Чтение онлайн

Федор подъехал, соскочил с лошади.

— Здрав буди, боярин. Наказ твой выполнил. Что прикажешь?

— Молодец, Федор! И весь десяток — молодцы! Только вот что вышло здесь.

Я понизил голос и слез с коня. Хлопцы деликатно держались в сторонке.

— Перехватил я обоз в Ярославле, попытался предупредить старшего в охране о засаде, да не поверил он мне. Самолюбив больно, видно — жареный петух еще не клевал его в одно место. Послал меня в Разбойный приказ, представляешь? Что делать будем?

— Да плюнь ты на них,

боярин! Ты помощь свою предложил? Предложил! Отказался он? Так с тебя взятки гладки.

— Так-то оно так. Только золото — не стрельца того, а государево. Что со старшим тем станется — меня не волнует. Не повезет — разбойники живота лишат, повезет и уцелеет — государь за обоз спросит. И еще неизвестно, что лучше.

Федька рассмеялся.

— Боярин, ты хоть ел сегодня? — Утром перекусил слегка.

— Мы сальца да хлебушка захватили. Поешь немного, а то уже глаза впали. На сытый желудок и думается лучше.

Я согласился. Демьян, как бывалый охотник, развел маленький, почти бездымный костерок — так только охотники и умеют. Федор нанизал на прутики сало и хлеб, промерзшие на морозе до плотности камня, и начал поджаривать все это над костром. Запах поплыл над поляной умопомрачительный. Хлопцы последовали его примеру.

Федор протянул мне ломоть поджаренного хлеба в две ладони величиной, а сверху наложил кусок сала — розоватого, с прослойкой мяса. Я вонзился зубами в немудрящую еду. Вкуснотища!

После того как мы все немного подкрепились, решение пришло само. Укрою-ка я хлопцев в лесу, на подъеме. Проедет обоз спокойно — мы уйдем, будет нападение — мы поможем отбиться. Решено!

— На коней!

Мы направились на обратный склон холма.

Один из холопов по распоряжению Федора влез на высокую сосну — наблюдателем. Демьян снова развел костерок — хоть руки погреть да немудрящую еду приготовить. Кто знает, сколько еще ждать придется.

До вечера ничего не произошло. Изредка проезжали крестьяне на санях, еще реже — проносились верховые.

Лошади, укрытые попонами, сбились в кучу. Холопы бросили на снег овечьи шкуры, а кто порачительнее был — волчьи али медвежьи, и улеглись вокруг костра. А тут погода, будь она неладна, портиться начала: ветерок задул, закачал верхушки деревьев, завыл, стал снегом бросаться.

К утру и мороз покрепчал. Неуютно в лесу зимой. Это на прогулку в парк выйти — хорошо, бодрит. А когда сутки на природе проведешь — уже и тепла захочется.

Встали затемно, разминали затекшие и замерзшие руки и ноги.

— Глянь, Терентий, у тебя щеки побелели! Разотри рукавицей, а то поморозишь!

Развели костер, дров не жалели. Если даже и будет дым, кто в такой снежной круговерти со стороны дороги увидит?

Покормили лошадей овсом из торб, сварили кулеш. Все жадно поели горяченького. Переметные сумы быстро опустели — овес съели лошади, небольшой запас продуктов — ратники. Ни я, ни Федор не рассчитывали, что ожидание

обоза растянется надолго. Если и сегодня его не будет, вечером есть уже будет нечего. Хлопцы- то ладно, перебьются — не впервой. А голодная лошадь устанет быстро.

Рассвело. Наблюдатель влез на сосну.

— Федор, ты меняй ратника на сосне каждый час — ветер сильный, да и не согреешься там ничем.

— Помню, боярин.

К полудню наблюдатель закричал:

— Вижу обоз!

— Ну так слазь.

Я оставил с Федором пяток бойцов, строго наказав ему ничем себя не обнаруживать, сидеть тихо. Выступать только по моему сигналу — выстрелу или крику.

— Все исполню, как велишь, боярин. Поскорее бы уже, замерзли все.

— Мушкеты и пистоли у кого есть — под полушубками греть, дабы не подвели.

— Знают уже хлопцы.

С другими пятью ратниками мы перебежали дорогу и укрылись там за кустами.

Обоз был уже виден на подступах к холму. Поднимался он очень медленно. Что же они так тянутся? Пора бы уж им здесь быть. Ноги в сапогах задубели. Я растирал перчаткой лицо, чтобы не поморозиться.

Внизу, между нами и подножием холма — не менее чем в полуверсте, хлопнул выстрел. А может, это дерево от мороза треснуло? Очень ведь похоже — такой же сухой треск. Или все-таки стреляли? Раздалось еще несколько выстрелов. Сомнения отпали. Похоже, на обоз напали, но не Здесь, на мой взгляд — в самом удобном месте, а немного ниже.

Я выскочил на дорогу. Ожидая сигнала, мои хлопцы дисциплинированно сидели на своих местах.

Дорога просматривалась метров на двести вниз, потом делала поворот. На ней было пустынно. Придется оставлять удобные позиции и самим двигаться вниз, в сторону обоза.

— На коней!

Через пару минут небольшая рать уже была готова к выступлению.

— Вперед!

Замерзшие кони рванули с места в галоп.

Двести метров пролетели мгновенно. На повороте я поднял руку. Не хватало еще, чтобы стрельцы нас за разбойников приняли да стрелять начали. Не хотелось подвергать бойцов неоправданному риску.

— Федор, стоять здесь! Ежели появится кто с любой стороны — всех задерживать. Я посмотрю, что там.

— Боярин, может я вместо тебя?

— Меня их старший сразу признает — видел в лицо, а тебя нет.

Я рысью направил коня по дороге.

За поворотом открылась картина боя. До остановившегося обоза было метров сто пятьдесят. Разбойники напали на него с левой стороны дороги. Стрельцы спешились и укрылись за санями, изредка постреливая из пищалей в нападавших — видно, заряды берегли. На дороге лежало несколько убитых стрельцов. Но что хуже всего — вдалеке я увидел приближающихся всадников — с десяток, но это были люди Ивана, я просто печенкой их чуял. Сейчас поднимутся сюда — не более получаса им для этого надо, возьмут оставшихся в живых стрельцов в клещи, и тогда им долго не продержаться.