Воин и чародей
Шрифт:
Сигурд упрямо отказывался от грубоватого предложения Хальвдана укрыться под кровом большого дома, хотя в развалинах старого донжона ему и Рольфу не было ни сна, ни покоя. Морок осаждал их почти непрерывно, тем более что дневной свет его теперь не отпугивал, а кроме Адиля, никто не мог отогнать его обжигающим огнем. Когда стало ясно, что донжон вот-вот обрушится им на головы, Сигурд собрал пожитки и объявил Рольфу, что намерен переселиться к Йотуллу, а Рольф может выбирать – либо пойти с ним, либо в дом Хальвдана.
– Пойду с тобой, – решил Рольф, – хотя и не могу сказать, чтобы я был от этого в восторге. Впрочем, после солнцестояния Йотулла здесь не будет.
Сигурд
– Когда Йотулл толковал о том, что мне надо уходить из Хравнборга, – почему ты сказал, что обязан пойти со мной?
Рольф с прощальной грустью обвел взглядом комнату.
– Хальвдан приказал мне присматривать за тобой, и хочешь ты того или нет, а я буду присматривать! Я бы не передумал, даже если б не получил такого приказа. Ты от меня, Сигги, легко не отделаешься. Теперь, когда Адиля больше нет, у тебя остался только я – если не считать Миклы, а он ученик Йотулла.
Йотулл встретил их без малейшего удивления.
– Я ожидал этого с тех пор, как пропал старый Адиль. Тесновато здесь будет, ну да ненадолго – до солнцестояния остались считанные дни. Надеюсь, ты принес с собой шкатулку?
– Само собой, – фыркнул Сигурд. – Не такой уж я дурак. Ты наверняка знал, что все так и случится. Когда мы отправляемся?
Микла перестал скрести кости, которые он перемалывал в порошок, и метнул угрожающий взгляд на Сигурда. Йотулл пожал плечами:
– Раз уж мы говорим без обиняков – когда я буду готов тронуться в путь.
Сигурд ждал этого два дня с растущим нетерпением и под градом обвинений Миклы.
– Я не передумаю, – резко объявил он ему. – Я намерен поступать себе во благо, а для этого надо только одно: покинуть Хравнборг и отправиться в Свартафелл.
– Только одно! – фыркнул Микла. – Вспомни о здравом смысле и поищи что-нибудь другое. Да что проку и пытаться, если у тебя вовсе нет здравого смысла!
Сигурд оставил без ответа слова Миклы. Но вот однажды утром Йотулл объявил, что готов отправиться в Свартафелл. Сигурд, которому до смерти обрыдло жить среди Йотулловых отвратительных порошков и снадобий, обрадовался от души и тотчас стал собираться. Рольф ничего не сказал, лишь рассеянно глядел в огонь, пока Сигурд не встряхнул его:
– Рольф, пора! Или ты передумал?
Рольф покачал головой; Микла взглядом уничтожал их обоих.
Рольф тяжело вздохнул:
– У меня нет иного выбора, как только идти с тобой. Во-первых, Хальвдан приказал не разлучаться с тобой, во-вторых, ты мой друг… – Он неуверенно оглянулся на Йотулл а и добавил:
– Тебе ведь, верно, пригодится вторая пара глаз, ушей и рук, которые смогут взяться за оружие в твою защиту?
– Еще как пригодится! – отвечал Йотулл, по очереди пожимая руки Сигурду и Рольфу. – Тем более что я намерен оставить здесь Миклу, дабы Хальвдан не огорчался, что потерял в одну неделю сразу двух магов. Полагаю, Микла, ты сумеешь ему пригодиться – с твоими-то несравненными познаниями из сокровищницы Гильдии.
– Буду только рад такому случаю! – огрызнулся Микла. – Немного гильдийской магии здесь не помешает – Хравнборг не видел ее с тех пор, как умер Адиль.
Глаза Йотулла сузились, точно блестящие лезвия.
– Не надейся, что я больше не вернусь сюда, – если, конечно, от Хравнборга хоть что-нибудь останется. Хорошо бы, юный выскочка, твое природное бесстыдство за время моего отсутствия не завело тебя слишком далеко. Теперь твоя ничтожная милость будет у Хальвдана главным советчиком, так что прежде всего убеди его не преследовать нас, чтобы вернуть свое имущество, не то имущество может сильно пострадать. – Он почти незаметно
– Я покамест погожу сообщать Хальвдану о вашем побеге, – без особой вежливости отозвался Микла. – Мне не надо будет ничего выдумывать и объяснять: Хальвдан все равно узнает, как вы мило обо всем договорились. – Он упорно не глядел на Сигурда.
Следуя указаниям Йотулла, Микла, Сигурд и Рольф готовили все необходимое для путешествия. Едва они управились, как в Хравнборг вернулся разъезд Хальвдана, измотанный битвой, – пополнить число воинов взамен убывших и припасы. Хальвдана с ними не было – он остался в горном лагере, продуваемом ветрами, чтобы следить за передвижениями доккальвов. Рольфа это огорчило, однако Сигурд был рад, что Хальвдан не приехал. Беспокоило его лишь прощание с Ранхильд, которой он был явно небезразличен. Сигурд терпеть не мог прощаний, но все же хотел в последний раз взглянуть на Ранхильд. Самое недавнее его воспоминание о девушке было столь обычным – она показывала кухонной служаночке, как свернуть шею курице, поскольку той было не справиться самой. Вдобавок Сигурд хотел попросить у Ранхильд ее мышастого жеребца, чтобы ему не пришлось красть доброго коня у кого-нибудь из воинов.
Йотулл пренебрежительно отнесся к намерению Сигурда. Маг считал, что это лишняя учтивость. Однако Сигурд не дал себя переспорить, и Йотулл отправился с ним в дом Хальвдана. Морок кружил на безопасном расстоянии от них – неясная громада черной тени, источавшая такое лиходейское зло, что дрожь пробирала до костей. Сигурд с трудом мог оторвать взгляд от чудища, которое неотступно следовало за ним в неверном свете далеких звезд, скаля в радостном предвкушении три ряда зубов.
Ранхильд нисколько не удивилась появлению в ее жилище Сигурда и Йотулла и лишь один раз подняла взгляд – когда Йотулл приказал ее служанкам выйти из комнаты. Ранхильд продолжала ткать, пока не закончила ряд, и тогда лишь заговорила со своими гостями.
– Я думала о тебе, Сигурд, – сказала она очень просто, – и прошлой ночью мне был сон, что ты отправляешься в долгое путешествие: Не скажу – опасное, – она мельком глянула на Йотулла, – потому что все путешествия опасны, особенно в глазах тех, кто остается дома. Я рада, что, прежде чем уйти, ты пришел попросить моего благословения.
– Ты умненькая бесовка, – одобрительно и угрюмо усмехнулся Йотулл. – Надеюсь только, у тебя достанет ума сообразить, что Хальвдан желает сохранить наше отбытие в тайне. Если бы в форте узнали, что опасность столь велика, что Хальвдан предпочел отправить отсюда Сигурда, они сильно пали бы духом. Я вознагражу тебя за молчание.
Он потянулся к кошелю с золотом, но Ранхильд молчала, меряя его презрительным взглядом. Тогда маг, поморщась, вынул небольшой мешочек и неохотно подтолкнул его по столу к Ранхильд.
– Это весьма сильный амулет, охраняющий от неугомонных мертвецов. Я смастерил его для себя. Этой зимой он тебе очень пригодится.
Ранхильд кивнула, принимая подарок.
– Хорошо. Наверняка никто не узнает о вашем уходе, пока вы уйдете достаточно далеко. – Последние слова она проговорила с особым ударением, обращаясь главным образом к Сигурду. – Я думаю, когда мы встретимся в следующий раз, ты сильно переменишься. Я хочу подарить тебе амулет – быть может, он принесет тебе счастье… и защитит тебя. – Ранхильд сняла висевшее у нее на шее золотое колечко на плетеном шнурке из ее собственных волос. – Если нужно, развяжешь шнурок, и у тебя будет запасная тетива… а кольцо это я носила на пальце. Руны защитят тебя от лиходейской мощи твоих врагов.