Волчий клад
Шрифт:
— Ну, тогда и я, — решился Ромка и всучил Катьке стул. Он велел взять его с собой и вернуться обратно.
Когда Катька прибежала назад, он уже подтащил к входной двери небольшой стол, и они вдвоем отнесли его в сарай.
Поставив стол недалеко от двери, на самом светлом месте, Ромка придвинул к нему принесенный Катькой стул, сел на него и торжественно объявил:
— Теперь это будет наша штаб-квартира, и я, как председатель нашего детективного клуба, предлагаю провести общее собрание. Давайте изберем председателя собрания.
Катька скорчила мину, Лешка пожала плечами, Артем ответил:
— Ну что ты, как можно.
— Значит, принято единогласно. Итак, на повестке дня у нас сегодня дело о… о… — Ромкин взгляд уперся в волчицу. Она одна не отрывала от него внимательных глаз, остальные члены клуба вели себя несознательно, смеялись и переговаривались. Ромка постучал ручкой о стол. — Можно наше новое расследование назвать «Делом о царице леса». Согласны?
— Почему бы и нет? — сказала Лешка и погладила волчицу.
— Тогда я сейчас изложу вам свои соображения, а потом мы совместно выработаем план дальнейших действий, — перешел на казенный язык председатель собрания. Но в доме трелью залился телефон, и его как ветром сдуло.
Алексей Ромку на сей раз не подвел.
— Тот человек — ваш лесник, Коростелев Вячеслав Андреевич, — коротко сообщил лейтенант. — Лежит он в «Склифе», а в какой палате — выясните сами.
Ромка опрометью кинулся назад:
— Люди, все выяснилось! Это лесник! Лежит в «Склифе». Давайте прямо сейчас туда двинем!
Артем нерешительно взглянул на Лешку:
— А ты как же?
— Я останусь здесь, а ты поезжай с ними, Ромку с Катькой вдвоем отпускать опасно. — Лешка смиренно вздохнула, а волчица поднялась и мокрым черным носом ткнулась ей в подмышку, словно благодарила за беспредельное терпение.
Железнодорожную станцию по-прежнему патрулировала полиция.
— Значит, мой клад все еще где-то здесь, — с удовлетворением отметил Ромка, вглядываясь в сужающиеся вдали рельсы, откуда должен был появиться поезд.
Электричка подошла быстро. Через полчаса друзья уже прибыли в Москву. Выйдя из здания вокзала, они спустились в метро, вышли на станции «Проспект Мира», купили по дороге апельсинов и еще через несколько минут стояли у справочного бюро известного на всю страну Института скорой помощи имени Склифосовского.
В справочном бюро им подсказали, где найти Вячеслава Андреевича Коростелева, и вскоре они уже открывали дверь светлой просторной палаты.
В лежащем на кровати у окна мужчине с худым бледным лицом Ромка сразу узнал найденного им в лесу раненого человека.
— Здрасьте, а мы к вам, — шагнул он к кровати.
Человек открыл глаза и увидел незнакомых подростков. Сначала его лицо выразило удивление, потом прояснилось, и он слегка приподнял голову:
— Вы — мои спасители,
— Не все, только он. — Артем указал на Ромку, и тот вежливо поинтересовался:
— Как вы себя чувствуете?
Тем временем Катька выложила на столик ярко-оранжевые апельсины, и в палате словно прибавилось солнышка.
— Спасибо большое, — поблагодарил лесник. — А чувствую себя я уже значительно лучше. Да вы садитесь. Сосед мой сегодня выписался, и сюда пока еще никого не положили, — он указал Катьке с Артемом на соседнюю, незастланную кровать, а Ромку притянул к себе и с трудом подвинулся. — Как тебя зовут?
— Я — Рома, а это мои друзья, Катька с Артемом. А вы — Вячеслав Андреевич, мы это уже выяснили.
— Все верно, — улыбнулся мужчина. — И как же мне отблагодарить тебя за свое спасение?
— Очень просто, — сказал Ромка, устраиваясь поудобнее рядом с раненым. — Расскажите нам, пожалуйста, кто и почему в вас стрелял.
— А вот это-то как раз я у тебя и хотел спросить, — ответил Вячеслав Андреевич. — Сам-то я в лесу никого не видел.
— Никого-никого? Как же так? — расстроился Ромка. — Вы что, даже не предполагаете, кто на вас напал? А вас случайно не ограбили?
Вячеслав Андреевич чуть качнул головой:
— Кто же в лес берет деньги? Я делал обычный обход, утро было таким чудесным, ты и сам помнишь. И вдруг выстрелы. Я почувствовал дикую боль, упал, попытался подняться, но не смог, тогда пополз сам не знаю куда и зачем. Преодолел, думаю, несколько метров и потерял сознание, а очнулся уже здесь, в больнице. Врачи сказали, что если бы не мальчик, который на меня наткнулся, мне бы кранты. Спасибо тебе еще раз.
— Да не за что, каждый бы так поступил на моем месте, — дежурно отмахнулся Ромка. — Вы лучше скажите, у вас совсем, что ли, нет врагов?
— Разве что браконьеры, с ними у меня старые счеты, как и у каждого лесника. Правда, с весны я с ними не сталкивался, и они ничем мне не угрожали. Так я и следователю сказал.
— А он что?
— Да ничего. Сказал, разберутся, только вряд ли.
— А вы не знаете человека с седыми волосами? — затаив дыхание, задал Ромка свой главный вопрос, на что его собеседник спокойно ответил:
— Седых на свете много.
— А имя-отчество Дмитрий Геннадиевич вам ни о чем не говорит?
Лесник и вспоминать не стал, сразу ответил «нет».
— Жаль. Этот Дмитрий Геннадиевич в это время тоже по лесу бродил.
— По лесу много людей бродит. — Раненый поднес к лицу левую руку — правая лежала без движения — и тыльной стороной ладони вытер вспотевший лоб.
Ромка вспомнил, как похожим жестом вытирался салфеткой Руслан. Но тот, кроме Седого, никаких других людей в том районе не видел.
— Не так уж и много. Ну, а историю о Марье Антиповне и ее ценностях вы случайно не слышали? О том, как когда-то к ней в дом врывались немецкие диверсанты?