Вольному — воля
Шрифт:
Находясь в состоянии шока средней тяжести, Антон выбрался из автомобиля и, не оглядываясь ни на «мерс», ни по сторонам, едва волоча ноги, побрел к кювету, где рухнул в придорожную канаву.
Минут пять он приходил в себя. Потом попытался оценить свое состояние. Следов крови Антон не видел нигде, да и боли особой не чувствовал. Только сильно шумело в голове и все плыло перед глазами.
В левой руке пистолета не оказалось, но в правом кармане штормовки лежал «Макаров» — целый и невредимый.
Кашин осмотрелся —
Он слегка приподнялся и осторожно выглянул из кювета. Движения на трассе никакого не наблюдалось. Перевернутый «Мерседес» оказался пустым. Его пассажиры, судя по всему, находились по ту сторону дороги.
Хотя оттуда не доносилось ни звука, переходить шоссе в открытую Кашин счел неразумным — могли подстрелить. Но все равно следовало действовать быстро — клиент мог по мобильнику вызвать милицию. А если иностранец не желал иметь дело с органами, то ему вместе с охраной нетрудно скрыться в лесу, расположенному совсем рядом с трассой.
Антон еще раз огляделся по сторонам и справа обнаружил то, что требовалось, — под дорожным полотном проходила труба, связывавшая два кювета. Видно, в этом месте когда-то протекала мелкая речушка.
Кашин метнулся к трубе и проскользнул в нее. Пришлось передвигаться по-пластунски.
Когда он добрался до другого конца, то тихонько высунул голову и крутанул ею по сторонам.
Все трое пассажиров «Мерседеса» оказались слева от Антона…
Водила находился прямо у дороги. В руке он держал пистолет и старался, не обнаруживая себя, наблюдать за трассой.
Другой охранник расположился на самой кромке леса, под деревом, тоже с оружием на изготовку. Там же сидел, тихонько постанывая, человек с кейсом.
— «Пушки» на землю! — страшно завопил Кашин.
Телохранитель, находившийся рядом с клиентом, благоразумно подчинился команде. Водила же стал палить на голос практически не глядя, и выстрелы его, конечно, никакого вреда Антону не причинили.
Двумя пулями в правое плечо Кашин выключил секьюрити и выбрался из трубы. Он подошел к двоим под деревом. Охранник стоял, подняв руки вверх. По его лицу текли крупные капли пота.
— Кругом! — скомандовал Антон.
Верзила развернулся и тут же получил сильный, но дозированный удар рукояткой пистолета по затылку. «Вряд ли он теперь очухается раньше чем через четверть часа», — удовлетворенно подумал Кашин.
Он обыскал охранника. Изъял у него пейджер, мобильник, подобрал пистолет.
Потом подошел к иностранцу, которого трясло самым жутким образом. Антон хотел потребовать у него ключ от наручников, чтобы отстегнуть кейс, но вдруг с изумлением обнаружил: в результате пережитых событий он напрочь забыл английский язык.
— Комбинэйшен! — наконец приказал он, указывая на кейс.
Иностранец тут же достал из кармана бумажку с цифрами.
Кашин, не теряя
Антон обыскал его, конфисковал мобильник и пейджер, оружия не оказалось. Кинув быстрый взгляд на шоссе, увидел приближавшуюся к месту событий машину. Он ринулся к подстреленному им охраннику, который был без сознания, обыскал его, забрал пистолет и сотовик.
Между тем на шоссе остановилась «шестерка», и из нее вышел, оставив в замке ключ зажигания, интеллигентного вида мужчина.
— Авария, — печально констатировал он.
— Да! — взволнованно отозвался Кашин. — Нет ли у вас пейджера или мобильного телефона, чтобы вызвать «Скорую»?
— К сожалению, нет, — все так же печально произнес незнакомец. (К счастью для тебя, подумал Антон). — Но я врач и могу оказать первую помощь.
— Очень хорошо! Посмотрите, пожалуйста, моего брата. — Антон указал на раненого охранника. — У него кровотечение.
Врач кивнул, полез в свою машину, достал из нее чемоданчик, видимо, с лекарствами и перевязочным материалом, и стал, шустро перебирая ногами, спускаться в кювет.
Кашин дождался, пока врач подойдет к раненому секьюрити, и быстро выскочил на дорогу. Уже залезая в «шестерку», он крикнул ошарашенному эскулапу:
— Я пока сгоняю за «Скорой», а вы действуйте. Действуйте!
Антон включил первую скорость и утопил педаль акселератора. Надо было побыстрей добраться до своей «Хонды», которая находилась примерно в полукилометре отсюда.
КЕЛАРЬ И ДРУГИЕ
14 августа, понедельник, вечер
В этот день Келарь, как, впрочем, и Зямба, не покидал офис, ожидая звонка от Л ухаря. С ними должен был находиться и Посланник, но он обещал подъехать позднее.
Два старых приятеля, один из которых потягивал коньяк, а другой баловался анашой, вели неспешный разговор.
— Ну а если все пройдет как надо, Джон? Получим мы кейс с компроматом и расколем американца? А дальше что?
— Я выхожу из игры, Зямба, — впервые признался своему корешу Келарь. — Все обналичиваю — и на Запад. А ты как хочешь: командуй здесь или сваливай со мной.
Кавказец ненадолго задумался, поглаживая усы.
— Мне за бугром делать нечего, — наконец объявил он. — Жаль, что больничку придется закрыть.
— Что ж, остается много других возможностей. Бабки пока сами в наши карманы сыплются. Но с меня довольно — спокойной жизни хочу.
Появился Посланник, упакованный в английскую тройку, при шелковом галстуке от фирмы «Эрмес» с россыпью миниатюрных голубых подковок по бордовому ПОЛЮ.
— Ну что?
— Пока ничего, — почти равнодушно сказал Келарь, тщательно скрывая волнение.