Военврач
Шрифт:
– А на сотне, сколько лучший результат?
– Семь часов пятьдесят минут.
Про себя отмечаю, что наш трёп на ходу меня понемногу раздражает, да и темп не сбавляется, как того бы хотелось. Второй круг двадцать две минуты. Быстро!
К счастью после второго круга Володя уходит вперёд, и я остаюсь бежать наедине с самим собой (В дальнейшем мы больше не встречались на трассе, хотя я интуитивно ожидал нашей встречи). Моё единение прерывается вопросами с улицы.
– Динамо бежит?
– Бежит!
По распространённости этот вопрос занимает первую строчку в хит-параде обращений
– Сколько бежите?
– Сутки!
– А зачем?
– За деньгами, отвечает номер двести шесть в красной майке.
– А много дают?
– Машину!
– О-о-о. Зачем вам тогда машина?!
Особо приветливые предлагают выпить пива, водки. Кто-то приглашает сесть в машину, подвезти. Народ гуляет по случаю выходного или дня знаний или без повода. Толпятся очереди у киосков. На автобусных остановках молодёжь и не очень попивают пиво. Появилось развлечение для спального района, и теперь можно будет рассказать на тусовке о не совсем нормальных бегунах.
Хотя некоторые из стартовавших своим внешним видом оправдывают их ожидания. Двести тринадцатый бежит босиком. На двести сорок первом из-под полуспортивных трусов выглядывают женские колготы в сеточку. Двести тридцать первый похож на бомжа: застиранная спортивная форма, шерстяные гольфы, советские кеды и шапочка годов московской олимпиады. Такого не встретишь на других соревнованиях. Видимо - это отличие суток, которые собирают таких экстремалов с шизоидно-мазохистским радикалом.
Но чем дальше, тем меньше становится выкриков. Окружающие привыкают к вереницам бегунов, которые становятся частью окружающего ландшафта.
Секундомер отсчитывает секунду за секундой. На втором круге отметил дискомфорт со стороны свода правой стопы. В голове мелькнуло - потёртость. Хотя отчего? Asics Gel Kayano XI. Кроссовки разношенные, три тысячи километров отпахали, не должно. Но физический дискомфорт нарастал. Жжение захватывало все больший и больший участок. Сменить кроссовки на марафонки? Последние весят сто шестьдесят грамм против кайановских триста семидесяти. Времени займет много. Но у них подошва тонкая. Пятки отобью. Рано ещё. Буду терпеть. Так и терпел почти семьдесят километров, пока другие ощущения не перекрыли собой силу болевых рецепторов.
На третьем круге стали нагонять соточники, которые сделали километровую петлю с места старта. Тихо завидую их скорости. Про себя отмечаю, что где-то выходит по четыре-четыре двадцать минут на километр.
Первый час позади. Одна двадцать четвёртая. Дроби не хотят выходить из головы. В конце концов, надо чем-то голову занять на протяжении суток. Пусть считает. Улыбаюсь фотографирующей меня Наде и снимающей на видео её подруге Юлии. Скоро закончатся запасы эндогенного гликогена, и пора будет переходить на экзогенный из рюкзака.
Вот и третий круг преодолён. Время очередного круга двадцать две минуты. Скорость не хочет падать. Наде говорю о том, чтобы приготовила мне на следующий круг конфету и чай. Предупредил её, чтобы охлаждала его предварительно. Она на ходу передает мне привет от сестры Виты, которая прислала СМС с пожеланием успеха на дистанции.
Догоняет
– Привет Архангельску!
– Привет Питеру!
– На сотню в этот раз?
– Да, на сутки ещё не готов. Хочу восемь часов разменять для начала!
– Ну, удачи тебе!
– И тебе того же!
Парень уходит вперёд. Про себя отмечаю, что так же, как и я, он резво начал для своей дистанции. Ладно, будь, что будет. Пусть темп снижается сам по себе. Возможно, я достигну какого-нибудь условного плато и в нём постараюсь пробыть достаточно длительное время. Что бы хотелось на следующем круге? Перебираю в уме состав своего спецназовского рюкзака. Останавливаю выбор на банане и бутылке минеральной воды "Миргородской".
– Эй, двести двадцать седьмой, садись в машину, подвезем!
– обращается парень со стрижкой под ноль из не нового "жигулёнка".
– Спасибо, как-нибудь в другой раз!
– Ну, смотри!
"Подвозиться" пока не хочется. Контроль на трассе чёткий и жёсткий. Шесть контрольных точек, где на каждом круге записывают твой стартовый номер. На пяти из них стоят попарно курсанты ВИФКа (военный институт физической культуры), на шестой - основной - судьи из гражданского аналога - института имени Лесгафта. Периодически трассу проезжает "линейный" судья на велосипеде и карета "скорой помощи". Дважды на трассе встречался Лось А.В.
– организатор первого пробега - заслуженный тренер СССР. Да и люди здесь бегут иной категории. Они не соревнуются с кем-то, они испытывают себя!
На четвёртом круге наблюдаю толпу мало спортивных школьников, несущихся по газонам. Кто в джинсах, кто в туфлях на каблуках, кто демонстративно с сигаретой, но все с номерами на груди. Некоторых из них поддерживают родители. Они рассчитывают на то, что, сократив три метра на повороте, они быстрее доберутся до финиша. Кто знает? В любом случае это хорошо, так как лишь единицы встречаются на пути трассы, которых необходимо оббегать.
Четвёртый круг двадцать две минуты. И когда эта эйфория закончится? Ведь нельзя сутки бежать с такой скоростью. На сотке был бы неплохой результат. Умом понимаешь, а ноги делают своё. Восемнадцать километров позади - один час двадцать семь минут сорок пять секунд.
Вечереет. Солнце заходит, а вместе с ним пропадает и тепло. Раздумываю о том, не пришла ли пора начать одеваться.
Пятый круг двадцать три тридцать. Усталость предательски начинает подбираться к ногам. Как ни крути, а организм не железный.
Шестой круг пройден за двадцать три тридцать две. Скорость ещё держится почти крейсерская. Позади двадцати семи километров и два часа пятнадцать минут бега. Одна двенадцатая от необходимой задачи.
На седьмом круге кричу Наде, чтобы подготовила мне спортивные брюки. Температура опустилась до восьми градусов, и лучше потратить лишние калории на тепловыделение, чем на согревание. Седьмой круг пройден за двадцать три тридцать три. Неплохо, но, наверное, быстро для начала.