Чтение онлайн

— Больше никого нет? — деловым тоном поинтересовался Прокоп.

— Палач ушел куда-то, — сообщил я.

— Вот и прелестно, просто-таки расчудесно. Никто побегу не помешает.

Домовой проворно распутал узлы, освободив меня от опостылевших веревок. Я размял кисти рук, похлопал по ногам и довольно улыбнулся. А жизнь-то налаживается!

— За мной! — скомандовал домовой и юркнул в дыру. Я приблизился к ней, почесал затылок и пришел к выводу, что этот путь для меня недоступен. В вырытый

домовым лаз протиснется только моя голова, да и та с риском лишиться ушей.

— Эй, Прокоп!

— Что?

— Ты давай, ползи домой, а я пойду другим путем.

— Это почему?

— Лаз слишком узкий.

— Ой! — хлопнул себя по лбу Прокоп. — А ты попробуй выдохнуть…

— Столько не выдохнешь…

— Что же делать? — пригорюнился домовой, пятясь из отверстия.

— Надо на диету садиться, — посоветовал Гнусик.

— Попробую сбежать через двери, — игнорируя моего теневика, ответил я.

— Не выйдет.

— Это почему?

— На выходе четверо стрельцов в карауле…

— Да прорвусь.

— …и толстая дверь, обитая железом и отворяемая лишь снаружи.

— Это уже плохо. А как же палач выходит? Может, есть потайной ход?

— А он и не ходит никуда — здесь живет. Только для исполнения приговора наружу выбирается. Тяп голову — и обратно, в свое подземелье.

— Отшельник, значицца.

Домовой шмыгнул носом и со злостью пнул ногой стену.

— Да ты не переживай, — сказал я, положив руку ему на плечо. — Отправляйся домой, я что-нибудь придумаю.

— Но…

— Ты ведь уже освободил меня, частично. Остальное я сам сделаю. Вот немного поразмыслю и придумаю.

— Я останусь здесь, — заявил Прокоп. — Вместе прорываться будем.

— Спасибо, но ты лучше сделай кое-что другое.

— Что?

— Мне нужно, чтобы ты пробрался к царевне и передал ей следующее: пусть не волнуется — со мной будет все хорошо, и еще скажешь ей, что я ее люблю.

— Неужели это так важно? Здесь когти рвать нужно, а ты все про сантименталии. Не до соплей нынче, голова дороже.

— Так ты передашь?

— Передам, — насупился домовой.

— А как там баюн поживает?

— Да я его уже несколько дней не видел, — сообщил Прокоп.

— Наверное, сочиняет очередную балладу: «О гибели героического волхва».

— Фраер волосатый. Как глотку рвать — он первый, а как… Писака!

— Отправляйся, пока палач не вернулся проверить, как я здесь.

— Эх! — Прокоп махнул рукой и нырнул в прорытый им ход.

— До встречи, — бросил я ему вслед.

— До встречи, — донесся приглушенный ответ. Вернувшись к столу, я забрался на него и принялся анализировать сложившуюся ситуацию.

Единственный выход, который приходит мне на ум, — побег во время транспортировки на место казни. Рвануться,

перелететь через конвоиров, и рысью к дому. С помощью Троих-из-Тени эта часть побега должна удаться. С учетом неширокого распространения в сказочной Руси луков. Все больше для охоты… Затем ныряю в подвал, и через мгновение я уже совершенно недосягаем для преследователей. С этим все понятно, а вот как быть с Аленушкой? Ладно, об этом подумаю после, в более спокойной обстановке, без давящего на сознание дамоклова меча.

Задумавшись, я не сразу заметил, как воздух передо мной начал сгущаться, наполняя полумрак темницы яркими статическими разрядами. Волосы поднялись дыбом, холодок пробежал по спине. Хлоп! Сгусток искрящихся зигзагов лопнул, и на его месте возник голографический мираж. Лицо Бабы Яги с достопримечательным носом, украшенным волосатой бородавкой, некоторое время внимательно рассматривало меня, затем, придя к определенным выводам, скривилось в улыбке и что-то прошамкало. Поскольку читать по губам я не умею, а бегущей строкой ретрансляцию не сопроводили, то мне осталось только развести руками:

— Ничего не понимаю.

Баба Яга с удвоенным старанием принялась мне что-то втолковывать.

— А звук передавать нельзя?

Яга хлопнула себя по лбу и исчезла из поля зрения.

Некоторое время я любовался ленивым бегом мухи по закопченной стене, затем в эфир прорвались вздохи и охи. Кто-то голосом Бабы Яги матерно выругался в адрес наглых червей, которые умудряются забраться в волшебные яблоки, словно им настоящих мало.

Лицо Яги вернулось на место и обеспокоенно произнесло:

— Раз, два. Как слышно?

— Слышимость нормальная, — сообщил я ей.

— Молодцом держишься, голубь, — сказала Яга. — Новости у меня для тебя хорошие есть.

— Какие?

— Нашла я в чулане баночку заветную…

— Поллитру, что ли?

— Да где ж ее столько наберешь?! Но и того, что есть, хватит с лихвой.

— Для чего?

— Голову тебе приживить да воскресить.

— Как?

— Водицей живою.

— А вдруг она просроченная, выветрилась давно.

— Да не должна бы, — неуверенно возразила Яга. — Нужно попробовать.

— Лучше не нужно. Я расставаться с собственной головой и на миг не желаю.

— А что же делать? Казнь-то царевым указом назначена.

— Убегу.

— Не по-молодецки это как-то.

— Зато голова цела.

Баба Яга довольно усмехнулась, обнажив свой единственный зуб:

— Умен. Ну да я на всякий случай водицу с собой захвачу, вдруг пригодится.

Изображение пошло рябью.

— Вот же неугомонный слизняк, опять чего-то там прогрыз.

— До встречи, — крикнул я до того, как связь окончательно прервалась.