Чтение онлайн

на главную - закладки

Жанры

Шрифт:

Мальчик преодолел в себе первоначальное волнение, он уже не запинался и не искал слов.

— Берни Фрезе сказал: «Я фюрера совсем не знаю». Ганс Штирлинг заявил, что этот опрос — чушь. А Виктор Брентен ответил: «Я за своего отца…» А отец Виктора — коммунист, господин Зиндер. Его разыскивает полиция.

Зиндер молча разглядывал раскрасневшегося от усердия и волнения мальчугана. Он чувствовал, что откровенность Йоргена чревата большими огорчениями и неприятностями, без которых так хотелось бы обойтись. Всю свою жизнь он был заклятым врагом социализма. Его мировоззрение укладывалось в слова: «национальный», «либеральный», «христианский». По самой природе своей он восставал против

всего нового, не доверял ему. С национал-социалистами он потому лишь мирился, что те обещали хранить и оберегать традиции. Принимать какие-либо решения, безразлично — незначительные или важные, он всегда тщательно избегал. Его тяготило то, что он услышал от своего ученика. Он сказал:

— Хорошо, Йорген. Мы с тобой, стало быть, знаем, кто чем дышит, верно?.. А теперь ступай!

Мальчик медленно вышел из класса. Зиндер проводил его хмурым взглядом, снял пенсне, забыл, однако, протереть стекла и задумался, глядя в пространство. Ни за какие блага в мире мальчик не хотел быть ябедником… Нет, доносчиков и подхалимов в классе у Зиндера не было, и его это всегда радовало. Ему было известно, что ученики прозвали его Греховодником. Бог весть почему. Он очень хотел бы знать, кто придумал это удивительное прозвище и кто чаще других так называет его. Но ему никогда не удавалось это установить. Греховодник — пренеприятное слово… Все же он невольно усмехнулся.

На лестнице Зиндера остановил его коллега Гуго Рохвиц; казалось, он его подстерегал. «Вот незадача», — проворчал себе под нос Зиндер, не выносивший этого жирного паяца, как он мысленно называл своего коллегу из третьего «А». В его глазах это был бахвал, как все невежды, позер и болтун, что чаще всего свойственно дуракам.

— Не чурайся дородных мужей, Зиндерхен! — Рохвиц фамильярно обхватил сухопарого Зиндера за талию. — Ну, вот окончен еще один трудовой день, хорошо ведь, верно?.. Да что ты так мрачен? Смотри на жизнь веселей. Ты что, всегда был таким… таким желчным?

Рохвиц остановился посреди лестницы, бесцеремонно схватил Зиндера за рукав пальто и, пристально глядя на отстранявшегося коллегу, сказал:

— Знаешь, Зиндер, порой мне кажется, что ты недоволен новыми порядками… Верно я говорю? Разве тебе не нравится эта весна, сметающая прочь весь старый хлам? По тебе, она слишком бурлива, а, старый… греховодник? Ха-ха-ха!..

Несколько учеников, снимая фуражки, промчались вниз по лестнице мимо учителей.

И Зиндер возмущенно прошипел:

— Что это ты? Ведь мальчишки все слышат!

Мясистое лицо Рохвица расплылось в довольной ухмылке.

— Да ты отвечай на мой вопрос.

Зиндер вырвался из его рук, разгладил рукав и, не останавливаясь, сказал:

— И не подумаю!

Грузный, массивный Рохвиц спускался медленно, вразвалку и кричал вслед убегавшему коллеге:

— Этого достаточно! Вполне достаточно…

Зиндер торопливо сошел негнущимися ногами с последних ступенек и, выйдя из подъезда, круто повернул и зашагал по улице. Ярость бушевала в нем; его правая рука, в которой он держал трость, так тряслась, что казалось, он кому-то угрожает. «Негодяй!» — пробормотал он, не разжимая зубов.

Рохвиц стоял на последней ступеньке, смеялся и потирал руки. Но вот он широким жестом снял шляпу — с лестницы спускался директор школы Фридрих Хагемейстер… Гримаса смеха застыла на лице Рохвица.

— Если разрешите, господин директор, я вас немного провожу.

Хагемейстер поправил шляпу и заложил за уши длинные пряди седых волос.

— Пожалуйста, уважаемый коллега, прошу вас.

Они пошли рядом. Хагемейстер явно не обнаруживал никакой склонности к беседе; он то разглядывал мимоходом витрину табачного магазина,

то смотрел, как подъемные краны на берегу канала, где была асбестовая фабрика, подают на баржу кипы мешков, то устремлял взор на гряду облаков, нависшую в этот хмурый весенний день над городом. Рохвиц же, напротив, жаждал разговора, несколько раз пытался начать его, но не находил подходящего вступления. Наконец он сказал:

— Я только что беседовал с господином Зиндером.

— Да? — сказал Хагемейстер.

— Да, и сделал довольно безотрадные для господина Зиндера выводы.

— А-а! — Хагемейстер ровным шагом продолжал свой путь.

— Скажу напрямик, по своему обычаю, господин директор. Знаете, что я думаю? Я думаю, что Зиндер враг нашего государства. Я уве…

Хагемейстер перебил его:

— Что вы, что вы, дорогой коллега! Старик Теодор Зиндер? Этот закоренелый консерватор, эта честнейшая душа?

— Совершенно верно, господин директор! Совершенно верно. Именно закоренелый консерватор, очень точно изволили выразиться. В том-то и суть… Да-да, господин директор, уверяю вас, Зиндер — противник Гитлера и, кроме того, юдофил. Вы знаете, как он назвал оборонительные меры властей против засилья еврейского капитала? Бойкотом евреев. Заметьте: бойкотом евреев. Зиндер громко рассмеялся, когда в классе кто-то из учеников сказал, что его мать не покупает у евреев яиц. Уверяю вас, он заодно с евреями… Известно вам, кстати, какими словами Зиндер заканчивает каждый урок? «Покончили, стало быть, с «хайль Гитлер»…» Скажите сами, разве это не верх наглости? А знаете, как класс — и это весьма показательно — прозвал его? Греховодник! Вникните, пожалуйста: гре-хо-вод-ник!

Явно раздосадованный, Хагемейстер спросил:

— К чему вы это мне рассказали?

— Господин директор, я лишь позволил себе изложить свое, пока еще чисто личное, мнение о господине Теодоре Зиндере.

III

Из окна верхнего этажа школы на Визендамме открывается вид на всю обширную территорию гамбургского городского парка с его рощами, лужайками, спортивными площадками, фонтанами и чудесным озером. После уроков на спортивных площадках толпятся школьники; по воскресеньям ферейны устраивают там футбольные и волейбольные матчи. В теплые вечера гамбуржцы семьями отправляются в парк, располагаются на лужайках или же в ресторане над озером. Влюбленные парочки бродят среди густо разросшихся кустов, по березовым и буковым рощам за водонапорной башней. Эти березовые рощи и лужайки были некогда излюбленными местами прогулок и бармбекских[3] пионеров. Здесь они весело и дружно играли и плясали, а иногда, усевшись вокруг Фреда Штамера, своего пионервожатого, слушали беседу; или же кто-нибудь из пионеров читал вслух интересную книгу. Все это осталось в прошлом, гитлеровское правительство распустило пионерскую организацию. Правда, многие пионеры встречались тайно и дружбы своей не забывали. Но теперь они собирались не так, как раньше, а небольшими группами, по нескольку человек. Такой маленький кружок друзей составляли Берни Фрезе, Виктор Брентен и Ганс Штирлинг.

Сегодня после уроков Виктор и Берни дожидались Ганса на одной из широких каменных скамей у водонапорной башни. Их удивляло, что Ганс запаздывает, ведь из них троих Ганс всегда самый точный. На мальчиках были еще зимние пальто, а на Берни вдобавок шерстяной шарф. Они сидели на скамье и болтали ногами.

— Ты так-таки ничего и не слышал о своем папе? — спросил Берни.

— Ничего. — Виктор повертел фуражку на пальце. — Бабушка говорит, что, пока мы ничего о папе не слышим, все хорошо.

Поделиться:
Популярные книги

Пламенев. Книга XII

Карелин Сергей Витальевич
12. Пламенев
Фантастика:
аниме
уся
сказочная фантастика
фэнтези
5.00
рейтинг книги
Пламенев. Книга XII

Барон ломает правила

Ренгач Евгений
11. Закон сильного
Фантастика:
аниме
фэнтези
фантастика: прочее
попаданцы
5.00
рейтинг книги
Барон ломает правила

Курс уголовного права в пяти томах. Том 1. Учение о преступлении

Коллектив авторов
Справочная литература:
прочая справочная литература
5.00
рейтинг книги
Курс уголовного права в пяти томах. Том 1. Учение о преступлении

Статьи

Переслегин Сергей Борисович
Документальная литература:
публицистика
5.00
рейтинг книги
Статьи

Программирование на Objective-C 2.0

Кочан Стивен
Библиотека разработчика
Компьютеры и Интернет:
программирование
5.00
рейтинг книги
Программирование на Objective-C 2.0

Капитализм. История и идеология «денежной цивилизации»

Катасонов Валентин Юрьевич
Деловая литература:
экономика
8.50
рейтинг книги
Капитализм. История и идеология «денежной цивилизации»

Москва в очерках 40-х годов XIX века

Андреев Александр Радьевич
Документальная литература:
прочая документальная литература
5.00
рейтинг книги
Москва в очерках 40-х годов XIX века

Катастройка, Повесть о перестройке в Партграде

Зиновьев Александр Александрович
Проза:
русская классическая проза
6.25
рейтинг книги
Катастройка, Повесть о перестройке в Партграде

Серые сутки

Сай Ярослав
4. Медорфенов
Фантастика:
фэнтези
аниме
5.00
рейтинг книги
Серые сутки

Путеводитель по Библии

Азимов Айзек
Приключения:
путешествия и география
5.00
рейтинг книги
Путеводитель по Библии

Ты - наша

Зайцева Мария
1. Наша
Любовные романы:
современные любовные романы
эро литература
5.00
рейтинг книги
Ты - наша

Кодекс Охотника. Книга XXIX

Винокуров Юрий
29. Кодекс Охотника
Фантастика:
попаданцы
аниме
фэнтези
5.00
рейтинг книги
Кодекс Охотника. Книга XXIX

Болезни ног и варикозное расширение вен. Лечение и профилактика

Нестерова Дарья Владимировна
Дом и Семья:
здоровье и красота
6.25
рейтинг книги
Болезни ног и варикозное расширение вен. Лечение и профилактика

Перешагнуть пропасть

Муравьёв Константин Николаевич
1. Перешагнуть пропасть
Фантастика:
боевая фантастика
космическая фантастика
8.38
рейтинг книги
Перешагнуть пропасть