Чтение онлайн

Полное смирение с самой собой.

Раньше, я пыталась противиться, всеми силами старалась забыть, а сейчас, в полной мере, осознаю, что это физически невозможно.

Вообще, ощущение, что за тот месяц с небольшим я будто переродилась. Не знаю, как объяснить словами, но определенно что-то во мне поменялось, успокоилось и улеглось. Возможно тот факт, что раскрылись некие тайны прошлого, дал возможность в итоге отпустить обиды.

Честно, даже было желание написать или позвонить, узнать как он.

Я

жила со знанием о потере ребенка дольше. И пусть мне все еще больно, потому что это был бы желанный малыш, рожденный с любовью. Даже несмотря на то, что мы так и не встретились. Тот короткий период пока мы были вместе с ним, пока я свыкалась с мыслью о том, что стану мамой теперь со мной навсегда.

И года, пусть на самую малую долю все же затупили эти страдания, а Артура я оставила с этим знанием слишком поздно. Там, в Барселоне, переживала, как он справится с эмоциями, и даже сейчас эти терзания не оставляют.

Вспоминаю наше прощание изо дня в день. По существу ведь оно получилось таким отчаянно красивым. Не думаю, что кто-либо из мужчин был бы готов заниматься мазохизмом.

Но это ведь Ризанов.

Поджимаю губы в улыбке. Я храню в себе небольшую шкатулку с каждым мгновением, когда он был словно кот. Не озлобленный, не усталый, а счастливый и нежный, даже ласковый. Как заботился и защищал.

Очень хочу верить, что когда-нибудь и он сам вспомнит это.

Шагаю по зданию аэропорта, сверяясь с наименованием отеля, в котором должна остановиться. Андрей хотел встретить, но я отказалась.

На самом деле, все время моего отсутствия в Москве он периодически всплывал. Звонил, писал, мы общались, рассказывая, как проходят наши будни и выходные. И возможно, был бы какой-то азарт, если бы перед глазами не стоял бы изваянием сложный человек с отчаянным серьезным взглядом.

Уже на выходе на улицу, тыкаю в смартфон, чтобы заказать такси.

Здесь уже похолодало, но я подготовилась, поэтому пальто, и теплый шарф, укутанный вокруг горла — незаменимые помощники на эту неделю.

— Вероника.

Кто-то обращается и я оглядываюсь по сторонам, поеживаясь от того, как ветер треплет волосы.

— Максим?!

Удивление не удается скрыть.

— Извините. Я… — парень явно нервничает и я не понимаю причин.

— Что-то случилось?

Паника легкой волной накрывает, пока я пытаюсь выстроить свои догадки.

— Нет, нет… — глубоко вдыхает: — Босс не знает, что я здесь.

Признается, и я по глазам понимаю, что ему нелегко даже от этой мысли.

— В чем же дело?! Почему не сообщили Артуру?!

Хмурюсь, в то время как он серьезно вскидывает взгляд, а в них беспокойство. Переминаясь с ноги на ногу, вопросительно смотрю на мужчину.

— С ним ведь все в порядке, да? — слегка нервно выходит.

—

И да, и нет. Много всего произошло, но, кажется, его сильно подкосило.

— Максим, я понимаю ваши переживания, но причем тут я?

Как бы я не хотела признавать, он заставляет меня переживать за Ризанова втрое больше, но я ведь не доктор Айболит.

— Это не мое дело. И я пойму, если не захотите разговаривать. Просто многое открылось, сам он вряд ли Вам расскажет. — тихо отвечает, опуская взгляд.

— Что открылось?!

Теперь уже я не на шутку встревожена и удивлена, что там еще то могло быть.

— Вас подбросить? Я в машине расскажу если…

— Да.

Отвечаю быстрее, чем стоило бы. Но сейчас к черту все. Если это может вновь касаться меня, значит, я имею право знать, так? Да и сомневаюсь, что меня может что-то удивить…

Оказываемся в машине уже через десять минут.

— И? — начинаю тут же, только пристегнув ремень безопасности.

— С чего бы начать…

— Давай с самого сложного… — может ему это поможет.

Как у нас на репетициях. В первую очередь самые сложные связки, затем уже то, что в сравнении кажется элементарным.

— Как выяснилось, Мия не дочь Артура Александровича. — выруливает и спокойно сообщает новость, от которой у меня кровь стынет в жилах.

— Что?!

Грудная клетка сходит с ума и я таращусь на подопечного Артура, как на больного.

— Девочка от Абрамова. — отвечает Максим, мазнув по мне глазами.

А у меня невольно начинает дрожать верхняя губа. Отворачиваюсь в окно, прикрывая рот рукой.

Боже!

Молчу, не зная, что и говорить.

Он ведь наверняка убит.

Я рассказала про выкидыш, затем он узнал это… Как же тяжело. Одинокая слеза невольно скатывается из глаз.

— Абрамов сейчас в тюрьме, ждёт суда. Катерина уже отпущена с условиями.

Шок — это лишь легкий намек по сравнению с тем, что я испытываю.

— Как он? — глухо звучит вопрос.

Остальные меня не волнуют. Не надо быть большого ума, чтобы понимать, что Артур не оставил бы и не спустил бы им все с рук.

Артур

— Что по срокам? — устало тру переносицу, задавая вопрос руководителю проекта.

— Успеваем, Артур Александрович. Опережаем на три дня. — довольно заявляет.

— Увеличьте разрыв на неделю минимум. Дальше съедут, чтобы мы были готовы.

Он кивает, записывая себе в блокнот.

— Вопросы есть? — обращаюсь к остальным.

Все, как один отрицательно качают головой.

— Спасибо, все свободны.

Наконец-то.

Затянувшееся совещание выпило все соки. Но и не мудрено, пока я тут разбираюсь в дерьме, работа отошла на второй план.