Чтение онлайн

— Сразу за вон тем леском.

И действительно, за деревьями что-то поблескивало. Очевидно, солнце, отражавшееся в воде. А еще там мелькали какие-то тени.

— Притормози, — сказал Джерин Дарену. Сын повиновался, и тогда Джерин обратился к Озару: — Тебе лучше уйти. Ведь не твои же односельчане там прячутся, а?

— Вряд ли это они, — ответил крестьянин.

Он спрыгнул вниз и на удивление проворно поспешил прочь от колесниц, сгрудившихся за спиной Лиса. Учитывая то, что вот-вот должно было здесь разыграться, Джерин

на его месте тоже не стал бы мешкать (хотя ему сложно было представить на его месте себя).

Указывая вперед, Вэн сказал:

— Там, среди деревьев, целая тьма этих гради.

— Ты совершенно прав, — сказал Джерин. — Самое интересное заключается в том, как, во имя всех элабонских богов, мы сумеем выманить их оттуда, чтобы сражаться на открытой земле?

Вэн задумчиво промычал что-то, но более вразумительного ответа так и не дал. Джерин принялся размышлять. На открытом пространстве его колесницы могут кружить вокруг гради и осыпать их стрелами, не подвергаясь особой опасности. Среди деревьев все будет иначе. Лошадям придется маневрировать между ними, а экипажи колесниц окажутся ужасно уязвимыми для врагов, могущих выскочить из кустов или из-за стволов столь внезапно, что уже ничего нельзя будет поделать.

Лис тронул сына за плечо:

— Подъедь-ка поближе к лесу, — сказал он. — Я хочу кое-что попробовать.

Дарен повиновался. Лис повысил голос и громко крикнул:

— Если вы не плаксивые трусы, выходите и сразитесь с нами!

Против трокмуа такой замысел, возможно, и сработал бы: блеснуть своей храбростью лесные разбойники всегда были не прочь. Против элабонцев это тоже могло сработать. «Среди нас, — подумал Джерин, — тоже немало сорвиголов». Но из леса раздался крик на неплохом элабонском:

— Если ты такой великий боец, приди сюда и победи нас!

Именно такой ответ дал бы сам Джерин, и с немалым внутренним ликованием. Однако, услышав его от кого-то другого, он не очень-то возликовал. Мало обрадовали его и одобрительные вопли, исторгшиеся из глоток тех гради, которые поняли слова своего предводителя. Только человек, имевший большое влияние на подчиненных ему людей, мог столь невозмутимо отклонить предложение продемонстрировать, что он не труслив. Лис обратился к Вэну:

— Ты был прав, нам не повезло. Кажется, у них появился вождь.

— И что же нам теперь делать? — спросил чужеземец.

— Я бы с удовольствием поджег этот лес и выкурил их оттуда. — Джерин закусил губу. — Но плохо то, что это вряд ли поможет, так как ветра нет, а деревья все еще напитаны влагой дождей, пролившихся на эти места.

Вэн кивнул.

— Да, огонь пойдет очень медленно. Кроме того, они могут побежать в противоположную от нас сторону, к пруду, а не на нас. Так что же нам остается?

Джерин оглянулся назад, на колесницы, набитые элабонцами и трокмуа. Затем посмотрел вперед, на лес, кишащий гради. Вождь гради отказался от схватки в невыгодном для

него варианте и в свою очередь предложил Джерину вариант боя, более выгодный для себя.

Вздохнув, Лис сказал:

— Если они не выйдут к нам, нам придется пойти к ним.

Он надеялся, что Вэн попытается отговорить его от этой мысли. Но чужеземец, наоборот, вскрикнул от радости, расплылся в улыбке и хлопнул Лиса по спине, едва не вытолкнув того из колесницы.

— Время от времени, Лис, мне нравится ход твоих мыслей, — сказал он.

— А мне нет, — сказал Джерин.

Когда Лис выкрикнул своим людям приказание сойти с колесниц, чтобы драться с гради в пешем порядке, Адиатанус велел своему вознице подвезти его к нему и сказал:

— Ты что, свихнулся? Воевать с ними в лесу? Именно этого они от тебя и хотят.

— Посмотрим, как они этого захотят, когда получат, — ответил Лис. — Я признаю, что рискую. Но это наша земля. Наша по праву. Если мы не попробуем разбить гради, когда им не помогают их боги, значит, нам следует попросту развернуться и предоставить им право хозяйничать всюду, где они пожелают.

— Но они — гради! — воскликнул Адиатанус. Эти слова были пронизаны страхом, усиленным воспоминаниями о многочисленных потерях. — Одно дело сражаться с ними на колесницах или отбиваться от них, сидя в крепости, но здесь…

— Если ты против, возвращайся обратно, на тот берег Вениен, — резко ответил Джерин.

Если Адиатанус и трокмуа действительно уйдут за Вениен, битва обречена. Его сердце словно набили острыми осколками льда. Но, даже обреченный, он все равно атакует гради, чтобы те поняли, кто тут главный. Пристально посмотрев на Адиатануса, он добавил:

— Если я выиграю эту битву плечом к плечу с тобой, это будет замечательно. Если же я выиграю ее один, ты станешь клятвопреступником и настанет твой черед.

Он не шутил. Адиатанус это прекрасно видел. Вождь трокмуа закусил губу. Джерин холодно смотрел на него, стараясь дать трокмэ понять, кого тому следует бояться больше, чем гради. После долгой паузы Адиатанус произнес:

— Я не клятвопреступник. Мы будем сражаться не хуже вас.

— Докажи это, — ответил Джерин и спрыгнул с колесницы.

Вэн грузно приземлился рядом с ним. Через мгновение Дарен тоже стоял на земле и привязывал лошадей к кустику, который на деле ничему не помог бы, если бы им вдруг вздумалось высвободиться.

— Да пошел ты, лорд принц! — воскликнул Адиатанус и тоже спрыгнул на землю.

Увидев, что враги спешиваются, гради принялись кричать:

— Волдар! Волдар!

Имя чужой воинственной богини отдалось в ушах Джерина звоном. Но, как бы громко ни вопили захватчики, Лис не ощущал ни в воздухе, ни где-либо никаких признаков присутствия Волдар. Значит, ему придется сражаться не с разъяренной богиней, а всего лишь с ее свирепыми подопечными, которые, однако, тоже кое-чего стоят.