Влечение
Шрифт:
Диана сделала шаг и вошла в кабинку, заставив Майкла потесниться.
– Надеюсь, ты ничего не имеешь против?
Диана прижалась к телу Майкла, положила руки ему на грудь.
– Брр, ты холодный, – Диана отстранилась.
– Тогда тебе придется меня греть, – Майкл обхватил девушку за талию и прижал к себе. Губы Майкла нашли губы Дианы.
Диана взвизгнула, рука зашарила по стенке кабинки, нашла кран. Горячая вода водопадом хлынула сверху на два обнаженных тела.
Руки Майкла обхватили Диану за ягодицы. Майкл подался вперед, вынуждая девушку отступать до тех пор, пока она не уперлась спиной о стенку душевой кабинки. Поток воды с шумом
Губы Майкла жадно впились в губы Дианы, руки заскользили по ее телу, мокрой и нежной коже. Диана обвила руками шею Майкла. Ладони Майкла накрыли грудь Дианы, губы наконец отпустили губы девушки и нашли новую жертву – нежную кожу на шее, затем спустились ниже, еще ниже и еще, пока из груди Дианы не начали вырываться стоны и всхлипы. Майкл почувствовал, как ему на голову, словно некое благословение, опустились ладони Дианы, почувствовал усилие рук девушки, заставляющее его губы теснее прижаться к ее телу. Всхлип, а за ним и стон вырвался из груди Дианы, птицей в клетке принялся носиться по душевой кабинке, вырвался наружу и продолжил метаться по ванной комнате.
Майкл поднялся. Губы впились в губы Дианы с силой вулкана, проснувшегося после сотен лет спячки. Майкл чувствовал, как дрожит его тело от переполнявшего его возбуждения, чувствовал, как огонь в груди с каждой секундой становится сильнее, грозя вырваться наружу и сжечь, не оставив даже пепла, чувствовал, как отзывается тело Дианы на его ласки. Желание животного, давно не знавшего тела самки, с безудержной силой овладело Майклом. Он подхватил Диану за ягодицы и усадил себе на пояс. Девушка крепко обвила ногами талию Майкла, обхватила его руками за шею и нашла губами его губы, горячие и влажные. Стенки кабинки задрожали, когда Майкл подался вперед, входя в лоно девушки. Диана ударилась спиной о стенку кабинки и закричала. Не от боли, от наслаждения.
Горячая вода за спиной Майкла шумела, падала на пол и шипела, сердилась, в бессильной злобе разбрызгивая капли по кабинке, пытаясь дотянуться до двух пылающих страстью тел, тел, на какой-то миг ставших одним целым, клубком огня, пышущего жаром столь сильным, что ему могло позавидовать само солнце.
Некоторое время спустя они лежали на широкой кровати в спальне Дианы, отдыхая от любовной горячки, охватившей их тела. Где только они не предавались любовным утехам – душевая кабинка стала всего лишь началом путешествия в страну безудержной, всепоглощающей страсти. Пол и панель с умывальниками в ванной, пол в коридоре, в спальне Дианы и, наконец, завершение безумства на кровати, там, где они лежали сейчас, слушая собственное дыхание да шелест дождя за окном, вялые от усталости, но удовлетворенные.
Диана лежала на боку, поджав одну ногу. Рука девушки покоилась на груди Майкла, пальцы играли волосками.
– Что это было? – Диана посмотрела на Майкла.
– Думаю, секс, – Майкл повернул голову к девушке и улыбнулся.
– Ты знаешь, о чем я.
– Затяжной секс.
– Очень затяжной, – девушка приподнялась на руках и взглянула на часы, висевшие на стене напротив кровати. – Три часа ночи. Секс-марафон какой-то.
– Тебе не понравилось?
– Нет, не в этом дело. Просто такого у меня еще не было. Но знаешь, – рука Дианы вернулась на грудь Майклу, нога накрыла его ногу, – мне понравилось…
– Я рад.
– …И я не против продолжить, –
– Ты уверена? – спросил Майкл, чувствуя легкое возбуждение, охватывающее его тело, особенно пах. – Мне казалось, уже поздно.
– Завтра суббота, успеем выспаться, – Диана перебросила ногу и оседлала Майкла.
– Ты ненасытная, – улыбнулся Майкл.
– Кто бы говорил, – Диана вернула улыбку. – Или ты против?
– Ни в коем случае, – Майкл приподнялся, обхватил Диану за талию, перевернулся на бок и подмял девушку под себя. – Кстати, ты стала беднее на сто баксов.
– Ты о чем?
– О твоем споре с Матиасом.
– К черту Матиаса, к черту сто баксов и вообще закрой рот, – Диана схватила Майкла за волосы и прижала его губы к своим. Язык девушки, будто захватчик, проник в рот юноши. Ноги обвили его талию. Усталость как рукой сняло. Новая волна страсти захлестнула обоих, вспыхнула сверхновой и увлекла в невероятный мир плотских удовольствий, мир, где телесная близость переплетается с близостью эмоциональной, тем самым создавая нечто новое и восхитительное – духовную близость.
Час или два спустя Майкл осторожно, не желая разбудить Диану, убрал ее руку со своей груди, выбрался из-под одеяла и поднялся с кровати, накинул на плечи халат и вышел на улицу. Дождь давно прекратился, темные тучи рассеялись, явив миру усеянное мириадами звезд ночное небо. Прохладный ночной ветер коснулся тела Майкла и заставил его плотнее закутаться в халат.
Майкл оперся руками о дверной косяк и пробежался взглядом по округе. Сон не желал навещать его, оставлял на растерзание бессоннице. Наверное, от переизбытка эмоций. Но Майкл не расстраивался, да и зачем расстраиваться. За этой ночью последует еще одна ночь, а за той – еще и еще одна. Так или иначе, но еще будет много ночей, чтобы выспаться.
Майкл потянул носом и наполнил грудь холодным и свежим воздухом. Взгляд его поднялся выше и зацепился за половинку луны, одиноко висевшую на черном как пепел полотне неба. Год прошел, и у него появилась новая девушка. Этой ночью у них был первый секс, страстный, чувственный. О таком сексе можно было только мечтать. Пожалуй, Майкл и не помнил даже, чтобы у него было нечто похожее на ту бурю эмоций и чувств, что накрыла их с Дианой часы назад. И все же чего-то не хватало. Майкл чувствовал это. Возможно, того, что заставляет сердце галопировать, отбивать неравномерные удары при одной только мысли об объекте обожания, дрожать телом и покрываться потом от одного только его взгляда.
– С Дианой мне не хватает того, что могло бы быть с Селеной, – не просто сексуального влечения и животной страсти, а чего-то большего. Влюбленности? Любви? – Майкл почувствовал грусть, едва вспомнил о Селене. Хотел бы он испытать с Селеной то, что испытал с Дианой. Ох как хотел бы! Хотя с Селеной, скорее всего, все было бы совершенно иначе. Селена была другой, не такой, как Диана. Майкл знал это, чувствовал. Селена могла бы захлестнуть его цунами ласки и нежности, конечно, если бы открылась, доверилась ему, распахнула свою душу навстречу его душе. С Селеной у него могло быть нечто большее, чем просто секс, – душевная страсть, сердечная, страсть более сильная, чем физическая, заставляющая, если надо, продать душу дьяволу, лишь бы тот, кто заякорился в твоем сердце, и дальше был рядом, страсть, сводящая с ума, лишающая рассудка, превращающая в раба своей любви и преданного поклонника объекта почитания.