Чтение онлайн

– А мне хотелось бы не только ее увидеть, – мечтательно произнес Майкл.

– Заткнись и дальше ни слова, – осклабился Мэтью, – если не хочешь всю ночь слышать крик удовольствия японки. А японки крикливые, будто мыши пищат, – захохотал Мэтью и открыл входную дверь.

Они вошли в дом.

Луна смотрела им вслед, затем на закрытую входную дверь. Потом ей это надоело. Она натянула на себя облачное одеяло и погрузилась в сон, оставив заботу об освещении подлунного мира своим вассалам-звездам.

Майкл лежал в кровати

и ворочался. Перед глазами стоял образ Селены и ни в какую ни желал исчезать. Губы отказывались забывать вкус губ девушки, руки – тепло ее тела, глаза – красоту ее лица. Будто наваждение, но каким приятным, каким желанным оно было! Разве может человек, у которого есть руки, отказаться от рук? Или тот, у кого есть глаза, – от глаз? Так и человек, в груди которого живет любовь, никогда не пожелает отказаться от любви.

Вспыхнул экран мобильного, разогнал тьму и тут же погас. Майкл протянул руку к тумбочке, нашарил мобильник и взял его в руку. Экран снова загорелся, чтобы сообщить о непрочитанном сообщении.

– Селена? – удивился Майкл, заметив отправителя.

Майкл стукнул по сенсорному экрану, открывая сообщение.

“Я так и не поблагодарила тебя за цветы. Спасибо.”

Майкл улыбнулся и застучал пальцами по экрану.

– Ты ошибаешься, – шептал Майкл, набирая ответное сообщение. – Ты поблагодарила. О такой благодарности я мог только мечтать.

Майкл отправил сообщение и вернул мобильник на тумбочку. Экран вспыхнул, сообщив о том, что сообщение было доставлено, и погас.

Майкл перевернулся на бок, смотрел, не загорится ли экран мобильника снова, сообщая о поступлении нового сообщения. Но нет, экран не оживал. Время шло, а Майкл все смотрел и смотрел в темноту, пока не заснул, так и не дождавшись сообщения.

– Ни черта не понимаю! – воскликнул Ник, размахивая руками над тарелкой с лазаньей, точно ворона крыльями, кружа над огородным пугалом. – Кто поймет этих женщин? Все было хорошо, даже замечательно, и на тебе… “Прости, у нас ничего не получится”. Так и сказала. Ты слышишь, Сафер? Так и сказала!

Майкл мокнул картофелину в соус и бросил в рот. Лицо было серьезным, но в душе ликование: он не зря рассказал Селене правду. Сегодня утром, приехав в офис, Майкл, едва взглянув на хмурое, точно небо перед грозой, лицо Ника, понял, что что-то случилось. Ник даже не поздоровался с ним, будто и не заметил совсем, хотя прошел в каком-то полуметре от Майкла. И вот, уже перед ланчем Ник позвонил Майклу и сообщил, что ему надо с ним поговорить, поэтому тому не стоит строить планы на ланч. По голосу шефа Майкл понял, что лучше не перечить, поэтому согласился. И теперь они сидели в “Гренери”, обедали, а заодно Ник изливал душу. Оказалось, что едва Ник и Селена покинули вечеринку Майкла, Селена попросила Ника отвезти ее домой, сославшись на переутомление. Ник так и сделал. На следующий день они встретились вновь, и первое, что услышал Ник от Селены: у них ничего не получится, поэтому будет лучше, если они расстанутся.

– Когда

она мне это сказала, я себя почувствовал так, будто мне на голову надели колокол, затем пришел Кинг Конг, хорошенько размахнулся и саданул по колоколу. Я даже не знал, что сказать поначалу, когда же пришел в себя, то первое, что спросил: ты с какого дерева головой вниз летела? Глупо. Понимаю. Этим еще больше настроил ее против себя, но я никак не мог понять, что заставило ее принять такое решение. Кроме “я поторопилась” я больше ничего от нее не услышал. Но меня такой ответ не устраивает… Дерьмо! У нее кто-то появился! И когда только она успела! – Ник вытер губы салфеткой, скомкал салфетку и бросил на полупустую тарелку. Похоже, аппетит у него пропал окончательно.

– И что мне теперь делать? – Ник взял в руку стакан с водой, опустошил его чуть ли не залпом и опустил на стол с такой силой, что, казалось, еще немного и стакан разлетится на мелкие осколки. – Через полтора месяца мне ехать в Финикс, но без нее я никуда не поеду. Я ее не отпущу. Пусть не надеется!

– Будь я на твоем месте, уехал бы в Финикс и постарался бы как можно скорее забыть Селену, – заметил Майкл. – Не будь глупцом. Жертвовать карьерой ради девушки – это не по-нашему. Не по-американски.

– Ты прав, Сафер, но поделать с собой ничего не могу. Ненавижу зависеть от кого бы то ни было. Но любить – значит зависеть. Какой идиот только придумал это чувство. Это точно был не мужик, Сафер. Мужик – слишком независимое существо. На кой ему заранее обрекать себя на рабство? Тот, кто создал любовь, – определенно был женщиной. Разлюбить женщине легко, а вот мужику – все равно, что самому себе отсосать. Я вот что думаю, Сафер: надо узнать, кто ее новый ухажер. Думаю, стоит детектива нанять.

– Глупости, – отмахнулся Майкл. – С чего ты взял, что у нее кто-то есть?

– Не будь дураком, Сафер. На кой бабе бросать мешок с деньгами? Конечно же, ради того, чтобы найти новый, и обязательно побольше. Поверь, Сафер, за тридцать пять лет я научился понимать женщин. Самый главный мотив, который движет женщиной, – деньги. Об этом даже ученые говорят. Бабе надо прокормить себя и потомство, а сделать это в современном мире можно только с помощью денег. Бабами движет расчет, а все их разговоры о любви – это так, для отвода глаз, лапша на ушах у доверчивых мужиков… Мать твою, будто веревкой к себе привязала. Притяжение похлеще, чем между Луной и Землей.

– Если не забудешь о Селене, будет только хуже.

– Знаю, но забыть ее, забыть эти губы, тело, волосы. Нет, Сафер, проще повеситься. Если уж попал в этот капкан, то выбраться из него можно только отгрызя себе лапу, в моем же случае – вырвав себе сердце. Сам понимаешь, не слишком разумная затея. Легче вернуть Селену.

– Легче уехать в Финикс и забыть ее. Будет трудно, но вполне возможно, особенно если подыскать там ей достойную замену.

– Да, секс с другой женщиной помогает вылечить любовь, не сразу, но помогает, только и здесь надо быть осторожным: конец одной любви может обернуться началом другой.