Волчонок
Шрифт:
— А вы? Вы, почему не уходите? Давайте, валяйте. Я не буду вас останавливать. Я даже презирать вас не буду. — Вдруг в злобе своей выкрикнул Питер.
Зоуи и Здоровяк понимающе переглянулись.
— Ты же знаешь, что мы никогда не покинем тебя, Клык, никогда и не при каких обстоятельствах, — устало произнесла Зоуи.
— Ну да. — Кивнул, подтверждая правильность её слов Здоровяк.
Итак, под конец его жизни, когда вся стая покинула его, с ним рядом были только самые верные его друзья. Это делало им честь, делало честь и ему, ведь раз с ним по собственной воле всё ещё до сих пор
Это было смешно, но Питер готов уже был даже прослезиться, настолько растрогала его искренняя преданность друзей.
— Да, конечно, простите, друзья мои, я сегодня что-то не в духе. Но в этом ведь нет ничего удивительного, ведь так? — Он и, правда, уже сожалел о том, что чуть было, не обидел самых верных и преданных ему существ. Но между тем злость его от этого меньше отнюдь не становилась.
Зоуи печально вздохнула, услышав последующие его слова, ей давно уже надоело жить в ненависти и злобе.
— Им хорошо. Они там все такие невинные, чистые и счастливые. А я значит здесь один такой злодей. — Зло выкрикивал Питер, ходя по территории их некогда густонаселенного, а теперь вконец осиротевшего и полностью опустевшего, логова.
— Клык, давай уйдём отсюда, пожалуйста. — Взмолилась вдруг Зоуи, повисая на его руке. — Давай оставим всё как есть. Мы найдём себе дом в других краях, где будем только мы втроём. Вы со Здоровяком сколотите нам новую стаю. Нам ведь больше никто не нужен, ведь так? — Она обернулась за поддержкой к Здоровяку.
И тот, не раздумывая, снова согласно кивнул.
Питер недоумённо воззрился на девушку, что сейчас считай, первый раз в их совместной жизни подала голос, что-то предлагая и высказывая всеобщее мнение. Это было несколько удивительно, но она вдруг показалась ему хорошенькой, очень даже хорошенькой. И почему только он раньше этого совсем не замечал, даже деля с нею постель. Сдалась ему эта Лисса!
Наверное, это всё же жажда мести затмила ему тогда глаза, если он предпочёл такой живой и послушной Зоуи, тоску о недотроге и мерзавке Лиссе.
Рыжая волчица!? Подумаешь, невидаль!
И снова он стоит перед выбором и вновь не знает, в какую сторону ему повернуть. А может и правда стоило бросить всё к чертям собачьим и отправиться, куда глаза глядят? Зажить счастливо втроём? Может быть, им даже удастся детей нарожать. Да и Здоровяку, пожалуй, следовало бы найти подругу. Новая стая. А это хорошая идея. Они уйдут куда-нибудь далеко отсюда, найдут хорошую сильную стаю, свергнут старого вожака и он, Клык, займёт его место, если надо будет он и новых оборотней обратит. Он будет водить их на неизменно удачную охоту, а они будут почитать его, чуть ли не как люди самого бога. А это ведь мысль! Новая семья! Новая стая! Новая жизнь!
Но нет, он не мог, не мог уйти и оставить всё как есть, он сам себе этого никогда не простил бы. Он слишком долго шёл к своей заветной мечте, чтобы вот так вот запросто отказаться от её исполнения и даже не наказать тех, кто так рьяно препятствовал её осуществлению.
Друзья
Зоуи была счастлива как никогда, ибо он любил её в ту последнюю их ночь, как ни разу не любил её прежде, и даже признался ей в любви, внезапно вспыхнувшей в его вновь обрётшей надежду душе.
Они строили совместные планы, он вроде бы даже признал свои прошлые ошибки и обещал исправиться и не наделать новых. Все они были вместе и были счастливы. Здоровяк, поддавшийся всеобщему веселью, Зоуи, что взглянула на окружающий мир новыми глазами, и вроде бы как немного расслабившийся Клык. Казалось, и на самом деле у них начиналась новая жизнь, жизнь полная радости и лишённая невзгод. Но как оказалось немного позднее, всё это им действительно только казалось.
В общем, они уже было начали всерьёз строить жизнь заново и тут такая напасть. Всему тому, о чём мечталось и ждалось, так и не дано было осуществиться, оно разбилось в пух и прах о жестокую действительность.
Но надо же было такому случиться, что по дороге в светлое будущее они ненароком набрели на Светела и Лиссу. Случайность, становящаяся закономерностью.
И вот тут-то Зоуи и поняла, что это судьба, а от судьбы не уйдёшь. Отчаявшаяся было девушка, вдруг успокоилась и решила смириться с неизбежным, полностью положившись на волю вездесущего случая. Хоть она и привыкла противостоять ударам судьбы, но здесь она чувствовала себя полностью бессильной.
Здоровяк же, хоть и, как правило, воспринимает окружающий мир только через своего вожака, и до некоторой степени лишён собственного мнения, но и он понимает, что его друга преследует некий злой рок, который не позволит им уйти в более счастливые места до тех пор, пока он не закончит начатого здесь.
А перед Питером снова встаёт проблема выбора и он, поддавшись ненависти, обиде и злости, вновь принимает неправильное решение, а это означает неминуемый конец для одного из братьев. Так на самом деле и случается, и Питер обретает наконец-то тот спокойный уголок, пусть и за гранью мира материального, где даже он сможет существовать в мире с самим собой и с теми, кто его окружает.
Он никогда ещё не был настолько близок к тому, чтобы создать настоящую семью, чтобы продолжить жизнь без фальши и лжи, возможно даже и без излишней жестокости. И всё же Питер так и не смог избавиться от необоснованной ненависти и обиды по отношению к собственному брату, они-то, в конце концов, и принесли ему смерть.
Он умирает, но те воспоминания о последних сладостных мгновениях проведённых им вместе с Зоуи, его подруга будет хранить в памяти всю свою жизнь, пока её смерть не воссоединит их за пределами самой жизни, чтобы уже там они остались вместе до самого конца всей бесконечности вселенной. Если то будет угодно всевышнему, конечно.