Воплощенные
Шрифт:
Коридоры были пусты, дворец еще спал. Охрану Эриар сосредоточил в жилой части, воинов не хватало, ему пришлось выбирать. Наши шаги не тревожили царящей вокруг тишины. Муж двигался так, что даже воздух не выдавал его присутствия, меня же скрывала кровь рода, навечно впитавшаяся в древние стены.
– Где мы?
Муж остановился за миг до того, как на его пути вспыхнули тонкие нити заклинания.
– Идемте, я потом расскажу.
Ему ничего не оставалось, как последовать за мной.
Плетения еще несколько раз расцвечивали
– Вы мне настолько доверяете, моя лери?
Он усмехнулся, когда я, приложив ладонь с перстнем на пальце к центру лабиринта, изображенного на двери, легко толкнула ее, открывая.
– У меня нет выбора, князь, – с ноткой горечи прокомментировала я его вопрос. – Либо мы вместе победим, либо вместе погибнем.
– Вы правы, моя лери. – Иронии больше не было в его голосе. – Выбора у нас нет, только победить. – И когда я резко обернулась, добавил, столь же равнодушно, как и всегда: – Не думаю, что Александер и Дария простят нам нашу слабость.
Это было почти как признание в любви. Почти… И как же оно запоздало.
– Здесь то, что всегда позволяло клану выжить. – В этот самый момент я поняла, почему на его лице так часто появляется безжизненная маска. Так было значительно проще. – Золото, камни, артефакты. Но, что еще более важно, продовольствие. Наш стратегический запас.
– На сколько он рассчитан? – Эриар был собран, как и подобало князю.
– При полном гарнизоне и с беженцами из окрестных деревень, то на тринадцать лунаров, плюс зерно и семена для посева.
– Вы предлагаете им воспользоваться?
Он продолжал стоять на пороге, так и не проходя внутрь. Казалось, наш разговор был для него важнее, чем созерцание сундуков. Они рядами выстроились в этом самом маленьком зале, с которого я начала его знакомство с тайнами Арлаков.
– Если мы будем закупать продовольствие у вольных, те поднимут цены. Торговаться с кланами – лишить их собственных запасов. В преддверии войны это недопустимо.
Эриар, соглашаясь, кивнул. Вот только я чувствовала, что согласие его вынужденное.
– Но если мы поднимем все наверх, ослабим себя.
Моя невольная улыбка заставила его посмотреть на меня внимательнее.
– У вас есть план?
Я ожидала удивления, все-таки отношение к женщинам в этом мире отличалось от того, к чему привыкла я. Но ни во взгляде, ни в жестах не было ничего, подтверждающего появившуюся внезапно мысль.
– Мы поднимем запас наверх и сделаем это так, чтобы стало известно не только в Круге, но и на Вольных землях. И начнем закупать, но только самый минимум.
Он еще не понимал, к чему именно я веду, но с наводящими вопросами не торопился. Выдержка.
А я так рассчитывала!
– Все остальное мы приобретем в другом месте.
Вот теперь он не сдержался:
– Вряд ли проклятые будут столь любезны, чтобы снизойти до нужд нимеры.
– Вы
– Земля? – как-то неуверенно повторил он за мной. Потом серость его глаз смягчилась, а на губах появилась многообещающая улыбка. – Совет этого не одобрит.
– А мы разве будем спрашивать у совета, как нам спасать наш клан?
Меня обдало жаром, когда его губы коснулись моей ладони, как признак его восхищения, как порыв не терпящего рамок духа, живущего в его теле.
И это было больно, его восторг относился к лери Арлаков, а не к женщине, которую ему пришлось назвать своей женой.
Глава 4
Дария
– А правда он хорошенький?
Я, подтянув колени к себе, сидела на широком подоконнике. Любила эту позу еще с тех пор, когда мама задерживалась в галерее допоздна, а я отказывалась ложиться спать до ее прихода. Сашка вечно бурчал, делая вид, что он старший, но тоже пристраивался где-нибудь поблизости. С книгой.
– Ты о ком? – отвлекшись от разглядывания очередного наряда, которые принесла с утра Мартиша, уточнил мой любимый брат. А то сам не догадался?!
И только подумав так, сообразила, что кандидатов-то было два, так что он имел полное право на этот вопрос.
– Эриар, конечно!
– И чего в нем хорошенького? – продолжил доводить меня эта белобрысая зараза, с которой меня угораздило вместе родиться.
Я ведь точно знала, что он говорит это лишь для того, чтобы немного меня позлить, но удержаться, чтобы не ответить, не могла.
– Ну как же! – соскочила я с подоконника. – Такой высокий, и плечи широкие, и волосы длинные, а глаза…
– Тебе не надоело? – фыркнул этот обормот и отложил один наряд в сторону. Туда, где лежала одежда, соответствующая его представлениям о том, как должна выглядеть его родная сестренка. Кучка была подозрительно небольшой. Угодить ему вообще было трудно. – Толку его обсуждать, если он теперь мамин муж.
– Наш отчим, – поправила я его, пытаясь понять, по какому принципу он отделял подходящую одежду от неподходящей. Принцип не определялся, пришлось спросить: – А чем тебе те не понравились?
Сашка хмыкнул и как-то подозрительно начал пятиться назад.
Понятно, опять развел, как пацанку!
– Значит, так! – Угрожающе нахмурив брови, я двинулась за ним. – Я на тебя рассчитываю, а ты…
Он шутливо поднял руки, словно сдаваясь, а потом очень ловко прошмыгнул между мной и кроватью, скрывшись за дверью.
Мне ничего не оставалось, как только насмешливо хмыкнуть. Я любила брата, но иногда на меня накатывало: его становилось слишком много. Тогда я внутренне начинала заводиться, пока не изгоняла его со своей территории, чтобы побыть одной.