Чтение онлайн

– Твои слова ранят меня, брат, - печально произнесла Закейра.
– Ведь если б не моя последняя находка, нам бы теперь не приходилось бояться каждой тени.

– Что за находка?
– поинтересовалась Руни.

"Значит, она только делала вид, что не слушает".

– Пусть брат расскажет.

– Нет, ты об этом знаешь больше меня, - покачал головой Рамат, - тебе и рассказывать.

Красавица пригубила сливовое вино, и мужчины, сидящие слева и справа от нее, в унисон услужливо поинтересовались, не хочет ли она еще. Девушка так же вежливо отказалась и, сделав еще глоток, начала свой рассказ.

– Несколько сотен лет назад, когда в здешних краях и знать

не знали о городах, неподалеку от этого места, где мы сейчас сидим, располагалась охотничья деревушка. На месте же форта стоял единственный во всей округе храм светлой госпожи Акморы. Все путешественники, простые жители и искатели приключений, собираясь в далекие земли, посещали храм в поисках ее доброго благословения. Акмора слышала молитвы всех и была щедра к тем, кто чтил ее устав. В благодарность жители всегда приносили к ее мраморным стопам дары: меха, драгоценные камни, деньги и добрую пищу. Со временем казна храма стала ломиться от сокровищ. Слухи об этих богатствах расползлись по округе и, как черная гниль, осквернили душу молодого воина. Он был беден, но без ума любил дочку старосты, который обещал ее в жены сыну местного торговца. Отчаявшись получить любимую, юноша задумал черное злодеяние: под покровом ночи он пробрался в храм Алкморы в поисках сокровищ, о которых твердила молва. Парень был охотником, а не вором, поэтому его проникновение в храм сразу же заметили. Служитель Алкморы попросил его покинуть храм, но юноша не отступил. Служитель поднял переполох, и юноша убил его. На крики прибежали другие служители, но и они пали от руки неудавшегося вора. Вскоре храм светлой богини наполнился запахом крови и смерти. Последний из служителей, самый старый, умирая, молил Алкмору отомстить за них. И богиня услышала. Она явилась к убийце, прекрасная и печальная, и слезы текли по ее щекам. В наказание госпожа прокляла юношу, сказав, что раз так велика его жажда золота, то не знать ему утоления своей страсти и до скончания времен принимать те страдания, что испытывают несчастные, кто умирает от руки воров. Юноша стал молить о пощаде, но было поздно: богиня обратила его тело в прах, а душу заточила в золотой шар.

Девушка сделала паузу, и Хагер поймал себя на мысли, что заинтересовался ее рассказом.

– Наверное, речь пойдет об этой самой заточенной душе?
– лениво попыталась угадать Арагна. Весь вечер она выглядела меланхоличной и с большим азартом налегала на выпивку, при этом практически не притрагиваясь к еде.

Видя такое дело, Хагер потянулся за кувшином, который ведьма нарочно поставила около себя. Арагна стрельнула в воина глазами, когда тот отобрал кувшин и передвинул его на другой край стола.

– Это не просто заточенная душа, госпожа, - ответила Закейра.
– Это - реликвия нашего народа. Одно из немногих свидетельств того, что боги следят за всеми нами и не допускают несправедливости.

– Вы нашли сферу?
– Хагер снова включился в разговор.

Голубоглазая посмотрела на брата. Закусила губу в нерешительности.

"Конечно, нашли, - сам себе мысленно ответил Хагер, - иначе стали бы за вами гоняться головорезы".

– Нашли, - почтив в унисон его мыслям подтвердила девушка.
– Но ...

Совиная Голова не дал ей договорить: положил ладонь на плечо сестры, сжал, и они обменялись короткими взглядами.

– Прошу простить мою сестру, - перехватил ее рассказ Рамат, - мы только пережили сегодня, столько вынесли и несколько раз успели попрощаться с жизнью. Нам еще нужно заплатить служителям за заботы о наших мертвых братьях и оплакать погибших. Мы просим вас насладиться угощениями и простить нам спешку.

Пока

он раскланивался, остальные служители Истинного знамени, как по команде, поднялись из-за стола и цепочкой направились на второй этаж. От прощального откровенного взгляда Закейру не удержали даже предстоящие траурные хлопоты. Хагера, однако, больше волновал ее брат. Совиная Голова, дождавшись, пока братья по ордену отойдут на приличное расстояние, и поравнявшись с воином, шепнул:

– Я бы хотел переговорить с тобой позже, Хагер из Стендара, без посторонних ушей.

И, не дождавшись реакции на свои слова, поспешил за остальными.

Воин пожал плечами и отодвинул руку Арагны от кувшина с вином, который та успела отвоевать обратно.

– Не мешай мне наслаждаться своей хотя бы виртуальной жизнью, - оскалилась ведьма.
– Я замерзла. И вообще - имею право отпраздновать маленькую, но победу. Кто знает, вдруг завтра удача будет на стороне противника?

– Если надоело жить - пойти сколоти гроб, - черно пошутил воин.
– Может, пока будешь махать молотком, чего-то в голове прояснится.

– Если мне хочется напиться - я это сделаю все равно. Ты же не будешь вечно держать меня за руку, - огрызнулась ведьма.
– Рано или поздно захочешь потискаться с нашей сердобольной воровкой. Или, может, с красавицей Закейрой? Или тебя на обеих хватит?

Хагер встал из-за стола, убеждая себя в том, что у Арагны наверняка есть веская причина говорить такую хрень. Они с Руни по-прежнему не слишком ладили, но открытой вражды ведьма больше не выказывала. Сейчас же - воин в этом не сомневался, - Арагна за что-то злится именно на него и насолить хочет именно ему, а никак не ловкачке. Гадать - где и в чем провинился, воин не стал. Еще не дело женскими дуростями голову забивать.

– На, напивайся, если хочется, только не забывай, что во Фьергард мы выедем с рассветом и меня меньше всего будет волновать твое похмелье. И если из-за того, что у тебя болит голова, в пути ты подставишь кого-то из группы - я самолично скину тебя с какой-нибудь скалы. А пока пойду, закажу нам комнаты.

Направляясь в сторону стойки управляющего, Хагер поймал себя на мысли, что ведьме все-таки удалось укусить его за живое, иначе стал бы он так злиться? Может, и правда снять с себя неформальное обязательство лидера и плыть по течению: напиваться, развлекаться со всеми доступными НПС женского пола, наслаждаться жизнью? Арагна ведь права - чтоб ее: неизвестно, сколько времени им отмерено. Может, он умрет раньше, чем сделает следующий шаг...

Управляющий был высоким мужчиной, не толстым, но с округлым животом. Он поприветствовал Хагера, высказал пару хвалебных слов в адрес героизма самого воина и его друзей и поинтересовался, чем может услужить.

– Мне нужно пять комнат, - ответил Хагер.

– Будут комнаты, господин, - услужливо ответил управляющий и вдруг помрачнел.
– Нижайше прошу прощения, но свободных только две. Зато просторные, что танцевать можно.

– Две - так две. Кроватей-то, надеюсь, всем хватит?

– Не извольте беспокоиться. Прикажете подогреть воды для купания? Много не нагреем - у нас тут особо и роскоши-то нет, но пару ведер...

– Достаточно, - согласился Хагер.
– В одной комнате будут жить девушки. Хорошо бы, чтобы там немного натопили. Им воду нагреть первым.

– Будет сделано, господин.

Хагер расплатился выше названной за постой платы - у них было достаточно золота, чтобы снять на ночь, наверное, весь форт, так отчего не побаловать себя хотя бы услужливым обслуживанием, если ни на что другое рассчитывать не приходится.