Чтение онлайн

Совершенно невозможно представить, что подобное существо может жить на одной высоте с человеком, дышать тем же воздухом и есть ту же пищу. Шму было даже боязно смотреть на него, такой он был изящный, но изящность эта не была хрупкой изящностью фарфоровой куклы. В ней чувствовалась сила. Сила, от ощущения которой Шму ощутила где-то в желудке неровную нервную дрожь.

Аппер поморщился. Шму обратила внимания, то он морщился всякий раз, когда делал вдох. И едва ли дело было в запахах, доносившихся с кухни. Возможно, подумала Шму робко, этому существу, живущему выше облаков,

воздух, которым дышат здесь, на низких высотах, кажется смрадной вонью вроде запаха рыбного рынка.

– Ну, на счет работы-то я не ошибся?

Шму заметила, что Алая Шельма немного порозовела. Совсем незначительно, над воротником ее дымчато-алого кителя появилась красная полоска. Кажется, аппер этого не заметил, но уж точно почувствовал враз похолодевший тон голоса.

– Не припомню, чтоб давала объявления в газеты.

– Неудивительно, ведь на Порт-Адамсе нет газет, - аппер вежливо улыбнулся, продемонстрировав зубы, своей белизной напоминающие девственно-белый перламутр устриц, - Пираты – не самая читающая публика… Что же до работы, об этом явственнее всего говорит состояние вашего корабля. Такелаж в ужасном виде. Любой капитан, получив такую трепку, будет искать возможность для ремонта. А я – как раз тот, кто обеспечит вам эту возможность.

– С такелажем дело плохо, - неохотно призналась Алая Шельма, - Висит, как лохмотья на бродяге.

Аппер понимающе кивнул.

– Попали в северный пассат? Недаром в здешних краях его знают под именем Дюжины Когтей.

– Что-то вроде того. Нужна полная замена, на Порт-Адамсе это встанет в добрых восемь сотен…

– Я предлагаю вам тысячу, - аппер взглянул на собеседницу с легкой улыбкой. В этот миг он выглядел столь утонченно и изысканно, что у Шму даже дыхание перехватило. Хорошо, что капитанесса не взяла с собой Габерона. Даже в своем лучшем костюме канонир выглядел бы по сравнению с аппером оборванным докером, - Тысячу полновесных эскудо новой чеканки.

Алая Шельма отчего-то не обрадовалась. Напротив, в ее глазах мелькнула настороженность.

– Хороший куш, - сдержанно произнесла она, разглядывая аппера, - Что мне для этого надо сделать? Взять на абордаж каледонийский фрегат? Бомбардировать остров?

Аппер рассмеялся. От этого смеха Шму только вздрогнула – невероятный это был смех, похожий на музыкальный перебор клавесина, а не на колебание воздуха, изданное грубыми голосовыми связками человека. Но аппер и не был человеком. Даже сидя за одним столом с капитанессой, он выглядел существом другого мира, как изящный марлин рядом с неуклюжим пескарем.

– У вас есть чувство юмора. Редкое качество для пирата!

– Не более редкое, чем прямота для аппера, - взгляд Алой Шельмы потяжелел, - Вы играете словами, как весенний ветер дымом, но я до сих пор не услышала ничего про вашу работу. Кто вы?

Это прозвучало бестактно и грубо, Шму сжалась в своем уголке, боясь даже поднять взгляд на аппера. Тот ничем не заслужил такого отношения, напротив, на протяжении всего разговора вел себя подчеркнуто дружелюбно и мягко. Но аппер не обиделся.

– Меня зовут Зебастьян Урко. И я не занимаюсь ни

налетами, ни грабежом. Мы, апперы, не очень-то любим вмешиваться в… людские дела.

Он небрежно пошевелил пальцами, потирая их друг о друга. Жест был невыразителен, но в сочетании с мимикой и тоном голоса давал верное представление. Апперы не ведут дел с людьми, они выше этого – и в прямом смысле тоже. Существам, живущим на головокружительной высоте, где воздух необычайно чист, а небо прозрачно, нет дела до неуклюжих и грубых братьев, болтающихся где-то над самым Маревом, до их грязных дел и нечистоплотных сделок.

– Но вы ищите капитана с кораблем, а значит, людские дела вас все-таки интересуют, - безжалостно заметила капитанесса, - Говорят, вы живете до трехсот лет. Мы, люди, куда меньше. И я буду благодарна вам за сэкономленное время моей небольшой жизни, если вы немедленно перейдете к сути. Что вам надо от меня и от «Воблы»?

Аппер вздохнул.

– Иной раз с вами так непросто… Мне нужно перевезти груз.

– В таком случае вы ошиблись островом. Это Порт-Адамс, логово вольных пиратов, а не стоянка грузовых шхун.

– Мне надо перевезти груз, - терпеливо повторил аппер, - Отсюда до Каллиопы. Около десяти тонн в готландской системе мер или почти одиннадцать – если вы предпочитаете пользоваться каледонийской системой. В трюме вашего барка вполне хватит места.

– Баркентины, - машинально поправила Алая Шельма. Шму заметила, как на лицо капитанессы легла легкая тень, след глубокой внутренней задумчивости, - Что за груз? Порох? Запрещенные ведьминские зелья? Рабы?

Аппер покачал изящным, кажущимся полу-прозрачным, указательным пальцем.

– Ни то, ни другое, ни третье. Осетровая икра. Десять тонн наилучшей осетровой икры сорта «люкс». В Рутэнии ее называют «кавьяр».

Алая Шельма тоже улыбнулась. Если улыбка аппера казалась воздушной и мягкой, как прикосновение теплого бриза, улыбка пиратской капитанессы была жесткой, как матросская койка.

– Если вы знаете мой корабль, значит, должны знать и меня. Я пират, а не контрабандист.

Аппер небрежно пожал плечами. Его тонкие пальцы складывали на тарелке узор из прозрачных рыбьих костей.

– Времена меняются, капитан. Кому, как не нам, апперам, знать об этом. О да, я помню еще те времена, когда небо бороздили каракки и каравелы, и никому в голову не могло придти коптить небо магическим дымом… Сделай я подобное предложение вашему деду, Восточному Хуракану, он, без сомнения, пришел бы в ярость. Но в мире давно уже дуют совсем другие ветра. Ветра, которые безжалостно режут крылья самоуверенным пиратам. У вас, мне кажется, острый ум, мисс Ринриетта, вы понимаете суть вещей. Флибустьерство давно уже потеряло смысл и перестало быть доходным делом. Те капитаны, чьи имена прежде сотрясали небеса, сейчас промышляют ловом селедки или перевозкой сахарного тростника. Ну а те из них, кто не смог отказаться от романтических идеалов, уже сложили головы на плахах Роял-Оука, Могадора и Шарнхорста. Миром больше не правит десятифунтовая пушка, им правят коммерция, промышленность и банковское дело.