Чтение онлайн

— Вот-вот, естественно, — процедил немногословный Уайт.

— От вас требуется одно: нормально прожить двое суток. Главное, не забывайте: мы подозреваем, что опринкиан гораздо больше, чем нас, и что… сейчас я вам сообщу секретные сведения — что они только притворяются, будто обогнали нас по части техники, а еще…

— Проклятие! — не выдержал Том, утратив всякое терпение. — Я про опринкиан знаю гораздо больше вашего. А еще…

Но тут откуда-то сверху послышался голос диктора:

— Прошу отойти от посадочной площадки. Прошу отойти

от посадочной площадки. Вертолет восточного направления идет на посадку. На посадку идет вертолет восточного направления.

— И как это его не отправили на личной машине? — только и успел выговорить Том. Все поспешили к выходу с площадки.

— Он сам не захотел, — объяснил Данеро. — Возжелал добраться сюда, как если бы он был самым обычным пассажиром. Ха! Обычным! Да там весь салон забит агентами Службы безопасности!

Они остановились около невысокого проволочного ограждения.

Ворота распахнулись, и оттуда хлынула толпа пассажиров. Высокий, тощий, заросший черной шерстью опринкианин смотрелся на фоне людей весьма экзотично.

Его вытолкнули вперед — так пенистая волна выбрасывает на берег щепку, — и он оказался прямо перед четверкой встречающих.

— А, Данеро, — произнес опринкианин. — Оцень мило, цто вы меня встрецаете.

Реджилла слегка шепелявил, но в остальном с английским справлялся совсем недурно.

— Реджилла! — наигранно-радостно воскликнул Данеро. — Какая встреча! А вот молодая супружеская пара, у которой вы будете гостить.

Данеро отступил в сторону, и тут-то Том и Люси впервые увидели опринкианина вблизи.

Он и вправду был очень высок — шесть футов с лишним и при этом жутко тощий — даже, можно сказать, истощенный. На глаз Том определил его вес в сто тридцать фунтов, а то и поменьше. Одетым опринкианина в людском смысле слова назвать было нельзя — ну, разве это одежда — тоненькие кожаные ленточки, больше похожие на украшения. Но, видимо, от капризов погоды Реджиллу надежно защищала густая черная шерсть — он неплохо себя чувствовал сырым и прохладным апрельским вечером — даже не ежился.

— Позвольте вам представить, — сказал Данеро, — Тома и Люси Пэрент. Том сотрудник Секретариата по иностранным делам, возглавляемого знакомым вам Домэнго Аскизи.

— С Домэнго Аскизи я оцень знаком, — кивнул мистер Реджилла. — Он больсусий целовек. Я бы дазе сказал — пребольсусий.

— Это верно, — подтвердил Данеро. — Вы очень добры, господин Реджилла, ну да, наверное, все опринкиане таковы. Люси Пэрент, супруга Тома, тоже наша сотрудница. Она работает в Отделе Лингвистики, но сейчас в отпуске.

— Хей-ло. — Реджилла повернулся к Тому и Люси. — Хей-ло, хей-ло. А теперь позмем друг друзке правые руки, да?

Они обменялись рукопожатиями. Косматая тонкая лапа Реджиллы оказалась на удивление крепкой.

— Я оцень, оцень рад, сто буду васим гостем, — сказал Реджилла. — А как погода, хоросая?

И он всмотрелся в туманную вечернюю мглу.

— Очень хорошая, — поспешил встрять Данеро, не дав супругам

и рта раскрыть.

— Славно, — заметил опринкианин. — Наверное, доздь мозет усилиться? Но это оцень хоросо для растительности, верно? Пойдемте?

— Сюда, — указал Уайт.

Сотрудники Службы безопасности возглавили процессию, и вскоре вся компания дошагала до машины Пэрентов. Данеро уселся за руль, Уайт — рядом с ним. Реджилла устроился на заднем сиденье между Томом и Люси.

— Насколько я узе вызнал, — обратился опринкианин к Люси в то время, как Данеро уводил машину от автостоянки, — у вас много бабусек и дедусек?

— Ну… — растерянно отозвалась Люси. — На самом деле у меня их всего трое. Живых — трое.

— Трое! — обрадовался мистер Реджилла. — Как это цудесно! Я обозаю моих бабусек и дедусек. Я им пису стиски. Да. — Тут он обернулся к Тому. — Ну а у вас, Том?

— У меня? У меня только один дедушка жив.

— Дорозки провидения неисповедимы, — задушевно откликнулся Реджилла и утешающе похлопал Тома по коленке.

— А-а-а… спасибо.

— Как церна нынце ноць, — отметил господин Реджилла, вглядываясь в темноту за окном.

— Уже почти приехали, — отозвался Уайт.

— Так вот это, знациг, и есть васа постройка? — проговорил мистер Реджилла, оглядывая гостиную. Уайт и Данеро уже ретировались. — Оцень интересно и друзелюбно.

— Рада, что вам у нас нравится, — улыбнулась Люси. — Желаете чего-нибудь? Вы ужинали?

— Я не нуздаюсь в кормлении, — ответствовал господин Реджилла. — Узинать меня необязательно. Если вы хотите наузинать себя, то это позалуйста. Если вы мозете отвести меня туда, где мне мозно уединиться, это будет самое луцсее. А-а-а, вот и вас волк. Я хотел сказануть, руцной волк. Собака.

Рекс вышел из кухни и теперь, стоя посреди столовой, недоверчиво созерцал господина Реджиллу с некоторого расстояния, — при этом выразительно принюхиваясь.

— Он очень мирный, — заверила опринкианина Люси. — Ко мне, Рекс. Иди познакомься с нашим другом. Ну, ко мне, мальчик! Ко мне!

Рекс сделал несколько шагов вперед — не слишком решительных — и замер. Потом попятился.

— Не надо спесить это послусное сусество, — посоветовал Люси Реджилла. Время подсовывает мудрость, правда? Такие послусные сусества редко любят поспесать во всем, и в знакомстве тозе. Всему свое время. Но вы собирались показать мне место для уединения?

— О да, — поспешно кивнул Том. — Сюда, прошу вас.

— Я сама провожу вас, — вмешалась Люси и решительно зашагала вперед. Господин Реджилла устремился за ней.

Том с Рексом, оставшись наедине, переглянулись.

— Он сказал, чтобы мы ужинали, как обычно, и делали все прочие дела и что с ним мы увидимся завтра, — сообщила Люси, вернувшись.

Том просматривал почту — сплошные счета и предложения внести благотворительные пожертвования.

— Как думаешь, чем он будет заниматься у себя в комнате до завтрашнего утра? — спросила мужа Люси.