Вместо пролога

Annotation

Первые две главы. Продолжение приключений самой обыкновенной москвички, чуточку одержимой дурной девкой, чуточку влюбленной в своего хвостатого принца. Первая часть книги участвует в конкурсе на Lit-era

Шалье Ольга

Глава 0. Вместо Пролога

Глава 1. Свидание

Глава 2. Игра Королевы

Шалье Ольга

Вместо пролога

Глава 0. Вместо Пролога

– Я не смог!
– Эльродвиль-Ойн судорожно вцепился в плечи брата.- Я пытался убедить их, но напрасно, тут была Она!

– Глупец! Хаос сдержать невозможно!
– Вандэрвиль-Ойн ударил его по рукам, освобождаясь.
– Ты надеялся на ее достоинство? У нее и понятий таких не существует. ... Надо было хотя бы материалы сохранить!

– Иветрия не существует! Брат, пока не поздно уничтожь кристалл!

Вандервиль секунду смотрел в пустоту, переваривая новость.

– Теперь я точно не дам покоя этой космической суке!
– Он раздраженно прошелся по разрушенной лаборатории.
– Кстати, Слезы у меня нет. Те случайно заданные координаты в голову пришли спонтанно.- Вандервиль развел руками.

– Координаты? ... Ты выбросил кристалл?
– Эльродвиль не верил ушам.

– Просто удалил на время из игры, надеюсь, он упал в один из девяти. Это даст необходимое время, мне надо подготовиться. Ты со мной?

Дверь лаборатории бесшумно открылась, вошел Финглефол-Ойдэ Вилль. Один из двух управляющих миром Рикум-Сано ML4ZV-973-7ORO. Камуфляж и диковинное оптическое оружие на плече красноречиво говорили, что их владелец спешил и не успел переодеться. Впрочем, от Финглефола-Ойдэ подобного спектакля ожидать стоило, натура подхалима проявлялась во всем.

– Совет получил Послание Единой.

– Кто посланец?
– сощурился Эльродвиль-Ойн.

– Данэю. Если тебя это успокоит, - усмехнулся Финглефол.
– Я тоже удивился. Идемте, вас ждут.

Данэю, один и Пяти духов древности. Неистовое и противоречивое порождение Хаоса отвечающее за жизнь, в качестве дара ее же забирающий, мучительная смерть для просящего пахнет удушливым огнем и смрадом. К Данэю редко обращались, в роли просителя чаще всего выступали старики, кому уже нечего терять. Поэтому Единая нередко посылала его в качестве вестового, намекая на определенное предупреждение.

Братья Войс и Финглефол вышли в коридор, чтобы подняться на самый верхний этаж, в зал Совета Восемнадцати.

– А где кристалл?
– Финглефол точно очнулся, и спешно оглядел спутников, надеясь увидеть искомое в кулаке или в оттопыренном кармане брюк.

– У нас его нет!
– развел руками Вандэрвиль, нагло улыбаясь.

– Вы с ума сошли?
– Финглефол остановился.
– Это же конец всему! Единая требует свой дар назад.

– Перебьется, - мрачно ухмыльнулся Эльродвиль и обнял брата за плечи.

– Вы не понимаете, - Финглефол схватился за голову.
– Она уничтожит всех! Нам и так дорого обошлись все ваши революционные идеи!

– Финглефол, - прервал его Вандервиль.
– Неужели тебя устраивает существование в роли подопытного кролика?

–

Друг мой, ты бредишь!
– с жаром воскликнул Финглефол.
– Мы связаны с Ней, как и все миры!

– Ты говоришь глупость!
– устало возразил Эльродвиль.
– Единая вспоминает о нас лишь в приступах скуки или в моменты своей дикой изобретательности!

– Эльродвиль, мы-эдайны! И мы единственные владеющие даром напрямую от нее! И логично, если Единая обращается к нам, как к более выносливым, ведь остальные миры беспомощны.

– Особенно твой, - фыркнул Вандервиль.
– Все работают только сохой и воду носят в решете.

– Я не отрицаю, что на Рекум-Сано сильные боги, но коренные обитатели беспомощны и мы за них в ответе, Единая одна не управиться.

– А боги на что или ты себя к ним причисляешь?

– Фин, а с чего ты взял, что твои аборигены беспомощны?
– перебил Эльродвиль.
– Я уверен, они сами прекрасно во всем разберутся; мозги даются не из баловства, их надо развивать и совершенствовать. Надо позволить мирам жить самостоятельно, не вмешиваясь ни во что.

– Скажу больше, - поддержал брата Вандервиль, - надо дать возможность самим обитателям миров позволить управлять их вселенной.

– Глупцы!
– Финглефол устало облокотился о стену.
– Вы стремитесь к хаосу! Пока горит пламя Бигон - существует порядок и миры живы. Она питает нас!

– Лично я предпочитаю мясо, - иронично заметил Вандервиль и деловито направился к лифту, подниматься пешком на самый верх ему не улыбалось.

Зал Совета представлял собой сумрачное округлое просторное помещение, стены которого изображали звездные карты всех девяти миров плавно переходящие одна в другую. На черном фоне яркими пунктирами и точками грели и вспыхивали схемы созвездий, множество луп проходили свой цикл, все менялось и двигалось. В центре залы на пьедестале высился примечательный факел, широкое бронзовое блюдо поддерживали восемнадцать мраморных рук. Пламя Бигон никогда не гасло, символизируя жизнь, девять его отражений вечно мерцали в каждом мире. Вокруг Священного пламени полукругом изгибался длинный стол с восемнадцатью же креслами. Сейчас здесь сидели двенадцать эдайнов, остальные либо запаздывали, либо не посчитали нужным явиться. Разногласия раскололи коллектив давно, примерно одинаково поделив участников Совета на противников, воздерживающихся и единомышленников. Вандервиля огорчило отсутствие Вайскроппэниля Эро и Брюкнемаля Ийно, они более прочих поддерживали свободолюбивые замыслы.

При появлении братьев приглушенные голоса смолкли, но тотчас всколыхнулись возмущением, едва стало известно об отсутствии Слезы Звезды.

– Дар Единой принадлежит всем нам, - мягко заметил Синкретавидон Труэ, самый воздержанный и рассудительный из собравшихся.- И это самовольное присвоение мне не понятно.

– С кристаллом надо работать, а не молиться на него!
– язвительно ответил Вандервиль-Ойн.

– Это неслыханно!
– возмутился Триттэуль-Вайнэ Холл.- Вы двое взяли на себя право распоряжаться судьбами всего сущего!
– Он порывисто поднялся, но закончить не успел, слепящее пламя на блюде полыхнуло и из прозрачной жаркой сердцевины отделился сгусток, материализуясь в нечто бесформенное, огненное и мглисто-клубящееся - Данэю! В тишине залы прошелестели слова на языке, которым пользовалась только Бигон: