Воин
Шрифт:
На другом конце комнаты Улгулу извивался и кувыркался, перекатывался и изгибался. Пантера была слишком быстрой и слишком скользкой для неуклюжих рук велпа. Около дюжины глубоких царапин изрезали лицо Улгулу, и теперь зубы пантеры вонзились в его затылок, а все четыре лапы терзали спину гиганта.
Однако Улгулу нашел выход. Кости хрустнули и изменили форму. Исцарапанное лицо Улгулу превратилось в удлиненную морду с ужасными собачьими зубами. Тело покрылось густой шерстью, которая смягчала удары когтей Гвенвивар. Взмахи рук стали ударами огромных лап.
Пантера
Кемпфана шагал медленно, выражая неожиданное уважение к Дзирту.
— Ты убил их всех, — сказал Дзирт на языке гоблинов, и его голос прозвучал с такой холодностью, что заставил краснокожего баргест-велпа остановиться.
Кемпфана был вовсе не глуп. Он видел, как бушует ярость в этом Дроу, и познал острую боль от ударов его сабли. Отнюдь не горя желанием вступать в открытую борьбу, велп призвал на помощь сверхъестественные способности. В мгновение своего пылающего оранжевым огнем ока краснокожий баргест-велп исчез, пройдя сквозь дверь, соединяющую разные измерения, и вновь возник прямо за спиной Дзирта, Как только Кемпфана исчез, Дзирт инстинктивно рванулся в сторону. Однако удар сзади опередил его, попав точно в спину Дроу и с силой отбросив его через всю комнату. Дзирт с грохотом налетел на стену и упал на колени, ловя ртом воздух.
И вот тогда Кемпфана шагнул вперед: Дроу уронил саблю на полпути к стене, слишком далеко, чтобы он мог дотянуться до верного клинка.
Огромный баргест-волк, почти вдвое превосходящий по размерам Гвенвивар, опрокинул пантеру и навалился на нее. Гигантские челюсти щелкали возле самой морды и горла Гвенвивар, и пантере с трудом удавалось сдерживать натиск врага.
У Гвенвивар не было ни малейшей надежды на победу в равной битве с этим волком.
Единственным преимуществом, которое у нее оставалось, была подвижность. Подобно стреле с черным оперением, Гвенвивар выскользнула из-под волка и метнулась к выходу.
Улгулу взвыл и бросился в погоню, сорвав занавес и устремившись навстречу меркнущему дневному свету.
Гвенвивар выскочила из пещеры в тот момент, когда Улгулу прорвался сквозь завесу, мгновенно развернулась и вспрыгнула на покатый склон прямо над входом.
Когда чудовищный волк выбрался наружу, пантера обрушилась на спину Улгулу и снова принялась царапать и полосовать его шкуру.
— Это Улгулу убил фермеров, а не я, — взревел Кемпфана, приближаясь к Дзирту. Ударом ноги он отбросил саблю Дроу на другой конец комнаты. — Улгулу хочет тебя, убившего его гноллов. Но достанешься ты мне, воин-Дроу. Я наслажусь твоей жизненной силой, которая поможет мне набраться мощи!
Дзирт, все еще пытавшийся восстановить дыхание, вряд ли слышал эти слова.
Единственным, что занимало его мысли и придавало ему мужества, были образы убитых фермеров. Баргест-велп подошел совсем близко, и Дзирт устремил на него полный отвращения взгляд, непреклонность которого ничуть не уменьшилась в столь отчаянной для Дроу ситуации, Кемпфану смутили эти сузившиеся пылающие глаза, и промедление велпа подарило Дзирту время, необходимое для того, чтобы прийти в себя. Прежде ему уже доводилось сражаться с гигантскими
Нисколько не обеспокоенный, Кемпфана наклонился, чтобы схватить извивающегося Дроу. Дзирт уворачивался от хватки гиганта до тех пор, пока не нашел опору для рычага. Кемпфана все еще воспринимал эти атаки как простое неудобство, и когда Дзирту удалось лишить велпа равновесия, Кемпфана с готовностью повалился на пол, намереваясь раздавить гибкого маленького эльфа.
Дзирт и на этот раз оказался проворнее неуклюжего существа. Он вывернулся из-под падающего гиганта, вскочил на ноги и рванулся к противоположному концу комнаты.
— Ничего у тебя не выйдет! — взревел Кемпфана, сначала ползком, а затем бегом устремляясь в погоню.
Едва Дзирт успел подобрать свою саблю, как гигантские руки сомкнулись вокруг него и подняли над полом.
— Раздавлю и съем тебя! — взревел Кемпфана.
Дзирт скорее услышал, чем почувствовал, как хрустнуло его ребро. Он заерзал, стараясь повернуться лицом к противнику, но тут же передумал, решив вместо этого высвободить правую руку.
Хрустнуло еще одно ребро; огромные ручищи Кемпфаны сжимались все сильнее.
Однако баргест-велпу мало было просто убить Дроу: он понимал, какой огромный шаг к зрелости ему удастся совершить, если он сожрет такого могущественного врага и напитается его жизненными силами.
— Я тобой позавтракаю, Дроу, — захохотал гигант. — Вот будет удовольствие!
Воодушевленный воспоминаниями об увиденном в фермерском доме, Дзирт обеими руками обхватил рукоять своей сабли. Он рывком вытащил оружие и изо всех сил нанес удар назад, вскинув руки над головой. Клинок вошел прямо в жадно разинутую пасть Кемпфаны и рассек горло гиганта.
Дзирт качнул саблей из стороны в сторону и провернул ее.
Кемпфана конвульсивно сжал руки, и Дзирт почувствовал, что его мускулы и связки вот-вот разорвутся от напряжения. Однако у Дроу была цель — рукоять сабли, и он продолжал раскачивать и вращать ее.
Кемпфана тяжело рухнул на пол, издавая бульканье, и навалился на Дзирта, пытаясь выдавить из него жизнь. От нахлынувшей боли сознание Дзирта помутилось.
— Нет! — закричал он, цепляясь за образ светловолосого мальчика, зарезанного в своей постели, и продолжая вращать клинок.
Бульканье не прекращалось, сопровождаемое свистом воздуха, вырывавшегося из раны вместе с пузырящейся кровью. Когда тварь, придавившая его, перестала шевелиться, Дзирт понял, что выиграл этот бой.
Ему хотелось только одного: свернуться калачиком и отдышаться, но он сказал себе, что схватка еще не окончена. Он выполз из-под тела Кемпфаны, отер с губ кровь, свою собственную кровь, бесцеремонно выдернул саблю из пасти Кемпфаны и подобрал кинжал.
Дзирт знал, что его раны опасны и он может умереть, если тотчас же не займется ими. Дыхание по-прежнему вырывалось из его груди вместе с кровью.