Волчья ночь
Шрифт:
— О, как! — усмехнулась Эбби. — Так может в этом все дело? Она просто почуяла самца и… ушла? Или как это у собак происходит?
— Не знаю, миссис Барроу. Но вот роды Лулу не пережила. Издохла сразу, как только щенок появился. Ну и… — тут Анника вдруг замолчала и принялась оглядываться, точно бы их могли подслушать. А когда убедилась в том, что никого, кроме Эбби поблизости не оказалось, приблизилась к столику, за которым восседала хозяйка, начисто забывшая и про чай и про то, что продрогла на морозе, и, понизив голос до шепота, закончила: — только вот Лулу, она не такая была. То
— Или же?.. — Эбби даже вперед подалась, чтобы ни словечка из рассказа горничной не пропустить.
Анника снова огляделась по сторонам и в свою очередь тоже склонилась поближе к госпоже, воздуха в грудь набрала, точно бы в прорубь сигануть собралась:
— Ходят слухи, что в наших местах завелся…
В этот момент в дверь постучали. Служанка вздрогнула и задела рукой чашку со все еще горячим, правда, уже не обжигающим, напитком. Чашка опрокинулась и покатилась по столу, золотистая жидкость выплеснулась на скатерть. Дверь распахнулась — на пороге стояла мисс Эрдлинг.
Анника покраснела, затем резко побледнела и отшатнулась от стола, словно бы была замечена за чем-то неблаговидным.
— Миссис Барроу, — домоправительница вошла в комнату и с неудовольствием посмотрела на испачканную скатерть, затем проследила взглядом за чашкой, которая докатилась все же до края стола и глухим звуком упала на ковер.
— Ах! — тут же вскочила на ноги Эбби. — Я такая неловкая. Анника, ты в порядке. Горячий чай не попал на тебя?
— А? — горничная с удивлением воззрилась на свою госпожу, даже рот приоткрыла. — Н-нет… — нерешительно покачала головой.
Мисс Эрдлинг только вздохнула. И приказала:
— Убери здесь. И принеси новый заварник. Этот чай уже совершенно остыл.
— Ах, не стоит, — отмахнулась Эбби, поджимая губы. Ей очень хотелось высказать домоправительнице все свое возмущение, но молодая женщина сдержалась. Не стала отчитывать, только вздохнула и улыбнулась Аннике. — Главное, что никто не пострадал. А чая я уже не хочу. Мисс Эрдлинг, думаю, мне стоит спуститься и передать свои пожелания кухарке относительно ужина. Мистер Барроу скоро вернется и мне хочется порадовать его чем-нибудь особым.
Домоправительница явно что-то подозревала, потому что Эбби точно слышала, как она выговаривала Аннике в коридоре. Весь монолог разобрать не удалось, но про пагубную склонность к сплетням и распространению слухов — там точно что-то было.
Питер явился почти к самому ужину. Эбби на радостях переоделась в соблазнительное платье из удивительного алого атласа. Уложила волосы в высокую прическу, оставив лишь несколько локонов, спускаться на шею. Она улыбалась и была чудо до чего хороша и, что самое главное — прекрасно знала об этом. Ей хотелось так много рассказать супругу, поделиться с ним впечатлениями о сегодняшней прогулке, похвастаться тем, что благодаря мисс Эрдлинг удалось завести несколько знакомств.
— Я получила несколько приглашений, — говорила Эбби, отдавая дань великолепному ужину и дорогому вину, которое Питер привез с собой из столицы. — Понятия не имею,
Супруг, однако, совершенно не прислушивался к болтовне Эбби. Он даже к еде почти не притронулся — был полностью поглощен своими мыслями.
— Питер? — Эбби выжидающе посмотрела на мужа и когда не добилась от него никакого эффекта, повысила голос: — Питер! Где ты витаешь? Снова думаешь о своих важных делах? Хоть немного подумай обо мне!
— Эбби, дорогая, — Питер все же сконцентрировался на супруге, — ты несправедлива. Я думаю о тебе постоянно.
— Но не в эту самую минуту, — капризно надула губки Эбигэйл. — Ты где-то далеко. И совершенно меня не слушаешь. А между прочим, сегодня ты едва не лишился супруги. На меня напало настоящее чудовище, и я только чудом избежала если и не смерти, то увечья точно.
Питер вздрогнул и удивленно уставился на супругу.
— О чем ты, дорогая? — в голосе его появились тревожные нотки.
— О том, что когда мы с мисс Эрдлинг вернулись, на меня бросился чудовищный монстр и едва не загрыз. И это произошло прямо перед нашим крыльцом. Представляешь, какой ужас?!
Эбби в красках принялась пересказывать мужу происшествие, пользуясь тем, что теперь его внимание целиком и полностью принадлежит ей. Да и искренний страх в глазах Питера не мог ее не радовать. Он все-таки переживает за свою жену и любит ее — это ли не повод чувствовать себя счастливой?
Эбби с потаенным удовольствием заметила, как карие глаза Питера потемнели, а на скулах заходили желваки.
— Это недопустимо! — воскликнул молодой человек, когда она закончила свое повествование. — Я обязательно поговорю с этим мистером Спайком и заставлю его принести тебе извинения. Как можно спускать с цепи такое страшное животное.
— Ах, Питер, — отмахнулась Эбби от его слов. Стоит признать, что чем больше времени проходило с момента ее встречи с Арго, тем больше растворялся страх. И теперь дневное недоразумение казалось всего лишь досадной случайностью. — Не стоит. Все равно ничего уже нельзя изменить. Да и потом, я уже успокоилась и больше не боюсь. Но… — тут молодая женщина трагично вздохнула и даже приложила к совершенно сухим глазам кончик белоснежной салфетки, — днем я так испугалась. Мне даже показалось, что у меня сердце выскочит из груди — так сильно оно колотилось. И ноги просто приросли к месту. Я была не в состоянии сделать и шага и даже закричать у меня не вышло. Но даже в тот момент, я думала исключительно о тебе.
— Я рад, что ты в полном порядке, — произнес Питер, откладывая салфетку и вставая со своего места. Он подошел к Эбби и прижал ее голову к своей груди, погладил по волосам, точно маленькую девочку. — Не представляю, что бы сделал, если бы с тобой произошло что-нибудь страшное.
— Ах, Питер, — счастливо вздохнула Эбби и потянулась губами к губам супруга. — Ты себе и представить не можешь, как я испугалась. Все мои мысли были только о тебе в тот момент.
Когда с нежностями было покончено, и Питер вернулся на свое место, Эбби поинтересовалась: