее горели, точно сигнальные огни корабля, губы мелко дрожали. Должно быть, подумала Ринриетта, она уже видит себя там – на мостике неспешно идущего корабля, уже не в опротивевшей серой униформе Аретьюзы, а в вышитом серебряной нитью капитанском кителе, разглядывающей в подзорную трубу очертания

загадочных островов, которые прежде никто не видал…

– Век исследователей прошел, – Ринриетта покачала головой, стараясь не встречаться глазами с горящим взглядом Кин, - Богатство Унии не в новых островах и течениях. И ты наверняка знаешь об этом, поскольку на два балла лучше меня сдала экзамен по политической экономике в прошлом семестре.

Нечего было и думать, что эта отповедь охладит горячую голову Кин.

– Исследователи нужны всегда! Полковник Нортрон уже делал две попытки покорить северный воздушный полюс, но каждый раз злые полярные ветра заставляли его отступиться. Может, я стану первой, кто бросит там якорь! Мне кажется, я знаю, как их усмирить. Полковник слишком упрямо держался сороковой параллели, но ведь это, в сущности, не обязательно. Можно взять южнее и сделать крюк, там дует Подпевала, он считается тихоходным, но только потому, что его нижние течения малоизучены. Если наполнить им паруса и снизиться до двух тысяч…

По-настоящему Кин оживала только тогда, когда говорила о кораблях и ветрах. Щеки немного розовели, дыхание учащалось, а полупрозрачные обычно глаза вспыхивали так, словно были парой сигнальных гелиографов, отбивающих какую-то сложную передачу. Корабли и ветра были ее тайной страстью, о которой мало кто подозревал. Эту страсть Кин пронесла с самого детства, рассматривая старые гравюры Ду Лайонов, повествующие о грандиозных битвах, и читая утайкой дешевые авантюрные романы, от одних названий которых у ее почтенного деда, без сомнения, случился бы нервный тик.

– Сэр Лоррдэйл уже третий год тщетно ищет торговый ветер, который соединил бы западные острова Унии с воздушным пространством Викрамадитья. Если его освоить, это даст миллионы! Миллионы, Кин! На островах Викрамадитья богатейшие залежи чар, даже одна десятая их часть озолотит всех ведьм Каледонии! А мозозавры! Три года назад рыбаки под Худом видели настоящего живого мозозавра [161] !

– Значит, этому ты хочешь посвятить всю жизнь?

– Не только, - во взгляде Кин вновь замерцали опасные огоньки, - Я буду делать все, что заблагорассудится капитанессе. Буду исследовать южные острова до тех пор, пока не нанесу на карту все вплоть до последнего булыжника. Буду торговать с дикарями и привозить домой уйму серебра. Буду отбиваться от кровожадных касаток и охотиться на неуловимого белого кита. Буду искать старинные клады и открывать новые породы рыб. Вот о чем я говорю, Рин! О настоящей жизни! Я не хочу провести лучшие годы, полируя задницей судейскую скамью или дыша бумажной пылью. Я сдержу данное деду обещание, получу университетский диплом, но после этого…

Кин говорила с горячностью, от которой, казалось, прохладное каледонийское небо теплеет на глазах. Худенькая, в трепещущей на ветру белоснежной сорочке, с горящим взглядом, она выглядела как вдохновенный поэт и, казалось, едва не отрывалась от крыши безо

всяких парусов. Наверно, для этого и нужны подруги, подумала Ринриетта, глядя на нее с легкой полуулыбкой. Чтоб иногда играть роль якоря, возвращая зарвавшихся рыбешек в презренное царство здравомыслия.

В конце концов, ей пришлось положить ладонь на подрагивающее плечо Кин, чтоб вынудить ее замолчать.

– Кин, кто твой дед? – мягко спросила Ринриетта.

Прозрачные глаза Кин озадаченно моргнули.

– Какое это имеет значение? Он даст мне корабль, вот и все. Тогда я…

– Твоего деда зовут Горольдт Фэй Тункан Ду Лайон, - медленно и внушительно произнесла Ринриетта, - Легендарный флотоводец по прозвищу Каледонийский Гунч. А еще он первая шишка в Адмиралтействе.

Кин скривилась, точно под нос ей сунули дохлую рыбу.

– Всего лишь контр-адмирал.

– Контр-адмирал, в чьих жилах течет кровь королевского рода. Племянник ныне правящего Джайкоба Первого, верно?

Посветлевшее лицо Кин немного осунулось. Она сразу поняла, к чему ведет Ринриетта.

– И что?

Ринриетте на миг стало ее жаль. Может, Кин и была одной из лучших студенток курса, но в некоторых отношениях она все еще оставалась ребенком, несмотря на то, что за последние годы они многому научили друг друга – и не все эти знания числились в учебных дисциплинах.

– Говорят, Джайкоб Первый стар и немощен. Если он умрет, кто станет новым королем Каледонии?

Этот вопрос Кин встретила спокойно. Должно быть, уже не раз задавала его сама себе.

– Мой дед. Наверно, мой дед. Ну, то есть, у него есть все шансы занять престол и…

– Совершенно верный ответ, мисс Ду Лайон, - Ринриетта нарочно произнесла это с грубым готландским акцентом, как их преподаватель по арбитражному процессу, мистер Гойнч, - Как вы думаете, позволительно ли внучке августейшей особы шляться по всему небесному океану и заниматься такими легкомысленными вещами?

Кин смутилась. Точно паруса ее шхуны вдруг обвисли, потеряв ветер.

– Я… Я не наследная принцесса. У меня семь старших сестер и…

– Но ты его любимая внучка и сама это знаешь. Как думаешь, твой дед позволит тебе рисковать собой? Отправляться на край света в деревянной коробке под парусами? Исследовать опасные высоты и неизвестные ветра?

Кин неуверенно ковырнула пальцем чудом уцелевшую обивку дивана.

– Ему придется. Я не отступлюсь.

– Можно подумать, он отступится! – Ринриетта презрительно хмыкнула, - В битве при Бархэме твой дед не позволил нарушить строй даже тем кораблям, которые были объяты пламенем. Неужели ты думаешь, что он даст тебе свободу маневра? Я уверена, он уже распланировал твое будущее. Вместо опасных приключений и далеких ветров тебя ждет канцелярия при губернаторской резиденции где-нибудь на Ринауне или Вангуарде. Ты никогда не приблизишься к кораблю ближе чем на пятнадцать футов – вполне достаточное расстояние, чтоб торжественно разбить о его борт бутылку шампанского.

Кин прищурила глаза, словно сама сейчас вела флот Каледонии в атаку на вражеские корабли – прямиком на гремящие пушки, не обращая внимания на пачкающие облака пороховые разрывы.

– Он не посмеет распоряжаться моей жизнью, будь он хоть трижды король!

Ринриетта запрокинула голову, уже не боясь ослепнуть – солнце миновало высшую точку зенита и теперь неспешно, окутываясь розовой дымкой, скользило вниз, чтоб утонуть в небесном океане, как оно делало миллионы раз прежде. Некоторые вещи по воле Розы просто не меняются в мире. Жаль, что Кин это только предстоит узнать.