Вокабула
Шрифт:
– Я убью ту девочку, – громче и увереннее ответил мне будущий труп. – Возможно ни сегодня, ни завтра, даже ни через год! Но ты еще будешь держать на руках ее труп! Я клянусь!
– Да ты был прав, – тихо начала я, приближаясь к разбойнику. Если бы он пообещал убить меня, я бы даже не обратила на это внимания, а так…
– О чем ты? – почуяв неладное напрягся труп, правда, еще трепыхающийся.
– Я не воин, – ответила я на его вопрос. И присев на корточки, чтобы наши лица стали ближе, сложила пальцы для щелчка. Последнего.
– Нет… – с ужасом в глазах выдохнул мужчина.
– Да, – и, не разрывая зрительного контакта,
Пара минут неестественных телодвижений и почти звериного вопля боли, и всё было кончено. У моих ног лежал труп разбойника. Правда узнать в этом месиве мяса, кишок и костей, человека было почти невозможно. Я жестока? Да это так. Просто в нашем мире, по-другому никак – тут либо ты, либо тебя. Зверолюдей ненавидят, и это только из-за наличия хвоста и ушей. Казалось бы, что в этом такого, так нет же, проще истребить, чем найти общий язык. Вот именно поэтому смерть родных, рабская жизнь и постоянные побои за то, что ты не похожа на других, уничтожили в моей душе всё самое светлое, доброе и вечное. Остались лишь месть, гнев и небольшой кредит доверия, который сокращался с каждым встреченным мне на пути человеком.
– Хина! Хина! Хина! – кричали на три голоса из леса. Услышав их, я облегченно вздохнула – слава богам, все живы.
– Иду! – в ответ отозвалась я. – Оставайтесь на месте.
За время нашего с Тиури разговора, последующей его драки с Эрэдом и небольшого междусобойчика с наемниками, успело стемнеть, потому до ребят я добиралась исключительно на ощупь. Высокие ветвистые деревья с густой кроной, колючие кустарники и трава, скрывающая в себе различные камни и ямки – самозабвенно пытались мне помешать, но слава Тхолане (богини ночи) не преуспели в этом. Побродив, минут десять, я таки вышла на поляну к озеру, где у берега уже вольготно расположились Тиури с Элини, а Эрэд ходил вокруг и что-то усердно бормоча, ставил защитный барьер (это мне позже Тиури объяснил, а тогда я приняла Хошета за душевнобольного головой стукнутого).
– Хина! – бросилась ко мне Элини.
– У нас проблемы, – торжественно провозгласила я, поймав девочку и подняв ее на руки.
– Хоть бы раз, – забубнил Эрэд, усаживаясь рядом с Тиури, – ты пришла к нам с хорошими новостями.
Костёр мы, из соображений безопасности, решили не разжигать. Поэтому сидя в полумраке, мне были очень плохо видны лица эхисира и эхисара. Объяснив им создавшуюся ситуацию с преследующими нас отрядами и не одну сотню раз, отмахнувшись от надоедливых и ужасно прожорливых насекомых, я окончательно психанула и попросила все-таки найти или создать огонь. Мужчины переглянувшись, кивнули и разошлись в разные стороны – Тиури пошел в лес (надеюсь за хворостом), а Эрэд к озеру (ума не приложу зачем).
Моей радости не было предела, когда Тагальтек вернулся с огромной охапкой веток, а Хошет, каким-то чудом выловил несколько мелких рыбок. Словом уже через полчаса мы ужинали жареной рыбой и обсуждали дальнейший путь. И вот именно во время этой непринужденной беседы я, наконец, заметила, как устали наши сопровождающие.
Эрэд, всегда строгий и собранный, сейчас больше всего напоминал загнанного в угол зверя. И без того не сильно загорелая кожа, сейчас по цвету могла запросто конкурировать со снегом. Черный гладкие блестящие и всегда заплетенные волосы, в данный момент напоминали паклю столетней давности. Про одежду и говорить не стоило –
Тиури выглядел не лучше, а, пожалуй, даже наоборот. Русые волосы приобрели самый непонятный оттенок – серо-буро-малиновый это про них, а их длина только усугубляла положение. Верхняя туника, нижняя майка и штаны так же как у Эрэда, пропитались кровью и обзавелись несколькими дырами. Но больше всего меня поразили изменения, которые произошли с лицом эхисира – ввалившиеся щеки, синие круги под глазами и тонкие губы – добили меня моментально. Вместо Тиури на меня, казалось бы, смотрел совершенно другой человек.
– Хина, ты как-то странно на нас смотришь, – заметил Эрэд.
– Может еще кушать хочешь? – с невероятно серьезным выражением лица поинтересовался Тиури.
– Элини, солнышко, зажми ушки и отвернись, – повернулась я к девочке.
– Зачем? – наивно поинтересовался ребенок.
– За тем, что она нас сейчас бить будет и не хочет, чтобы ты видела, какая она страшная в гневе, – профессорским тоном объявил Тиури.
– Я тоже хочу, – тут же выдало наше солнышко.
– Что именно? – активизировался Эрэд.
– Уметь драться! – воинственно произнес ребенок. У меня опустились руки, в прямом и переносном смысле.
– Ты на нее плохо влияешь! – обвинил меня Тагальтек. – Элини, а зачем тебе, ДЕВОЧКЕ, уметь драться?
– Просто я больше не хочу бояться, – серьезно ответила Эли, обведя нас совсем недетским взглядом.
– Лучше бы ты стихи писала… – тихо пробубнил Эрэд.
Я сидела на траве и не знала что делать. С одной стороны было бы неплохо, если бы Элини смогла бы банально оттолкнуть от себя нападающего и, воспользовавшись этой, пускай даже секундной заминкой, скрыться из виду. А вот с другой… В пять лет человеческие дети свято верят в добро, сказки и мир во всем мире и разрушать этот светлый образ мне совсем не хотелось. По крайней мере, так рано. Но предыдущее нападение и сегодняшняя схватка сделали свое черное дело – девочка захотела стать сильной. И не потому что так было угодно ее душе, а затем, чтобы банально выжить.
– Элини, давай поговорим об этом завтра, а сейчас нам надо всем выспаться, – наконец собралась я с мыслями. – А то если верить, тому главарю, то за нами след в след идет еще четырнадцать подобных отрядов.
– Согласен, – кивнул Эрэд. – Только спать на голой земле опасно для здоровья, а наколдовать еще такое же количество необходимых нам световых "подушек" у меня не хватит сил. Так что, есть идеи, что со всем этим делать?
– Есть, – моментально отозвался Тиури. – Нам троим все равно придется посменно дежурить всю ночь. Так что сделай три подушки, на это ты способен и в полумертвом состоянии.
– Хорошо, – не думая ответил Эрэд. – А что дальше?
– Вон там, – показал на противоположный берег озера эхисир, – есть огромное дупло. Его надо проверить.
– И зачем оно нам? – вмешалась я в разговор, сильно надеясь, что моя почка (та самая с даром предвиденья) ошибется.
– Если там достаточно места, то положим одну подушку и поднимем туда Элини. В дупле все-таки теплее, чем на свежем воздухе, – не оборачиваясь, ответил мне Тагальтек и тут же двинулся вдоль берега озера к дуплу. – До начала осени осталось недели четыре, так что ночи сейчас намного холоднее, чем кажутся на первый взгляд.