Восьмая горизонталь
Шрифт:
Росомаха смотрит на меня, едва склоняет голову в поклоне, чуть заметная улыбка
трогает губы, разворачивается, и они быстро уходят.
Гл.33
Первым делом, нам возвращают оружие, Семён бросается к топору как к любимой
женщине, воистину, он стал настоящим мужчиной. Мой бывший соперник, со стальным
взглядом во взоре, с сожалением передаёт меч. Испытываю не меньшую радость, что и
Семён. Итак, можно сказать, у нас руки развязаны,
неё наши дети.
В посёлке все друг друга знают, дом указывают быстро, входим во двор. Что это?!
На цепи сидит Игорь, рядом, уткнулся в его ладони, волчонок. Мальчик видит нас,
вскакивает, цепь гремит, бросается к нам, Семён взревел как медведь арктодус, рвёт цепи, целует мальчика.
За спиной слышится характерный звук меча, доставаемого из ножен:- Кто такие?-
слышится неприязненный голос. Семён медленно оборачивается, он страшен, удобней
перехватывает рукоятку топора, мгновенье и у того голова соскочит с шеи. Бросаюсь к
другу:- Не смей, ребёнка травмируешь!
– Второй раз, спрашивать не буду,- отступает к двери бородатый, мускулистый верзила.
– Он мой сын!- рычит Семён.
– Он зверь, у него клыки,- словно выплёвывает мужик.
– Это ты, зверь,- у Семёна кровью наливаются глаза.
Игорь виснет у него на шее:- Папа, забери меня отсюда!
– Где Светочка, сынок?- мягко спрашивает Семён.
– Её здесь нет, она, с тёткой, в соседнем доме, у них там, подсобные помещения, свинок
выращивают.
– Игорь!- подзываю его к себе,- пойдём со двора, папе необходимо поговорить.
Игорь долго, с ненавистью смотрит на своего мучителя, тот от его взгляда ёжится, перекидывает меч с одной руки в другую, ловко получается, но я знаю, он почти
покойник.
Уходим, Игорь всё поглядывает из-за плеча на отца, завожу за дом, садимся на
лавочку, у дикой сирени. Ждём. Звякнуло друг о друга железо, ещё раз и ... вжик, что-то
упало на землю и покатилось.
Передёрнулся, Семён вновь перестарался. Он выходит, непривычно спокойный,
под глазами, чёрные круги.
– Идём к Светочке,- тихо говорит он. Игорь вцепился в его ладонь, плачет, слёзы капают
со скуластого лица, он размазывает их рукой, на щеках остаются грязные разводы.
– Натерпелся, сынок?- прижимает его к себе Семён.
– Они так сильно меня били и Светочку, тоже, когда вступалась за меня, потом, её отвели
в соседний дом … меня волчонок любил, давай заберём его.
– Сейчас принесу,- кинулся я.
Во дворе осмотрелся, волчонок забился в конуру, жалобно поскуливает, у крыльца
валяется обезглавленный
заглянет кто, вновь на нас объявят охоту.
Нашёл погреб, затаскиваю туда мертвеца и часть его тела, закрываю крышкой,
кровь на земле, припорошил соломой. Ругаюсь, на чём свет стоит, надо было ему просто
зубы выбить, а не убивать! Хотя, обращаю внимание на брошенный меч, не с
беззащитным человеком сражался Семён.
Вытаскиваю за загривок волчонка, тот постарался меня цапнуть, не понимает, что
его спасают. Нагнал Семёна с Игорем, мальчик кинулся к зверёнышу, прижимает к груди, волчонок скулит, лижется, на нас с Семёном, порыкивает.
Останавливаемся у избы напротив, режет слух ругань:- Ах, ты негодная, к зверю
хочет идти! Мало тебя Фёдор стегал! Сейчас его позову! Ты, у меня, допрыгаешься, дрянь! К ней с лаской! На, тебе, деточка, это, скушай сладенького! Отдам тебя к
монашкам! Ты, у меня допросишься!
Резко открываю калитку. Светочка моментально видит нас, с криком бросается:-
Дядя Никита, дядя Семён, братик!
Прижимаю к себе хрупкое детское тельце, она счастлива, смеётся, гладит
спутанные волосы Игорю, затем оборачивается, в глазах появляется жёсткость, почти как
у Аскольда:- Теперь посмотрим, кто из нас допрыгался тётка!
Женщина от неожиданности пятится, затем руки в боки, взгляд становится
надменным, брови ползут вверх, набычилась, пятнами идёт лицо:- Что вам надо! Прочь, со двора! А девочку, оставьте, она моя собственность и кто разрешил зверя забирать и
волчонка? Сейчас Фёдора позову!
Внезапно она натыкается на взгляд Семёна, что-то читает в нём, пятится:- Где
Фёдор?!- в голосе проявляются визгливые нотки.
– Пусть отдаст моё ожерелье, мне его тётя Грайя подарила!- с гневом говорит Светлана
Аскольдовна.
Семён приближается к сильно струхнувшей женщине, протягивает тяжёлую
ладонь.
– Не дам!- взвизгивает она, пытается поднырнуть под его руку, но Семён хватает её за
шиворот, быстро снимает, горящее ослепительным огнём, украшение. Женщина пытается
вцепиться ему грязными ногтями в лицо, но он не сильно отталкивает её от себя. Это, оказывается достаточным, чтоб та отлетела на несколько метров и выломала головой
перегородку, за которой хрюкают дикие свиньи.
Собираемся уходить, неожиданно Семён оттаскивает, потерявшую сознание