Чтение онлайн

Солдаты у костров рассказывали страшные байки, что шаманы-убийцы при полной луне превращаются в призраков и пьют кровь. А, самые сильные из них, могут вселиться в чужое тело и управлять им как тряпичной куклой, которых делают для колдовских обрядов насылания болезней в Храмах Тёмной Луны.

Чаупи-тута и Джайна в эту ночь попросили разбить их шатёр поближе к Ирининому. Все только рады были оказаться от него подальше. И место уступили охотно.

Мальчик заснул быстро. Следующие убийцы, даже, если и появятся, то не так скоро. Вряд ли, посылая боевую пару, в Чимор думали о неудаче. Шаманы всегда доводят дело

до конца. Пока их хватятся и поймут, что задуманное не исполнено, армия будет уже в Чанкай.

Он уже начал привыкать к своим снам. Жемчужный туман. Яркие искры: зелёные, жёлтые, лиловые.. Его ноги, как-будто сделаные из этого же тумана, не чувствуют опоры. Он шарит руками и открывает рот. Но звуки не рождаются здесь. Они клочьями вырываются из горла и запутываются, не пролетев и двух шагов. Он знает, ему надо отыскать что-то или кого-то, но туман отнимает память. Мучительно пытаясь вспомнить, он продолжает упорно разгребать мягкое податливое облако и, уже совсем отчаявшись, чувствует рядом тепло…

20ноября-22ноября.

Утром ещё, до рассвета, я опять загрузилась в ненавистные носилки. Ночью мы выспались как два школьника, знающих о сексе только пару слов, написанных на заборе. Я забралась под крылышко Пушаку и сказала ему “хранить тело”, раз уж он подвизался в телохранители и отсыпаться. Потому, что от его состояния будет зависеть наша жизнь в Чанкай. Если “спящую красавицу” разбудить не удастся, правитель может засомневаться в моём божественом происхождении и казнить под плохое настроение.

С отрядом, из крепости на границе, пришёл шаман. Пошептался о чём-то с амаутой и засобирался назад. Я увидела у него такой же кинжал, как у Пушака, только с головой ламы. И нахально выпросила в дорогу. Чачапойские шаманы мне не могут отказать.

Я сидела и умирала от скуки в дурацком паланкине. Как назло дорога была пустынна и однообразна. От постоянного покачивания меня даже начало поташнивать. Тут я вспомнила о полученом оружии и вытребовала свой рюкзак.

Через пару часов, я смастерила классные ножны. Причём на ногу, чтоб не светить и не снимать.

К обеду, вдали показалась живописная долина у речушки, разительно отличающаяся от мест, которыми мы проходили с утра. Мы остановились на отдых. Пейзаж был великолепным. Растительность прикрывала тихую заводь. Я сообщила шаману, что, если мне не дадут выкупаться, я сожгу ещё кого-нибудь.

Амаута, который вечером, наконец, прояснил своё неведенье по поводу моей внезапной способности метать молнии, пошёл пугать воинов, чтоб не лезли, чего доброго, подглядывать. На самом деле шаров у меня было всего-ничего и тратить я их по мелочам не намеревалась. Но шкатулочку на берег с собой взяла. Вдруг какая любопытная Варвара нос сунет.

С каким удовольствием я сбросила вещички и выкупалась всласть! Пушак не собирался больше оставлять меня без присмотра и, всё время пока я плескалась, стоял на берегу, как часовой у Мавзолея и оглядывал кусты. Но я была настроена и мужчину своего получить чистым. В игривом настроении, я проплыла вдоль берега, тихонько вылезла из воды, не долго думая, подкралась к нему сзади и спихнула в воду. В прибрежных кустах раздался тихий вскрик и кто-то с шумом ринулся в сторону стана.

– Ну, как это называется?-с невинным видом заявила я, пока шаман, отфыркиваясь,

как рассерженый кот, вылезал на берег.- Это как же ты тут наблюдал, что в кустах какая-то зараза разглядывала Дочь Солнца, отмывающую пятна?

– Ничего, на самом Солнце тоже пятна бывают,-подхватил мой шутливый тон шаман.-Зато наблюдатель пойдёт разносить весть, что ты его сквозь кусты разглядела и, в гневе, утопила своего телохранителя. Он снял тунику, отжал её и с удовольствием ещё раз окунул своё мускулистое тело в прохладную воду. Я одеваться не спешила и сохла на солнышке поддразнивая амауту, поворачиваясь то одной, то другой стороной. Он вздохнул и погрозил мне пальцем. Пришлось упаковать свои прелести, иначе мы бы занялись друг другом и дождались очередных любопытных гостей.

Ну, уж сегодня ночью я этот пирожок, если не съем, то надкушу точно. С нахальным и недовольным видом, я проследовала к своим носилкам и обед заказала “в номера”. На самом деле я боялась разоржаться, как дурочка, под перепуганными взглядами воинов на мокрого амауту. Тот наклонился, ставя мне в ноги шкатулку и, стараясь сказать это нужным тоном, пробормотал: “Не заигрывайся, ящерка, хвост потеряешь.”

Чёртова дорога мотала мне нервы до самого вечера. Целый день я не видела малыша. Хорошо, что в таких условиях, Джайна взял над ним шефство. Но я скучала за его живым любопытством и трогательной заботливостью. Рабов выслали вперёд готовить стоянки и разбивать шатры, под охраной небольшого отряда воинов. А основная колонна двигалась медленнее. Приблизительно каждый час делали остановки, чтоб я могла ножки размять. Так ещё привыкну быть королевишной. Понравится, отвыкать не захочется.

На ужин нам принесли плоды черемойи. Я давно не ела фруктов и кайфовала. В Израиле они тоже продаются, только там я попробовала и мне не очень понравилось. Я вообще не любитель экзотики. Даже забыла, честно, как мне их обозвали. А тут, в удовольствие пошло. Очевидно, заслали “провизоров” в деревушку, мимо которой мы прошли около часа назад. Поскольку мы с гор спускаемся, есть шанс, что я ещё чем-нибудь дополню поднадоевший рацион.

После ужина пришёл Джайна с Чаупи-тута. Их шатёр теперь ставили возле нашего и мы могли наконец обсудить план действий.

– Нам на руку, что чиму сами оставили идею сватовства,-пояснял Пушак Джайне.- Тем легче будет убедить правителя, что ты для Юнки лучшая партия. Сикан, союзники чиму, а значит ты тоже не должен женится на Онёк. А, чтоб у твоего приёмного отца не было сомнений, я проведу определённый ритуал. Я скажу правителю, что для того, чтоб его дочь ожила, нужен кто-то, готовый умереть вместо неё. Ты скажешь, что пожертвовать жизнью ради принцессы, твоё право. Я не думаю, что там соберётся очередь из желающих. И, если он захочет найти какого-то раба, то вступишь ты,-он повернулся ко мне. Ты скажешь, что преданность юноши тебя тронула и ты попробуешь спасти обоих, но, если это удастся жизни Джайны и Юнки будут навечно связаны и ты обязан будешь на ней ениться иначе она снова вернётся в вечный сон. Для ритуала потребуем закрытый храм. Любое место, где шаманы проводили мноество обрядов, неважно каким богам, имеет большую силу. Нам будет легче там справиться с задуманным. И мешать никто не будет. Пуганём на всякий случай, что и обряд может сорваться и тот, кто увидит его, может умереть.