Чтение онлайн

Мне это не понравилось. Как можно смеяться в присутствии человека, которому так плохо? Хотелось высказать все это вслух, но для этого нужны силы, а я был так слаб, что смог проговорить лишь:

– Очень холодно! Дайте мне одеяло!

Женщина посмотрела на своего коллегу и неуверенно произнесла:

– Может, нам и правда укрыть его?

– Зачем?.. – голос мужчины звучал так, будто ему сказали какую-то нелепость. – Ты боишься, что он умрет от переохлаждения?.. Хватит этой самодеятельности!

Мы с таким еще не работали. Пошли спросим у руководства, что дальше делать.

Они ушли. Дверь захлопнулась с глухим стуком. Я остался лежать на железном столе под хирургической лампой с множеством ярких глазков.

В голове носились мысли: «Они оставили меня одного в неясном состоянии! Да что они за врачи такие?.. Хотя с чего я взял, что это врачи? Может, меня похитили и разбирают на органы? Почему я здесь один? Где мои друзья?».

Если бы я мог биться в панике, то непременно бы это делал!

Пальцы на правой руке дернулись. Мышцы постепенно начали просыпаться.

Я послал еще один импульс – сжал кулаки. Какие необычные ощущения, словно тело чужое!

Опираясь на локти, я привстал и осмотрел себя. Все на месте. Только я совсем голый и бледный, как мраморная статуя. Жуткий холод в руках, в ногах… Везде! Будто все нутро остыло. Но дрожи нет. Хотя по ощущениям я должен был стучать зубами.

Помещение, выложенное кафелем, железные двери. Окон нет, как в подвале. Странная больница!

Я согнул ноги в коленях – конечности почти не чувствовались, но слушались. Мне удалось спуститься на пол с железного операционного стола.

И что эти люди со мной делали? Рядом не было никаких приборов и инструментов.

«Где я? Что произошло?», – мозг мучительно пытался вспомнить последние события. Но в нем лишь пустота.

Я подошел к двери, дернул на себя, затем толкнул. Закрыто…

– Выпустите меня отсюда! – попытался закричать я, но опять получился слабый шепот, которому не пробиться сквозь толстый металл.

Я бил кулаком в дверь, надеясь, что кто-нибудь услышит.

И вдруг кто-то по ту сторону сказал вежливым тоном:

– Извините, вы не могли бы отойти от двери? Мы собираемся войти.

Я отступил назад. Дверь распахнулась, и в помещение вошел невысокий пожилой мужчина. Он был одет в серый костюм и галстук, а плечи, как плащ, покрывал белый медицинский халат. Его редкие седые волосы были зачесаны набок. При ходьбе он опирался на трость и прихрамывал.

За ним вошел еще один человек, он принес и поставил два стула напротив друг друга, а затем спешно вышел из комнаты.

Пожилой мужчина присел, по-доброму улыбнулся мне и указал на противоположный стул:

– Прошу, садитесь. Я Бурыгин Вячеслав Дмитриевич – директор научного центра имени Громоловьева.

Я сразу подумал, что это название

мне знакомо, но не мог вспомнить откуда.

– У вас сохранились какие-нибудь воспоминания о вашей личности? – спокойно спросил мужчина.

Я удивился этому вопросу:

– В смысле? Я помню все, кроме того, как оказался здесь!

Человек, назвавшийся директором, улыбнулся, показав ровные вставные зубы из керамики:

– Это удивительно! Вижу, что вы в порядке. Но нам нужно будет провести один стандартный тест. А потом… я надеюсь… мы продолжим беседу.

Как только он это сказал, в помещение ворвались двое людей в комбинезонах и масках.

Они ввезли железный стол на колесиках и поставили его передо мной. Директор научного центра отодвинулся на стуле подальше.

И эти люди грубо схватили меня, один стоял за моей спиной и держал за плечи, а другой сжимал мою руку.

Человек взял со стола инструмент, похожий на секатор, и мигом отрезал мне указательный палец!

Я наконец, смог закричать. Боли не было – только слабое ощущение, что лишился части своего тела. Но я был напуган тем, что со мной делают.

Безжалостный человек превосходил меня по силе. Он легко справлялся с моими рывками и отрезал мне пальцы один за другим. За указательным – средний, а потом безымянный… Они падали на стол – тук… тук… тук…

Я видел, как темно-синяя кровь, похожая на чернила, капала на металлическую поверхность.

– Достаточно! – скомандовал пожилой мужчина. – Пришивайте!

Человек в маске посмотрел на меня ничего не выражающими глазами, отложил секатор и сказал:

– Тихо! Сейчас пришьем на место!

Я зажмурился и отвернулся. Мне отрезали пальцы! Моя кровь, как чернила! Что вообще происходит?

– Успокойтесь, успокойтесь, – попросил директор. – Мы всего лишь тестируем, как у вас работает регенерация.

Около получаса мне пришивали пальцы на место, а затем перевязали руку эластичным бинтом.

Я и опомниться не успел, как все трое оставили меня одного и закрыли за собой дверь.

Я снова напряг мозг, пытаясь отыскать недостающие фрагменты воспоминаний о том, как попал сюда. В памяти опять всплывала заброшенная база отдыха, а потом…

Вспомнил! Мы с друзьями подошли к заброшенному зданию, рядом стояла железная трансформаторная коробка. Дверца приоткрыта, на ней предупреждающая табличка с молнией и черепом. Я лишь хотел посмотреть, что там внутри. Никогда не видел, и это казалось до жути интересным. Территория должна была быть давно обесточена. И трансформатор не гудел.

Казалось, бояться нечего.

Леха предупредил:

– Лучше не трогай. Мало ли что!

А я потянулся к дверце и вдруг резкая вспышка, ослепительный свет и… темнота…