Чтение онлайн

– Но...

– Вацлав, пожалуйста...
– взмолилась я, цепляясь за рубаху оборотня.
– Не могу я тут... Все напоминает... Горько...

– Да где же ты жить будешь?
– растерялся волк.

– У тебя, - прошептала онемевшими губами. Знаю, дерзко, только действительно, где?

– Нет!
– Князь отступил назад.
– Об этом не проси.

– Но почему?

– Да потому что не испытываю больше желания нас обоих мучить!
– сказал и вышел, хрястнув по косяку кулачищем.

Я села у стены и

попыталась не расплакаться снова. Куда там! в голове звенело, глаза заволокло мокрой пеленой. Свободы я хотела от Вацлава? Что ж, вот она какова на вид...

– А давай-ка ты ко мне, Янэ, - сказал Играш, присаживаясь рядом.
– И не одна будешь, и до Князя рукой подать.

– Да как же я, дядя Играш, не могу я. И с Ярминой, уж простите за честность, не ужиться нам.

– А нет ее, девки-то моей, потому и предлагаю.

– Как нет?
– удивилась я.
– Куда же делась?

– Минка колдуньей оказалась. Заезжал к нам один человек из Издариса, дочку мою углядел и взял ее к себе ученицей. Почитай уже два лета она на чужой земле. Письма шлет и на жизнь свою жалуется регулярно. Тяжко ей там, но нравится, а уж как сынок колдуна приглянулся... Вот в последнем письме написала, что свадьба у них ладится. Не точно пока, но все к этому идет. Ну так, пойдешь, Янэшка?

– Раз так... Пойду, - согласилась я.

***

До деревни доехали в молчании. Встретили нас так же. У калитки Вацлава уже десятка толпилась - рослые оборотни при походном снаряжении и при оружии. Быстро же они собрались! Это еще раз дало мне понять насколько мало я знаю о волках и их жизни. Не лезла же никогда, думала коснулось краем, пронесло, а когда почти выбралась, вдруг стало меня еще глубже засасывать.

Князь спрыгнул с телеги и к своим зашагал, я было дернулась за ним, но Играш остановил, мол потом. И я послушалась умного человека.

Играш быстро показал мне что к чему, выдал белье на постель, полотенце и пошел баню топить, строго наказав сидеть и носа не высовывать. А я и рада посидеть, ноги ломило страшно, потому взялась за корзину с зельями и начала свои раны осматривать, мечтая о жарко натопленной парилке. Пар мне сейчас только на пользу, грязь из ран выгнать, да сердце успокоить. Глядишь, и сон легче будет, и утро разумнее.

Через пару часов банька была готова. Одежды чистой у меня не осталось, так дядя Играш с легкой руки разрешил Ярминкины сундуки распотрошить. Помывшись, я оделась наскоро, отобранные рубахи да сарафаны рядышком на банном крылечке сложила и к шитью приступила. Не хочется мне оборванкой ходить - Ярминка-то пофигуристее меня была. Вечером в избу переместилась под свечной огонек. Так до поздней ночи и засиделась. Шитье оно успокаивало то и дело прорывающееся желание к Вацлаву в гости сходить.

Что они с десяткой надумали?

Мне ведь с ними надобно. Это моя

кровь способна Агнешку вразумить, а они об этом ни сном, ни духом. Чую, приятного мне мало скажут, когда я о своем намерении с ними идти объявлю...

Утром мы позавтракали нехитро, и я сразу к Князю рванула. Он был дома, да не один - гости рядом за столом сидели: чужой волк баюкал раненную руку и монотонно что-то рассказывал. Я как услыхала, так и замерла на пороге.

– ... кого не пожрали, тех колдовством в одну избу согнали и костерок запалили. Никого не осталось. Всех загубили твари поганые!
– мужчина закрыл лицо здоровой рукой. Его плечи вздрогнули.

– Мы найдем их, - пообещал Вацлав, царапнув отросшими когтями столешницу.
– Сегодня вечером выдвигаемся.

– Я с вами, - попросился оборотень.
– Мне теперь все равно идти некуда, да и жить незачем. Хоть отомщу за сынка своего и жену любимую, - он зажмурил глаза и замолчал. Слезы сдерживает.

– Ты останешься. Куда ты со сломанной рукой? Вон, Янэшка, травница наша она посмотрит, подлечит.

– Травница?
– вскинулся гость.
– Тоже из этих?
– выплюнул он.

– Нет, - ответила я за Князя.
– То тетка моя упырица, а я человек и даже не ведьма...

От смерти в виде мгновенно перекинувшегося волка меня спасло только то, что лапа у него была сломана и точно прыгнуть, чтобы мне горло порвать, он просто не смог, а потом уже Князь к нему кинулся, и покатились по избе два клубка: черный и серебристый...

Я заорала и из дома кинулась. Мне на встречу уже Косень бежал. Меня с дороги отшвырнул и в избе скрылся, откуда скулеж и рычание доносились. Через несколько вдохов я услышала голос Вацлава.

– Вяжи его!
– и требовательное: - Янэ!

Я вошла.

На полу лежал давешний оборотень в остатках одежды. На нем, заканчивая возиться с веревкой, восседал Косень. Староста держал своего нечаянного противника.

– Отвар успокоительный для нас делать умеешь?
– спросил волк. Я кивнула. Этому меня Агнешка почитай сразу обучила, только не говорила для кого именно его варить надо.
– Давай!
– приказал Вацлав.
– И руку его сразу осмотри.

Рысью побежала к Играшу за корзинкой с запасами тетки. А вслед мне донеслось:

– Чего он кинулся?

– Янэ про Агнешку ляпнула, что родственницы они...

– Ох, намаешься ты с ней, Князь, язык у нее помело старое будто. Вроде и метет еще, да мусор остается!

– Не намаюсь, - резко ответил оборотень.
– Разводимся мы. Любовь у нее, - прозвучало невесело.

– Вот как...
– отозвался Косень.
– Может оно и к лучшему...

К лучшему. Точно к лучшему. По крайней мере на меня точно никто бросаться не станет из-за чужих ошибок или желания отомстить. У Вадьки врагов нет - кто же в здравом уме с волкодавом захочет связываться?!