Чтение онлайн

взгляд на Семёна, он эффектнее, настоящий атлет и ещё, цвета бронзы кожа,

мужественная челюсть, как всегда впереди, взгляд уверенный, чёрная щетина покрывает

добродушное лицо. Он восхищается Грайей, но не забывает уделять внимание двум

хихикающим сёстрам Онде и Вэлле, чем вызывает праведный гнев у своей женщины.

Расслабляюсь, наслаждаюсь отдыхом, но почему-то зудит под рукавом шрам в виде

короны, я уже знаю - первые весточки приближающейся

опасности.

– В этом зале, тайным языком обладаем лишь мы. Ни жена, ни дочери, ни слуги не

услышат нас, поэтому, можешь спокойно задавать вопросы, у меня такое ощущение, тебя, что-то беспокоит,- Гроз Гур посылает мысль, не оторвав взгляда от блюда, в котором

искрятся необычные пирожки.

– Мне кажется, что круг из тёмных сил, уж очень быстро смыкается. Я не чувствую в

твоём гостеприимном дворце, абсолютной безопасности,- может, излишне откровенно

говорю я.

– Нет, такого быть не может, он защищён не только крепкими стенами и хорошей охраной, но и магией. Сдаётся мне, Великий князь, ты просто устал.

– Ты узнал мой титул?- неприятно удивляюсь я.

– Не переживай, твой мозг надёжно блокирован от проникновения извне, доступна лишь

та информация которую можно нам получать и не более того,- улыбнулся Верховный

властитель, повторив сказанные когда-то слова Грайи.

Жрица вылавливает из пузатого бокала золотистую креветку, безжалостно

отрывает бронированную голову, задумчиво кладёт в рот: - Тайным языком обладают

немногие из высшей касты, а другие и подавно, Гроз Гур исключение из правил,-

обращается ко мне.

– Живу долго,- перехватывает мысль Верховный властитель.

Йона перестаёт есть, пьёт из узкого фужера, изредка прикрикивает на дочерей.

Иногда украдкой бросает на меня испепеляющие взгляды, бледнеет, из глаз вот-вот

посыплются искры. Морщусь. Совсем меня достала своей неприязнью, аппетит

полностью пропадает. Но вот она встаёт, выпрямляется как швабра, что-то зло лает

дочерям, они в ответ не преминули ей дерзко тявкнуть, гордо поводит плечами и под

насмешливым взглядом мужа, удаляется из зала.

– Не обращай внимания,- улыбается Гроз Гур,- она приверженца старых традиций.

Разъярена из-за того, что до сих пор с вас не содрали кожу и не отдали печень ей на ужин.

– Хорошие традиции,- пожурил я его.

– Не я их выдумал, не мне запрещать,- в голосе Верховного властителя появляются

недовольные нотки.- Но хочу заметить, Годзбу отличается от других городов

прогрессивными идеями, иначе и быть не может, всякого народа здесь много.

Мы долго сидим за столом. Оторваться от изысканных блюд тяжело,

да и

разговоры интересны, но вот животы раздуло, появилась одышка, я понял, "пора и честь

знать", поднимаемся из-за стола. Гроз Гур само радушие, передаёт нас хрупким, подвижным как ящерки, горничным, они отводят нас в спальни покои. Грайя забирает с

собой детей, я с Семёном расположился в просторной комнате с видом на сад и фонтаны.

Семён, отдуваясь, идёт к балкону, живот вывалился из рубашки, он тешет в густой

поросли грудь, лицо мечтательное, благодушная улыбка мерцает на губах:- Ты знаешь, я

бы погостил бы здесь чуток, хозяин приятный, дочки забавные, хохотушки.

– Его жена мечтает сожрать наши печёнки,- с иронией замечаю я.

– Глупости,- отмахивается он.- С чего это ты решил? То, что она такая суровая? Может у

неё критические дни, вот и ходит, на всех кидается.

– Вполне,- усмехаюсь я.- А по мне бы, сдёрнуть отсюда, да побыстрее. Атмосфера давит

со всех сторон.

– Не замечаю,- жмёт плечами друг.- Воздух! Какой свежий воздух! Пахнет цветами и ещё, что-то грибное, а как шумят фонтаны! Прелестно!

– А я домой хочу. Скучаю по Ладе и Ярику,- искренне говорю я. Присаживаюсь на мягкий

диван, рядом сумка, в ней копошится дракончик, развязываю верёвки, что бы ему было

проще выбраться. Малыш вылезает, каждая чешуйка отливает бронзой, глаза пылают

жёлтым огнём. Он с хрипотцой чирикает, облизывает мордочку фиолетовым язычком,

бесцеремонно прыгает мне на голову и, оттолкнувшись ото лба, оцарапав его острыми

коготками, планирует в открытое окно. Бронзовая искорка мелькнула и исчезла в густых

зарослях. Мне становится грустно и почему-то обидно. Ещё острее захотелось покинуть

этот мир подземелий и выбраться к Солнцу.

Семён выходит на балкон, куртку и рубашку скинул, стоит, поигрывает мышцами,

едва заметный пар идёт от разогретого тела. На соседнем балконе показывается Грайя, потягивается как дикая кошка, косточки эротично похрустывают, роскошные волосы

испускают искры, глаза прищуренные, а в них всёпоглощающее желание.

– Пойду, прогуляюсь перед сном,- потупив глаза, говорит друг.

– Прогуляйся,- с досадой говорю я. Мне не хочется, чтобы он уходил, но не могу

препятствовать.- Осторожнее там, мы не дома,- предупреждаю его. Он смотрит на меня, в

глазах непонимание, догадываюсь, у него на глазах шоры.

Семён, как голодный кот, выскальзывает за дверь, я остаюсь один. В одиночестве

прохаживаюсь по комнате, с тоской вспоминаю огромные, как бездонные озёра, глаза