Чтение онлайн

– Ну...

– Колись, Виль, – поднимает брови девушка. Парень протирает обработанную рану лечебной мазью и всячески избегает смотреть ей в глаза. Теперь, боль была не такой ощутимой.

– Ладно, ладно, – вздыхает он, – Я был в гик-магазине.

– Господи...

– Ничего не говори!

– И не собиралась, – отнекивается Амелия.

Увлечения брата различными комиксами, супер-геройскими фильмами и остальным всем вытекающим ей было непонятно. В частности потому, что, то было исключительно частью людской культуры – соответственно, вещью от нее далекой. Она правда старалась раскусить Виля,

осознать, по какой причине тот всеми фибрами души тянется к человеческому, будучи наполовину волком. Ведь на чаше весов между силой волка, свободой, беззаботностью и примитивной человеческой жизнью перевес идет, бесспорно, в сторону первого. Чем обосновано такое увлечение и как он к нему пришел? Было ли то всегда или Амелия только сейчас начинает замечать явные изменения в поведении старшего брата?

Она никогда не расспрашивала братьев о выходе в свет. Ей все равно, зачем, как и почему – главное, чтобы вернулись домой в определенное время. Однако именно сегодня, Дэн заставил ее составить ему компанию на каком-то концерте, Виль задержался в гик-магазине, а Ник... Он, по всей вероятности, как обычно, катался по ночной Алиене на мотоцикле. В отличие от Дэна или Виля, он, по своему обыкновению, всегда возвращается вовремя, что и объясняет кровь на лапах – брат даже успел поймать кролика, но осознав, что ни Виль, ни Дэн с Амелий все еще не на положенном месте, задержался.

Теперь Ник, скорее всего, в таком же гневе, что и заставшая их белая волчица Шона. Амелия знала, что как только придет время, стая во главе с отцом не даст там так просто избежать наказания. Все должно работать, как часы, опоздания являются неприемлемыми. Опоздания – это риск.

– Надеюсь вы понимаете, что вы – придурки, – из хижины, как и предполагала Амелия, выходит рассерженный Ник, – Как можно было потерять счет времени? Как вообще можно было допустить такую ошибку?

Дэн, опустив голову, принимает упреки младшего брата.

– О чем ты думал, когда брал ее с собой? – Ник скалиться на Дэна, но взгляд того устремлен на сидящую у дерева Амелию. Сна нет ни в одном глазу. Кажется, у братьев тоже.

Дэн кивает на рану, все еще игнорируя замечания Ника.

– Как самочувствие? – ровным голосом произносит он.

– Все нормально, я обработал рану, пока вы мирно беседовали с Шоной, – Амелия замечает белоснежную улыбку Виля, сидящего рядом. Будучи самым младшим из братьев, но старше Амелии, его вечная несерьезность к происходящему казалось делом самим собой разумеющимся. Амелия, однако, отличалась рассудительностью, но сегодня она ее подвела.

– Вам всем нужно начать наконец слушать голос разума, если он у вас, конечно, есть, – продолжал Ник, – В следующий раз я не стану рисковать своей шкурой.

– Тебя никто не просит. Рисковать шкурой – по моей части, – Дэн складывает руки на широкой груди, но спустя секунду дотрагивается до отросшей щетины. Он всегда так делает, когда Ник выводит его из себя, старается занять чем-то руки, дабы не броситься с кулаками на младшего брата.

– Иногда я думаю, почему ты главный.

Похоже, Ник сегодня решил высказать все, что накопилось за неделю. Амелия с Вилем молча переглядываются. Ник – бомба замедленного действия.

– Потому что я старше. Умнее. Лучше, – глядит на него Дэн, – Продолжать?

Ник

с шумом втягивает воздух.

– Сегодня я был лучшим лидером, чем ты.

– Сегодня – возможно, – вздыхает Дэн и садится рядом с Амелией, намекая на то, что разговор окончен, – Но не всегда, Ник. Не всегда.

Ник одаривает всех одинаково холодным, отрезвляющим взглядом и засунув руки в карманы черных пижамных штанов, идет обратно к хижине.

– Всем спокойной ночи, – кидает он.

– Сладких снов, Ник, – подхватывает Амелия. Пожелание сладких снов – знак, что Ник, возможно, не так зол, как казалось.

– И пусть тебе приснятся более достойные братья и сестры, – чуть громче дозволенного произносит Виль.

Луна сменилась солнцем, и стая, возвратившись обратно, обнаружила нарушителей спящими на своих кроватях.

Лидерство Дэна никогда не поддавалось сомнению. Естественно, звание беты* по обычаям всегда переходит к старшему сыну альфы*, однако у каждого правила есть свои исключения. При наличии у беты чрезмерной агрессии, неподатливости, при не выполнении прямого приказа альфы, вопрос о снятии прямого наследника главаря с поста может не поддаваться сомнению. Таковы законы племени Патрия.

Однако Амелия уверена, что отец так не поступит. Потому, что лучшего лидера, чем Дэн, в племени не сыскать. Потому, что он был рожден отдавать приказы.

И как бы Ник, средний брат, не старался указать на минусы Дэна, его мало кто воспринимал всерьез. Всем известно, что Ник принадлежит к типу полуволков, не способных к сдерживанию эмоций и внутренних переживаний. В народе эти качества не ценятся.

Ну а Виль с Амелией... Кандидатура младших почти никогда не поддается рассмотрению. Хорошо, конечно, что для Виля власть не представлялась чем-то привлекательным – Амелия уверена, что будь он старшим, сделал бы все, чтобы в одночасье лишиться статуса. И девушка не могла прийти к точному определению — хорошо это или плохо.

Что насчет нее, власть ей казалась инструментом для достижения собственных целей путем социального признания. У Амелии есть толика интереса, но недостаточного для того, чтобы побороться за место правой руки отца с Дэном. Нет, ее положение любимицы отца ее вполне устраивало. Ведь благодаря ему, сегодня он, возможно, проявит милосердие.

– Утро доброе, сестренка.

Думы девушки прерываются из-за появления отражения улыбчивого Виля в углу зеркала. Она, закончившая чистить зубы у умывальника, сплевывает и протирает лицо рядом висевшем на крючке полотенцем, а после — поворачивается к брату.

Волосы Виля в жутком беспорядке, под глазами мешки. Как бы он ни старался казаться беззаботным, беспокойство из-за предстоящего, вероятно, всю ночь не давало погрузиться в царство Морфея.

– Не спалось? – спрашивает она.

Похоже, они единственные среди всех обитателей хижины проснулись гораздо раньше обычного.

– Кто бы говорил, – отвечает Виль, всматриваясь в ее уставшее лицо, – Уступи очередь.

Девушка отодвигается от умывальника, предоставляя возможность Вилю привести себя в относительный порядок.