Чтение онлайн

Дом нельзя было назвать огромным, но массивные балки потолка доказывали, что он был в действительности более прочным, чем это казалось с первого взгляда.

Помещение, где она сейчас находилась, служило видимо гостиной. Там стояли два кресла-качалки, столик и скамейка. По стенам медового цвета из сосновых досок, на крючках и полках висели и лежали предметы одежды, деревянные резные панно и разные безделушки. Разноцветные плетеные тряпичные половички пятнами выделялись на темном фоне некрашеного пола.

В дальнем конце хозяйка суетилась возле огромной

кухонной плиты, поблескивающей никелем, которая доминировала в этом пространстве, заполненном всевозможными буфетами, шкафчиками и длинным дощатым обеденным столом, по бокам которого стояли такие же длинные скамьи. Несмотря на кажущийся беспорядок, в комнате было как-то по особенному уютно, все вокруг было таким домашним, давно забытым для Бет.

– Ну вот, милая, пока ты оттаиваешь, покушай-ка вот этого, – и женщина поместила в руки Бет блюдо со здоровенным куском пахучего имбирного кекса. – А это согреет тебя изнутри, – и она поставила на стол около Бет кружку, из которой шел пар. – Чай из сассафраса – замечательное средство от любой болезни.

– Благодарю вас, – Бет улыбнулась, желая рассеять тревогу на лице старушки. – Я уже чувствую себя гораздо лучше, – смущенная своим недавним поведением, Бет попыталась объяснить: – Мне так неловко. Должно быть, я просто очень устала с дороги. Извините меня.

– За что же, – и старая женщина погладила ее по руке. – Я сама заплакала, как дитя, когда приехала сюда после свадьбы, шестьдесят пять лет тому назад и впервые увидела это место. С тех пор тут мало что изменилось.

Бет протянула ей свою руку:

– Меня зовут Элизабет Истгейт.

Рука старушки была высохшая, испещренная голубыми прожилками.

– Джозефина Виндфилд. Но здесь меня все зовут бабушка Джо. – Она наклонила голову: – Лизбет…Ласковое у тебя имя. Ну, а теперь познакомься с нашим семейством.

И бабушка Джо стала представлять детей, которые с посерьезневшими лицами выстроились вдоль стены. «Это Салли Мэ. Ей четырнадцать». Высокая белокурая девочка выступила вперед и робко улыбнулась. «Это Рут. Ей девять лет». Тонкая, как хворостинка, с волосами цвета бледного лимона, Рут, широко улыбаясь, вытерла рукой мокрое от дождя лицо.

Бабушка взъерошила темные волосы смешливого мальчика, у которого во рту не хватало нескольких зубов. «Джозефу – шесть». Бет ласково улыбнулась и приветствовала каждого ребенка по очереди. «Ты так смешно говоришь слова», – сказал Джозеф.

– Это потому, что я родом из Чикаго, – объяснила Бет. – Люди из разных мест говорят по-разному, – добавила она, почувствовав к малышу симпатию.

Он напоминал ей Тедди, хотя они и не были похожи. Вспомнив свой дом и маленького мальчика, которого она оставила, Бет с печалью подумала о том, как же он обходится там без нее.

– А это вот Сет. Но он совсем не умеет себя вести. Ему уже десять. Иди сюда и познакомься со своей учительницей, – потребовала бабушка Джо. Тощий мальчуган с темными глазами, неохотно поздоровался и тут же опять занялся резьбой по дереву.

– С Натом ты уже знакома. Ему –

шестнадцать, но он воображает себя совсем взрослым.

– Раз уж ты занялась этим, бабушка Джо, можешь и меня представить, – послышался вдруг громкий голос и в помещение, ворвался холодный ветер. На пороге возникла мужская фигура, и сквозь запотевшие очки Бет не сразу распознала человека, которого она видела раньше на крыльце.

– Ты что, в хлеву родился? – сердито заметила бабушка Джо. Мужчина пинком ноги захлопнул дверь, сиял шляпу и пальто и повесил их на крючок. Спутанные рыжеватые волосы доходили ему до воротника. Он откинул прядь волос, упавшую прямо на быстрые голубые глаза и затем загорелой рукой обтер дождь с бороды и щек. Как только его огромная фигура шагнула вперед, комната и все, что в ней находилось, уменьшилось до карликового размера. На его лице, нависшем над Бет сверху, ясно выражалось презрение.

– Это Логан – мой старший внук, – горделиво сказала бабушка Джо.

«Логан? Логан Виндфилд? Человек, который ее нанял!» – Решив не обращать внимания ни на его внешность, ни на поведение, Бет постаралась унять дрожь, когда ставила блюдце на стол, рядом с чашкой. Она встала и протянула руку:

– Я мисс Элизабет Истгейт, – проговорила она сдержанно.

В глубине бороды ржавого цвета губы скривились в насмешливой ухмылке. Ее ладонь утонула в его руке. «Я так и понял», – затем, выпустив ее пальцы, словно избавляясь от чего-то неприятного, он скрестил свои могучие руки на груди. Его глаза пробежали по девушке с головы до ног и обратно, заставив ее покраснеть от возмущения. «Ну что же, мисс Элизабет, – прогнусавил он низким голосом, – похоже на то, что вы откусили кусок больше, чем можете проглотить?» Он пригладил обветренной рукой бороду: «Денек-другой передохните у нас, а потом можете возвращаться назад в Чикаго».

Потрясенная Бет с недоумением и возмущением уставилась на него: «Назад в Чикаго? И на этом конец? Уехать? После дороги сюда, которая была просто пыткой? Да ни за что на свете!»

Бет вне себя от ярости постаралась выпрямиться в полный рост, достигавший пяти футов и одного дюйма: «Мистер Виндфилд, я думала, что у нас соглашение. Шесть месяцев. Испытательный срок, как вы сами назвали это в своем письме. А теперь, едва со мной познакомившись, вы уже намереваетесь, меня выгнать?» Она тряхнула головой и волосы, освободившись из заколотого тугого узла, рассыпались, обрамляя лицо в живописном беспорядке: «Не выйдет!»

Логан упрямо сжал губы, но это только прибавило ей решимости: «Я не уеду, мистер Виндфилд!» – подбоченившись, она шагнула к нему: «Я подписала ваш контракт. Теперь я хочу заставить вас сдержать свое слово».

Не обращая внимания на то, что его глаза угрожающе потемнели, она сделала еще один шаг. Свирепо пронзая его своим взглядом, она подняла указательный палец и ткнула им в твердую, как скала, грудь:

– Шесть месяцев, начиная с сегодняшнего дня – и если я плохо буду работать – можете уволить меня. Но ни на один день раньше.