Чтение онлайн

В этот момент их приятная беседа была прервана странным звуком, напоминающим сирену, и появлением странного существа, выползшего на четвереньках из подъезда и хаотично двигающегося по направлению к беседке. На теле существа был халат, на ногах — домашние тапочки. Голова была в противогазе, на который сверху был натянут целлофановый пакет.

Гош и Анатолич, как завороженные, наблюдали за странным субъектом, который довольно резво передвигался на четырех конечностях в их сторону. Вслед за ним неспешно шел Олег из третьей квартиры. Из магнитофона, который он нес в руках,

доносились звуки воздушной тревоги. Несмотря на предельную странность ситуации, следов безумия на лице Олега не было.

Гош, вспомнив свое недалекое пионерское прошлое и клятву помогать попавшим в беду, бросился к ползущему и сорвал с головы пакет и противогаз. Под ними было искаженное страхом лицо Даши, законной супруги Олега. Олег тут же выключил магнитофон, зло посмотрел на Гоша и поспешно скрылся в подъезде.

Даша после того, как с нее сняли не украшающие молодую девушку атрибуты, закатила глаза к небу и попыталась упасть в обморок. Анатолич брызнул на нее пивом из недопитой бутылки и пару раз несильно хлопнул по щекам. Терять сознание она передумала и тут же принялась что-то быстро говорить, часто употребляя слово «газ». Только через пятнадцать минут, когда Анатолич, устав слушать пустую, но эмоционально окрашенную, болтовню, со всей силы грохнул кулаком по беседке, Даша перешла к сути:

— Олег сказал, что у нас в доме утечка хлора. А так как это очень опасный газ, нужно немедленно надеть противогаз. Он еще сказал, что хлор молочного цвета и что в подъезде есть специальная сирена, которая срабатывает, если появилась угроза.

— И что угроза эта появилась? — спросил Гош, начинающий уже кое-что понимать.

— Наверное. Я надела противогаз и случайно заснула. А тут сирена. Открываю глаза — ничего не видно, все белое.

«Кулек целлофановый» — подумал Гош и спросил:

— А чего на четвереньках?

— Олег говорил, что чем ближе к полу, тем меньше газа. Вот я и стала на четвереньки и по стеночке, по стеночке на улицу. А там вы. Что, тревогу уже отменили? Хлор развеялся?

— Да, уже отменили, иди домой, — сказал Гош.

Когда Даша скрылась в подъезде, Анатолич опять впал в свой извечный пессимизм:

— Доведет девку до сумасшедшего дома этот Олег. Вечно он ей что-нибудь подстраивает.

«Точно! И «немцы» тогда тоже ведь не на кого-нибудь напали, а именно на Дашу. Да, и другие случаи…», — вспоминал Гош.

Анатолич продолжал изливать нерадостные мысли:

— Ты про женитьбу спрашивал? Ну вот налюбовался на семейную жизнь? Видел, какая любовь меж ними? А вечером она ему в отместку яд в кофе набульбенит. Или провода в электробритве оголит. Тот с утра бриться и хана! Смотри, наблюдай, какая она жизнь в законном браке.

— А, действительно, Анатолич, чего это Олег над Дашей эксперименты такие ставит?

— Да кто ж его знает! Ладно, бывай! Домой пойду, футбол скоро показывать будут. Опять наши продуют. Лучше б уж вообще на поле не выходили, не позорились.

«Странно все как-то у молодоженов этих», — подумал Гош и пошел в кафе «Спартак» коротать вечер.

Лето взяло город в огненное кольцо довольно быстро. Не успели школьники еще полностью поверить в каникулы, а на дорогах уже начал плавиться асфальт.

Лето 95-го трудно было обвинить в жадности — оно щедро раздавало тепло всем — даже тем, кто его об этом вовсе не просил. Уставшие от чрезмерно рьяных попыток приобщиться к капитализму, жители центральных и северных районов великой географически и могучей ресурсами России ринулись вниз по карте к югу. Они с радостью отдали себя в руки щедрой природы и алчных местных жителей, не без основания надеющихся на скорые барыши.

Сегодня Гош щурился от солнца и давил пятками песок на вполне законном основании — настало время гарантированного трудовым кодексом отпуска.

Смягченный близостью моря воздух способствовал неспешности прогулки Гоша вдоль поджаривающихся под ультрафиолетом тел. Он тщательно подыскивал себе место под солнцем. Тут важно было учесть все: и удаленность от пляжующих граждан, и близость моря, и мелкозернистость песка, и наличие закусочных. И самое главное: невдалеке должны были быть девушки. Желательно не местные и обязательно красивые. Почему красивые, объяснять не надо, а вот почему не местные… А с ними, все-таки, проще.

«Ого-го!!!» Гош увидел ЕЁ и глаза его сузились, как у камикадзе перед атакой.

На махровой подстилке небесного цвета возлежала белокурая стройная девушка. Если ее пропорции и не входили в классические 90-60-90, то пусть эти 90-60-90 об этом горько пожалеют, поскольку совершенней ее форм могли быть только древнегреческие скульптуры и то не все. Молочно-кофейный цвет загара, подчеркнутый белым купальником, зрительно удлинял ноги, и без того чрезвычайно длинные, до завораживающих размеров. Идеальные черты лица и прекрасные глаза еще более усиливали впечатление.

Гош, привыкший долго не раскачиваться, с ходу присел рядом с незнакомкой и, мило улыбнувшись, пафосно начал:

— О, как счастлив тот песок, на котором возлежит такое прекрасное тело! О, как я завидую воздуху, который обнимает эти волшебные плечи!

— Лучше позавидуй Пузюку Петру Семеновичу, директору мясокомбината, с которым я встречаюсь.

«Так. Торопиться здесь не надо!» — не без оснований подумал Гош.

У Адама, в свое время, не было особого выбора — с Евой ему просто необходимо было знакомиться и строить как-то отношения, иначе и человечества бы не было. У нынешних представителей сильной половины человечества ситуация явно попроще — выбор шире.

Общение с противоположным полом — целая наука, которую мужчины изучают всю жизнь. У Гоша тоже были свои наработки, даже, можно сказать, свой стратегический план. Он состоял из семи пунктов:

1. Оценка объекта, наблюдение за ним.

2. Дуэль глазами (ощупывание взглядом).

3. Выработка действий, исходя из наблюдений.

4. Принятие определенной роли (поэт-романтик, шутник, крутой, свой парень, блатной, стильный, знайка, ботаник).

5. Первая фраза.

6. В зависимости от ответа, корректировка действий.